Чтение онлайн

Истекающая кровью Эдда уже плохо понимала, где реальность, а где ее видения, и звуки уже не долетали до нее, когда рядом появилась Дэмма. Площадь ахнула и умолкла. Затихли и свист, и плач. У ног умиравшей Эдды, обнимая ее, лежала мертвая Дэмма, сердце которой остановилось, едва она коснулась руки подруги. Но они обе успели увидеть друг друга, Фею и Русалку, а Дэмма услышала и волшебную песню.

Уже давно стихли крики и плач над местом очищения. Все так же выл ветер и гасил последние угли на пепелищах. У многих плакавших кончились слезы. Даже злорадствующие устали и чувствовали внутри ледяную пустоту, которую необходимо было залить добрыми кружками пива. Люди, расходясь, шептались, что все здесь погибли от навета, а одна могла бы спастись, но отчего-то предпочла костер…

Дагомар, он же доктор Дэм, бегал в ночи между корпусами больницы, специализировавшейся на поправке душевного здоровья. Дежурство было, как обычно, сногсшибательным. В приемном покое струился поток пациентов, большей частью весьма беспокойных. Время от времени следовало наведаться в какое-нибудь из отделений, чтобы утихомирить пациентов там. Между всем этим нужно было как-то успеть сделать записи в историях болезни.

Электрическая карусель мыслей в голове была прервана звонком из закрытого отделения. Туда доктор Дэм отправил недавно хорошо известного пациента, накануне бурно проводившего время в общественных местах. Борис, обычно милейший человек, в приступах мании становился очень темпераментным. Вечером он ворвался на мотоцикле в магазин, разбив витрину, и принялся гоняться за всеми попадавшими в поле зрение дамами с призывами подарить ему поцелуй. В больницу его доставили сразу четверо полицейских. Борис, довольно крупный мужчина, в мании демонстрировал и вовсе богатырскую мощь.

Несмотря на полученную уже дозу успокоительного, он, лежа в постели, громогласно пел и размахивал руками.

– Поцелуй меня, дорогая! – игриво сообщил пациент, едва завидев медсестру, сопровождавшую доктора Дэма.

– Хм, – строго сказал Дагомар, чтобы как-то отреагировать. В общем-то, пока пациент в таком состоянии, ему бессмысленно что-либо говорить. – Борис, почему вы так разговариваете с медсестрой и доктором? Успокойтесь и постарайтесь заснуть.

– Только в обмен на поцелуй! – крикнул Борис и попытался встать. Стоявший около него медбрат удержал его за плечо и погрозил пальцем. Борис расхохотался и снова запел. Доктор вздохнул и пошел писать новое назначение. Через несколько дней Борис будет страшно смущаться, слушая рассказы о своих подвигах.

Утром Дагомар, сдав дежурство, ехал домой, стараясь не превышать скорость. Опустошение с одновременной невозможностью успокоиться – обычное ощущение после суток в больнице. Сказывается беготня между отделениями, бесконечные звонки, необходимость быстрого принятия решений, объемы затейливой писанины и другие составляющие ночного быта больницы.

В голове вроде бы и пусто, но, в то же время, он будто на взводе. Доктор Дэм проехал несколько кругов по пустырю рядом с домом, пытаясь сбросить напряжение. Сейчас он придет домой, бесцельно побегает по комнатам, съест что-нибудь и отключится.

За окном вопила птичка. Она проделывала это уже неделю и называлась, вроде бы, Чечевица. Эрика встала и побежала разглядывать, кто там в листве. Не видно.

Вообще-то, ее полное имя было Эрида. Так решили двадцатилетние родители, разглядывая своего младенца. Пусть имя будет ей вечным стимулом к свершениям, как у той диалектической богини. Дедушки – бабушки подняли брови, но их никто не спрашивал. Впрочем, она была еще молода и пока не доросла до Эриды, поэтому именовалась повсеместно Эрикой.

Сегодня у нее назначено собеседование в рекрутинговом агентстве. Дома уже никого не было, и она была предоставлена самой себе.

– Тебе 24, и начинается самое интересное! – объяснила она своему отражению в зеркале и принялась кружиться по комнате с карандашом для век в руке.

Девушке, только окончившей институт, первая работа казалась очень важной и интересной. Предстояло сдать ряд тестов и пройти интервью. Она хотела выглядеть как деловой человек и произвести серьезное впечатление. Наверное. А вообще-то, она любит пошалить. Может, потому что ее имя – Эрида?

Перед сном у Дагомара в голове вертелись обрывки прошедших событий, потом приснился Борис, певший что-то своим низким голосом и пытавшийся пристать к нему с поцелуем. Это прервало сон, и, просыпаясь, Дэм подумал, что в мании видна хаотически буйствующая стихия, направление которой невозможно предугадать. Но в ней есть какая-то первобытная мощь…Сон вновь плотно втянул его в свой омут.

Его зрение здесь было странным. Он видел мутно, и объекты приобретали четкость только вблизи. Кроме того, он видел все какими-то кусками. Секторами, сказал бы доктор Дагомар. У него не было возможности панорамного зрения. Может быть, он частично ослеп? Травма или врожденная особенность?

Что-то промелькнуло по секторам его видения. Какой-то движущийся объект. Дагомар обнаружил себя идущим к этому объекту, застрявшему в углу и хаотически содрогавшемуся. Он направлялся туда, чувствуя, как странен способ его передвижения. Шаги отражались в мозге непривычными сигналами обратной связи. Впрочем, он моментально привык и счел, что перемещаться так весьма удобно.

Вблизи трепыхавшийся объект приобрел четкость. Это был крупный грызун, размером с большую крысу, но с тупой мордочкой. Существо запуталось в толстых белых веревках своеобразной сети. Ловушка? В мозг Дагомара ударил острый запах страха существа вкупе с целым букетом других животных запахов. Как же это дурманит!

Приятно, неописуемо приятно касаться этой пахучей дергающейся тушки! Проколоть его кожу и почувствовать, как под нее вползает его яд…

Вот дела, да он паук! И какой здоровенный! Он же размером с куст, растущий на входе в его пещеру. К этому кусту незаметно крепится его сеть.

Доктор Дагомар терпеливо уселся за кустом. По телу пробегали волны предвкушения. Как он голоден! Он слегка потирал руки…или ноги. Просто загляденье, какие у него конечности! Большие, сильные, в каждой пять составных частей. А какой толстый хитин! А острые, хищные когти на концах! Он – дивная, могучая и быстрая тварь!

Существо в силках тем временем перестало содрогаться. Должно быть, оно частично уже готово! Доктор Дагомар немедленно прибыл к крысе на великолепных хитиновых ногах, прокусил кожу и с наслаждением присосался к переваренной части тушки. Как же это приятно – есть!

Все же это отличная идея – создать органическую жизнь, в ней так много острых ощущений! Зря он недавно думал, что такой частый процесс еды – нечто примитивно-утомительное. И голод – тяжелое, угнетающее испытание. Впрочем, что он может в этом понимать, будучи человеком? Зато сейчас с каким удовольствием всасывает он густой кисловатый сок из шкурки зверька, и все его тело в хитиновом панцире наливается силой. Словно мощь из недр земли втекает в него.