Чтение онлайн

– Мне вот интересно, Ми-тян, все эти гости – из разных родов и кланов или только из вашего?

– Сейчас из нашего, это вообще плановый сбор. А так, по-всякому бывает, – ответила мне девочка, сделав аккуратный глоток. Аристократка. Хоть и с пропеллером в одном месте. Но вот в такие моменты, когда она за столом, например, сразу видно, кто есть кто. Особенно сейчас, когда на ней надета дорогущая юката. – Может тебе завтрак приготовить?

– А давай. Женщины ро…

– Не-э-эт! Вот только не надо про женщин рода Кояма! Дай хоть здесь отдохнуть от этого.

– Хе-хе, фартук надеть не забудь, все же одежда на тебе…

– Да пофиг. В смысле надену, конечно, но все равно пофиг. – Мне вот интересно – она пофигистка или оптимистка?

Умчалась. Приемная дочь Акено и Кагами Кояма. Наследница, как и Шина. Я, во всяком случае, не раз слышал, как ее так называют наравне с Шиной. Вообще наследником является любой ребенок в семье, если не брать в расчет юридическую составляющую, но в главной семье клана подобные слова всегда имеют вполне конкретный смысл. Понятно, что главой клана станет муж одной из двух девушек, причем на выбор Кенты. А если вдруг что, всякое ведь случается, то муж старшей дочери. Но если этого «вдруг чего» не будет? Как тогда? Мизуки ведь по крови не Кояма. Получается, что она обречена выйти за мужчину рода. А я, если честно, не в курсе, кто у них там в роду. Только двоюродного брата Акено и знаю. Но у того уже три жены… хотя, что это я, в самом деле? Учитывая местные нравы… Эх, мало данных.

Что-то я не туда забрел в своих мыслях. Интересно, конечно, но совершенно не важно, в целом. Я вообще думаю, что Кагами еще родит мужу наследника. Какие их годы? Правда, странно, что до сих пор не родила, но это уж точно не мое дело.

В тот момент, когда на кухне что-то особенно сильно зашкворчало, в дверь опять позвонили. Встав и поправив домашнее кимоно, представлявшее собой, по сути, обычный халат, пошел открывать дверь.

За дверью, как и ожидалось, стояла Шина. В красном легком кимоно, украшенном различными цветами и растениями. С убранными волосами, макияжем и японским зонтиком. Вся из себя аккуратненькая и красивая. Господи, во что же она превратится года через два, если уже сейчас способна разить мужиков наповал? Прямо даже гордость за нее берет, братская.

– Привет, красотка. Что за праздник?

– Здравствуй, Синдзи, – чуть заалев, но не изменившись в лице, ответила мне девушка, – гостей встречаем. Ты случайно Мизуки не видел?

– Нет. Хотя и не прочь, если она выглядит так же, как ты.

Мне несложно, а ей приятно. Почему бы и не оценить ее вид?

Чуть улыбнувшись, повела носиком:

– Завтрак готовишь? Может, лучше к нам зайдешь? Мама сегодня саму себя превзошла, – и, продолжая улыбаться, но уже чуть сожалеющим голосом, закончила: – Мне до ее готовки еще расти и расти.

– Какие твои годы. Но сейчас я, пожалуй, откажусь. Сварганю быстренько завтрак да побегу. Дел сегодня по мелочи накопилось много.

– Дел? Да еще и по мелочи?

Любопытная какая.

– Холодильник забить, в оружейный заглянуть, билеты в кино купить. Да и одежку купить тоже хорошо бы.

– Может, с одеждой завтра? Заодно и я тебе помогу.

– Одежда? С тобой?!

– А что? С твоим-то вкусом…

– А с твоим – весь день убить. Отдыхать-то мне когда в таком случае?

– Ну уж, не делай из меня монстра. Да, подольше, чем если ты пойдешь один, зато и денег затраченных не жалко.

– Нет, спасибо.

– Так, да? Тогда покажешь мне, что купишь, и если комиссия в лице меня, мамы и Мизуки… Ты ее, кстати, точно не видел?

– Да я проснулся минут… не помню… в общем, совсем недавно. С чего бы ей тут отираться в это время? Да еще и так близко от ваших, хе-хе, жутко страшных гостей, а главное – от тебя.

– Ладно, пойду я, пожалуй. Но про комиссию не забудь. Если нам не понравится – пойдешь за одеждой вновь, и на этот раз вместе со мной.

Комиссия, хех. Мизуки после сегодняшнего автоматом будет за меня. Шина – точно так же против. А вот Кагами… Подмажемся, короче. Не впервой, наработки имеются.

– Конечно-конечно. Удачи тебе там.

– Хо-о-о. Скорей, терпения.

Вернувшись в гостиную, увидел любопытную мордашку, выглядывающую из кухни. Махнув ей рукой, сел на диван. А ведь, если подумать, у меня и в самом деле накопились чисто бытовые дела.

– Завтрак готов, о Великий Прячущий От Старшей Сестры.

– Неси уж, шутница. Посмотрим, чем сегодня кормят женщины рода Кояма.

В итоге день прошел как-то тихо и незаметно. Дожидаться, когда Мизуки вернется домой, я не стал. Продуктов накупил. В киношку сходил. Фигня, кстати, получилась. Одежду не купил, зато добыл пять билетов на концерт «Интера» и даже успел договориться с Райдоном о совместном посещении. У него, правда, билет уже был, а вот компании – нет. Созвонился с парочкой девчонок и договорился о нашей с Рэем ночи. Благо, лав-отелей в Токио полно. Осталось пристроить еще парочку билетов: на фига я, спрашивается, брал столько? Солдатская жадность? Эх. И ехать отдавать влом. Шине, что ль, скинуть? Так у нее свои, поди, есть. Если она вообще собирается идти на концерт. О! А какого?.. Позвоню-ка я еще двум девчонкам. А что? Да здравствует гарем!

Понедельник. Утро. Школа. А ведь я лег в четыре… уже сегодня, получается. Грех жаловаться, конечно: и вечер, и ночь были что надо, но утро… понедельник… школа… Каково сейчас Райдону, я даже представлять не хочу. Мне, ведьмаку, все же попроще, я так думаю. С другой стороны, я и не будучи ведьмаком, бывало, не одну неделю так жил.

Встать. Умыться. Сходить на пробежку. В течение которой мне пришлось выслушивать, как было круто вчера на концерте и претензии, что я пошел туда «без них». Вернуться и принять душ. Собраться и пойти в школу. Одному. Сестрицы Кояма, как правило, выходят раньше меня, так что по дороге я вполне спокойно размышляю о смысле жизни. Все, как всегда, все, как обычно. И это не может не радовать. Хотя нет, кое-кто меня сегодня решил сопроводить. Вчера днем, а вполне возможно и вечером, Шина до отвала накормила того самого приблудного котищу, чуть ли не единственную животину в квартале Кояма, не принадлежащую к собачьему роду. Так что я был совершенно не удивлен, заметив поутру кошачью шкурку на заборе противоположного от меня дома. Развалившись, кот вяло отмахивался лапой от пары собак, а те, виляя хвостом, лаяли и подпрыгивали, якобы пытаясь достать. Учитывая, что одной из собак была матерая немецкая овчарка, которая на моих глазах, не напрягаясь, преодолевала этот самый забор, можно быть уверенным, что сейчас они просто играли. Все-таки местные псы более… толерантны. Приплюсуйте к этому жрачку от Шины и вы придете к тому же выводу, что и я, – фиг он теперь отсюда уйдет. Мусорки, собаки не трогают, никто особо не гонит, иногда подкармливают красивые девушки. Вот вы бы ушли? Осталось только придумать ему имя, а то животное без клички навевает на меня тоску.

У меня к именам вообще особое отношение. М-да. Стоит признать, что мозги мне за время службы все-таки промыли. Честь, слава и имя. Честь весьма специфическая, слава вполне обычная и имя, которое у тебя может отобрать только твое начальство. Типа, стирается из всех официальных документов – и все. Твое имя превращается в кличку. Умом-то я понимаю, что все это ерунда, но вот доводить до такого как-то неохота было. А попав в этот мир… эх, лучше не думать об этом. Хотя нет, пояснить надо. Сакурай Синдзи, по сути, никто. Пустышка. Прозвище, данное, чтобы хоть как-то обозначить это биологическое образование. С Токийским Карликом все наоборот. Слава какая-никакая у этого прозвища есть, но… именно что у прозвища. Дома я, наверное, уже психанул бы. А здесь ничего, на обычной логике держусь. Но все равно хочется большего. В моем желании заполучить герб не последнее место занимает именно эта причина. Основатель собственного рода – это вам не хухры-мухры.

Бросаю взгляд на кота, который передвигался по заборам параллельно дороге, прямо напротив меня. А ведь Шина как-то его уже, наверное, обозвала, надо бы узнать. Хотя этому дворовому кошаку, поди, плевать на всякие там клички. Хе, ну а мне плевать на его мнение.

Охаяси уже ждал меня у ворот. Ну как ждал, спал скорей. Прислонился к стене и ни на что не реагировал. Подойдя к нему, убедился в своей правоте. Реально спит. Я такое только в армии видел. Сам даже так делал, опершись о КамАЗ. И был свидетелем, как дневальный на своей тумбочке спал, а там и облокотиться-то не на что было. С открытыми глазами, между прочим. Но вот от Рэя я такого не ожидал. Дремать еще куда ни шло, а спать… Потыкав в него пальцем, позвал.