Чтение онлайн

Лодочные моторы на улице взревели и загудели на монотонной слабеющей ноте, нахтфишеры сматывали удочки. Сергеев обулся, подобрался к окну, похрустывая битым стеклом, и на мгновение выглянул наружу.

— Уехали, — сказал он, уже смелее высовываясь из окна. — Вот сволочи, все окна на верхнем этаже побили.

— Катер-то хоть на месте? — спросил Иванов.

— На месте.

После того, как нахтфишеры отвалили от гостиницы, по коридору забегали, засуетились, загомонили переполошенные постояльцы; было слышно, как в каком-то номере плачет маленький ребенок.

— Лично я собираюсь доспать причитающееся мне до утра время, — заявил Иванов, с головой заворачиваясь в одеяло, — от окна ощутимо тянуло ночной прохладой, на улице было градусов двадцать, от силы двадцать два.

— Не хочется тебя огорчать, — сказал Сергеев, — но поспать тебе не удастся. Сейчас сюда милиция прибудет, и придется нам на всякие глупые вопросы отвечать.

— Черт! — Иванов сел в кровати. — Зря ты мне не позволил подстрелить кого-нибудь из тех придурков. Я бы хоть знал, что не напрасно сна лишился.

Милицейский наряд прибыл через полчаса.

Милицейский наряд и оперативно-следственная группа отбыли восвояси в начале пятого утра. За пару часов и Иванову, и Сергееву пришлось ответить на большое количество самых разных вопросов. Вопросы были по делу и праздные, глупые и просто идиотские, а также такие, на которые федеральные агенты не сочли возможным отвечать. Кроме того, многие из этих вопросов милиционеры задавали по нескольку раз — то ли не понимали ответ с первого раза, то ли пытались подловить федералов на противоречиях и сделать из этого далеко идущие выводы, то ли они просто так развлекались. В общем, когда милиционеры наконец убрались из гостиницы, это было воспринято даже с большей радостью, нежели когда от гостиницы убрались нахтфишеры.

— Наверное, при приеме на службу в местную милицию кадровики пользуются перевернутой шкалой определения коэффициента умственного развития, — предположил хитроумный Сергеев.

— Не пользуются они никакой шкалой, — сказал Иванов, прямо в одежде упав на кровать. — Они только голову линейкой меряют, чтоб знать размер фуражки.

Сергеев посмотрел в разбитое окно. За окном уже было светло, вставало солнце.

— Горит восток зарею новой, — дурным голосом пропел Иванов, валяясь на кровати. — Я должен поспать хотя бы два часа. А лучше — пять. Иначе я буду не-ра-бо-то-спо-со-бен.

Сергеев признался, что ему часа три сна тоже не повредили бы. На том и порешили.

— Иванов.

— У?

— Вставать пора.

— Который час?

— Уже день.

Иванов с трудом разлепил глаза и убедился, что Сергеев прав, как всегда. По покалеченному пулями потолку разбежался целый выводок солнечных зайчиков — это груда битого стекла на полу сверкала во все стороны кусочками солнца. Опять было жарко. Иванов, заснувший в одежде, с отвращением обнаружил, что рубашка насквозь мокрая от пота и противно липнет к телу. Вот у Сергеева подобных проблем не наблюдалось; он уже и умылся и побрился, теперь благоухал одеколоном словно майский сад.

Иванов свесил ноги с кровати, с кряхтением поднялся и, шатаясь, побрел в ванную приводить себя в надлежащий вид. После всех необходимых процедур, когда Иванов вернул себе внешность цивилизованного человека, Сергеев повел напарника в гостиничный ресторан — завтракать. По времени это уже был, скорее, ланч.

Иванову, против обыкновения, есть не хотелось, наверное, из-за жары. Он со скучающим видом расковырял кусок жареной камбалы и выпил две чашки крепкого черного кофе. После кофе к Иванову стал помаленьку возвращаться бодрый вид.

Сергеев тоже съел немного рыбы, но он-то всегда предпочитал легкий завтрак. Допить кофе Сергееву помешал пронырливый администратор гостиницы, который, на цыпочках подкравшись к столу федеральных агентов, деликатно кхекнул и произнес:

— Прошу прощения за беспокойство, но вас вызывают к телефону.

— Кого именно из нас? — недовольно спросил Сергеев.

— Я не знаю точно, — смутился администратор. — Понимаете, позвонил лейтенант Колотилов и попросил позвать к телефону кого-нибудь из федеральных агентов.

— Лейтенант Колотилов попросил? — Иванов недоверчиво покачал головой.

— Потребовал, — сознался администратор.

— Ладно, я подойду. — Иванов бросил на тарелку с недоеденной камбалой скатанную в шарик салфетку и встал из-за стола.

— Мы оба подойдем, — сказал Сергеев. — Но сначала я допью кофе.

Иванов снова сел. Администратор гостиницы остался стоять. Сергеев с нарочитой неторопливостью допил кофе, поставил чашечку, поднялся.

— Пошли.

Администратор гостиницы отвел федералов в свой кабинет. На письменном столе, рядом с чудовищным чернильным прибором в виде какого-то крейсера, лежала снятая с аппарата телефонная трубка. Сергеев взял ее, сказал:

— Алло.

— Ну наконец-то, — сказал лейтенант Колотилов вместо «здравствуйте» и тут же поинтересовался: — Говорят, что вас обстреляли этой ночью?

Он не добавил «я же вас предупреждал», но это подразумевалось само собой, из его интонации.

— Да, — сухо сказал Сергеев, — было такое дело: приехали, побили окна, нас разбудили и уехали. А потом прибыли ваши коллеги и долго не давали нам заснуть.

— Вы еще легко отделались, — сказал лейтенант Колотилов, непонятно кого имея в виду, — то ли нахтфишеров, то ли своих коллег.

— Лейтенант, что вы хотели нам сообщить? — спросил Сергеев.

— А, — сказал Колотилов. — Помните четверых нахтфишеров, которых задержали вчера в больнице? Мы их потрясли немного, провели обыски у них на квартирах и, представьте себе, нашли у одного из них дома одну интересную вещь. Парень божится, что понятия не имеет, как эта штука оказалась у него на хате, но я ему не верю, он маму родную задешево продаст…

— Что это за предмет? — нетерпеливо прервал Сергеев.

— Не знаю, — ответил милиционер. — Сильно смахивает на кастрюлю, но на крышке стоит клеймо вашей конторы — поэтому я вам и позвонил. Мы тут попытались эту кастрюлю открыть, но ничего не вышло…

— И не нужно больше пытаться! — Сергеев повысил голос, он почти кричал в телефон. — Вы слышите, лейтенант? Не трогайте там ничего!

Иванов насторожился. Он не мог слышать, что сказал лейтенант Колотилов Сергееву, но по виду напарника понял, что милиционер сообщил нечто очень важное.

— Сколько весит этот предмет? — спросил Сергеев.

— Точно не скажу, — ответил лейтенант Колотилов. — Но тяжелый, килограммов семь-восемь будет.

— Все, мы едем! — крикнул Сергеев. — Ничего больше с этим предметом не делайте, никому его не отдавайте, и вообще, не спускайте с него глаз!