Мертвец, который живет на крыше
Шрифт:
— Каких еще гостей?
— У нас есть веранда? — проснулась Лиза. — Это же просто замечательно!
— Да-да, замечательно, читай, не отвлекайся! — бросила я Лизе, даже не обернувшись. — Так что за гости?
— Ну если папа закончит все к следующей неделе, то почему бы нам не позвать на ужин ту милую семью из поселка? — Мама поставила на стол большую бадью салата. — Помнишь, я тебе о ней говорила?
— Пффф… — вздохнула я.
— Ну вот. Люди они хорошие, и обязательно тебе понравятся. К тому же, они говорили что-то про лишнюю газовую плиту, которую могли бы отдать нам на время. В конце концов, мы же не можем все время сидеть на салате и хлопьях.
— Без плиты ничего не приготовишь, — философски изрекла Лиза и уткнулась в книгу.
Сначала труп на чердаке, а теперь еще и гости! Никакого покоя. Я села за стол и уставилась в тарелку, возвращаясь к своим мрачным мыслям.
Тут через заднюю дверь в дом вваливается мокрый от пота папа. В руках у него винтажная коса.
— Уффф, что-то сегодня совсем жарко! — Он жадно впился губами в стакан, который протянула ему подоспевшая мама. — Передохну немного, а то уже мерещится всякое…
— Что мерещится? — спросила я на автомате.
— Да как будто на крыше с обратной стороны дома что-то дымится. — Он сделал еще несколько глотков. — Может, пойти проверить на всякий случай? Мне показалось, даже гарью пахнет…
— Потом. Присядь отдохни, — засуетилась мама, — говорила же, без панамы не выходи!
— Стой, чем пахнет? — Я вскочила со стула, когда до меня наконец дошло. — Гарью?
— Да, мне так показалось. Надо бы все же сходить проверить.
— Не-не-не! Лежи, папа, отдыхай! А я сама сбегаю.
И я помчалась наверх. Уж не знаю почему, но я сразу подумала, что папины галлюцинации как-то связаны с тем бледным парнем. Взлетев по крутым ступеням на чердак, я увидела, что окно открыто, а на столике перед ним лежат, аккуратно завернутые в белоснежное полотенце, шесть маминых ножей.
— Эй, так ты живой! — радостно воскликнула я, высунувшись из окна и заметив лежащего на крыше бледного парня. — А я-то была уверена, что ты помер.
— Доброе утро, — сонным голосом сказал он и приоткрыл глаза. — Я уже очень давно помер.
— Чего? Давай слезай оттуда, мой папа торчит на заднем дворе и может тебя заметить.
Бледный парень неохотно и очень медленно сполз по черепичной крыше и рухнул на пол чердака. Его подгоревшая одежда теперь еще и дымилась, да и сам он казался каким-то… румяным.
— Фу, блин! Что это с тобой?
— Я загорал на крыше, — зевнул он. — Кстати, спасибо за попытку, пусть и неудачную.
— Ты о чем?
— Ну, убить меня насовсем. Хотя с моей стороны было глупо на это надеяться, ведь и у меня самого никак это не выходит…
Неожиданно снизу раздался зовущий меня голос папы и его приближающиеся шаги. Действовать нужно было быстро.
— Так, слушай сюда, чудик! Сейчас мне некогда тут с тобой разбираться. Сиди тихо, а то мой папа тебя найдет и конкретно наваляет. Когда я вернусь, тогда и поговорим.
— Наваляет?.. Было бы здорово… — сонно пробормотал бледный парень, сидя на полу с закинутой на подоконник головой.
Хоть времени у меня было и немного, но я на несколько секунд задержала на нем взгляд и почему-то улыбнулась. Вот ведь странный тип! Хорошо, что хоть не помер.
— Спрячься пока куда-нибудь! — крикнула я напоследок и захлопнула за собой дверь.
И как раз вовремя — ведь на лестнице прямо передо мной возник запыхавшийся папа.
— Уфф... Рая, ты чувствуешь? Пахнет гарью!
Я сделала вид, что принюхиваюсь.
— Да нет, не пахнет, — уверенно сказала я, продолжая сжимать за спиной ручку двери и не давая папе пройти.
— Да как не пахнет? Отойди, дай я проверю, вдруг что-то горит.
— Да ничего не горит, папа! Я только что там была.
— Но мне же казалось… — Папа на секунду замер в нерешительности. — А с кем ты там говорила? Я слышал чей-то голос.
— Ни с кем я не говорила. — Я с деланным беспокойством посмотрела на него и протянула руку к его лбу. — Папа, ты не переутомился на жаре? Что с тобой, тебе плохо?
— Что? Нет, мне не плохо, я просто слышал…
Я покачала головой и с грустью посмотрела на него.
— Эх, папа, папа! Ты уже не молод, чтобы так над собой издеваться. — Я положила ему руки на плечи и развернула, уводя вниз по лестнице. — Скажи, ну зачем ты косишь в такую жару? Тебе сейчас же нужно прилечь!
— Рая, по-моему, вы с мамой преувеличиваете. Со мной все в порядке, — неуверенно сказал папа. — Может, я все же проверю, что там?
Он было снова повернулся к двери на чердак, но я тут же загородила ему проход и подтолкнула вниз.
— Ох, ну что ты там проверишь? Тебе просто стоит отдохнуть, — сказала я, смотря прямо ему в глаза и пытаясь выдавить слезу. — Ты стареешь папа, стареешь… Но не бойся, мы с мамой и сестрами тебя не бросим. Мы о тебе позаботимся!
— Что… бросите? — Папа испуганно посмотрел на меня. — О чем ты, Рая?
— Ох, всему виной твои стремления к этой несбыточной американской мечте. — Я опустила глаза, при этом не забывая направлять папу. — Я все понимаю, тебе хочется дом, собаку и стричь лужайку на заднем дворе...
— Рая, кажется, ты меня совсем запутала.
— Это ты запутался. Но ничего, папа. Ничего. Мы тебя поправим, приедем домой и обязательно поправим. Мама найдет хорошего доктора…
— Доктора? Зачем доктора? Неужели все так серьезно? — удрученно спросил папа. К этому моменту я уже вела его по второму этажу.
— Серьезно, папа, очень серьезно. Главное помни — мы с тобой. Твоя семья с тобой, папа! — С этими словами я положила его на диван в гостиной и укрыла пледом. — Спи, папочка.
Робкий поцелуй в лоб в финальной сцене и — занавес. Все-таки во мне умирает блестящая актриса!
Убедившись в том, что папа окончательно оставил идею проверять чердак, я с облегчением вздохнула. Фух, вроде пронесло! А ведь еще совсем немного, и мне бы пришлось объяснять присутствие какого-то бледного чела в нашем доме…