Чтение онлайн

Да, она была для него проблемой, и такой проблемой, которую необходимо было решить в ближайшее время. Тем временем, подошло время звонить Келли. Но только не из отеля... во всяком случае, до тех пор пока он не осмотрит яхту. Взяв куртку в руку, он вышел из номера, перешел улицу и вошел в бар. Он помнил, что рядом с кассой имеется будка.

Три матроса, сидевшие в нише, два рыбака в другой нише, все глядели на Герту, которая одиноко сидела за стойкой и лениво пила кофе. Она с улыбкой взглянула на Харта, который усаживался рядом с ней.

– Ну как, отдохнули, наконец?

– Да, - Харт положил на стойку пятидолларовую бумажку и обратился к бармену: - Мне двойной бурбон с содовой, а даме, что пожелает.

Бармен нагнулся к Герте и поинтересовался тоном ангела-хранителя:

– Вы его знаете?

Она продолжала помешивать кофе.

– Да.

Харт выпил бурбон и это помогло. Во всяком случае, у него исчез изо рта анчоусовый привкус.

– Хорошо повеселились?
– спросил он у Герты.

– А вы что думаете?
– улыбнулась она.

Харт пожал плечами и взял сдачу. Забравшись в телефонную будку и сняв трубку, он сказал телефонистке номер телефона адвоката. Со своего места он даже видел корму яхты Диринга.

Она была одной из немногих яхт в гавани, на которой не было освещения, и к тому же располагалась несколько в стороне, так что на борт забраться будет нетрудно, если там нет охраны.

Харт решил разведать там все, вплоть до главной каюты.

Наверняка там есть третий путь, которым Бонни покинула каюту с ведома или без ведома команды. Пэгги клялась, что видела ее живой, и убили-то ее, по его предположению, как раз потому, что она ему об этом сообщила. Он был морально ответственен за гибель девушки. Если бы он не пошел к ней на квартиру и если бы она ему не доверилась, то и сейчас она была бы жива. Он был ответственен и по отношению к Гарри Коттону - ведь из одиннадцати присяжных именно он убедил миссис Слэгл изменить свое мнение. В конечном итоге, он должен был подумать и о своей шкуре.

Войдя в будку, он закрыл дверь. Теперь он снова открыл ее, чтобы можно было дышать. Если он, Келли или детективное агентство, которому поручил дело Келли, не смогут раскопать какие-нибудь доказательства, то уже завтра он может попасть за решетку по обвинению в убийстве.

Когда Келли взял трубку, голос его звучал устало, но не сонно. Прежде чем Харт успел что-нибудь сказать, адвокат предостерегающе заговорил:

– Если вы тот, за которого я вас принимаю, то не упоминайте никаких имен и осторожно высказывайте свои мысли. Положение наше не окрашено розовыми тонами и телефон может прослушиваться.

Харт снова закрыл дверь будки.

– Что вы хотите этим сказать?

– Только то, что говорю. Вы еще не читали вечерних газет?

– Нет.

– Мэнсон и инспектор Гарсиа находятся под давлением. Судя по всему, завтра утром будет выписан ордер на арест - еще до того, как решится вопрос об обвинении.

Харт ощутил пустоту в желудке.

– Понимаю.

– Вам уже удалось что-нибудь выяснить?

– Пока нет, но через несколько минут я буду на борту. А что удалось выяснить людям Мастерсона?

– Много всякой всячины, но для вас ничего хорошего.

– Вы проверили насчет страховки?

– Весьма подробно. Общество целиком и полностью стоит на стороне Диринга. Он еще не предъявлял своих претензий, но послал уведомление о случившемся.

– Значит они выплатят?

– Всю сумму чистоганом. У них просто нет другого выхода, ведь Коттона уже осудили за убийство.

Харт едва дышал в закрытой будке, а если он откроет дверцу, он не услышит голоса Келли, так как в баре громко играл музыкальный ящик. Он чуть-чуть приоткрыл дверь, так все-таки легче.

– А как обстоят дела у Диринга с финансами?

– Судя по всему, хорошо. После сегодняшнего разговора с вами, я говорил с двумя маклерами, его коллегами. Оба ответили, что в финансовых кругах сложилось мнение, что клиенты Диринга обслуживаются очень хорошо, а самое главное - хорошо зарабатывают.

– На чем?

– Главным образом на реактивных самолетах, управляемых ракетах дальнего действия и на электронике. То есть на акциях таких фирм, которые работают на правительство.

– А как насчет утверждения Коттона, что Бонни странно себя вела?

Келли нетерпеливо ответил:

– Будьте же разумны, Док! Почему она должна была вести себя странно? Она же не боялась напиться до чертиков с Коттоном!

– Знаю, - сухо проронил Харт.
– Как вы должны понять, я был одним из присяжных. А Пэгги поклялась мне, что видела Бонни в Энзенаде через четыре месяца после ее мнимой смерти.

– Полиция Энзенады ответила на это отрицательно, - заявил Келли, а потом добавил: - Тут еще одна чертовская штучка выяснилась.

– Какая?

– Когда вы последний раз звонили по дороге туда, где сейчас находитесь, вы намекнули мне, что не исключено, что за вами последовал Диринг или его шофер, или оба вместе.

– Ну и что?

– Можете выбросить это из головы.

– Почему?

– Один из людей Мастерсона был в полиции Беверли Хиллс. Передо мной лежит его отчет. В то время, когда вы возвращались к себе в аптеку, чтобы взять лекарства, шофер Диринга был задержан полицией за превышение скорости.

– Диринг тоже был в машине?

– Да. Он попытался разыграть из себя важную персону и тем самым разозлил полицейского, который добавил к своим формулировкам и "сопротивление властям". Это было в восьми милях от дома миссис Коттон, после небольшой паузы он добавил: - Ну, а поскольку мы уже говорили с вами, то доскажу и обо всем остальном.

– Говорите.

– Один из людей Гарсиа спрашивал соседей миссис Коттон и, как всегда в таких случаях, наткнулся на "ночную сову".

– Да?

– На одну старую мочалку... Она живет на другой стороне улицы. Мочалка показала, что прошлой ночью она никак не могла заснуть и видела из своего окна, как вы привезли Пэгги. Она вас сразу узнала, вы ведь пять или шесть раз выдавали ей лекарства.

– Продолжайте, продолжайте!

– Она показала, что вы вошли с миссис Коттон в дом и пробыли там с полчаса. Потом вы снова вышли и огляделись по сторонам, точно хотели убедиться, что за вами не наблюдают.

– Так и было.

– Потом вы сели в машину и уехали. Отсутствовали вы приблизительно десять минут, потом вернулись и снова вошли в этот дом.

– Так оно и было. Но что в этом обличительного?

– Мочалка утверждает, что она не отходила от окна ни на шаг, и все это время она никого не видела входящим или выходящим из дома, кроме вас, до того момента, как к дому подъехала машина.