Чтение онлайн

— И где бы я мог найти идеальный пример?

— Привет? Мы! Каждый день.

Джейсон переводит дыхание, как будто взвешивает мое предложение.

— Итак, ты хочешь, чтобы я написал колонку о том, как мужчины и женщины могут быть друзьями? Что бы я там рассказал?

Я постукиваю пальцем по губам, глубоко погружаясь в эту идею.

— Ты скажешь: «Найдите общие интересы, найдите темы для разговора, а затем обязательно найдите время друг для друга».

— Кажется, мы все это делаем. Мы — дети с плаката.

Когда мы доходим до бара, Джейсон прощается и уходит.

Когда он уходит, я чувствую странную боль в груди.

Какого черта?

Неужели я уже скучаю по нему?

Я никогда раньше так не скучала по другу.

Что ж, все когда-нибудь случается в первый раз.

Джейсон

Несколько недель спустя мы с Трули прогуливаемся по Центральному парку, проходя мимо детской площадки, где школьники лазают по перекладинам.

— Какой ты была в детстве? — спрашиваю я, указывая на группу детей.

— Чертовка, — говорит она. — Я была настоящей хулиганкой.

Я бросаю на нее взгляд.

— Мне с трудом в это верится. Ты совсем не похожа на хулиганку.

Она смотрит на меня острыми ножами.

— Как ты можешь так говорить?

— Хорошо, докажи это. Что ты такого делала, что было так по-хулигански?

Трули поднимает палец, как бы подчеркивая свою точку зрения.

— Однажды я пригрозила сбежать. Я упаковала ланч. Я сказала маме, что уезжаю и собираюсь жить дальше по течению реки.

— И ты?..

— Примерно на час. У меня был пикник. Было довольно вкусно.

Я смеюсь, пока мы бредем по тропинке.

— Ты совсем не такая уж хулиганка.

Трули вздергивает подбородок и бросает на меня вызывающий взгляд.

— Но я хотела быть одной из них.

Я скептически приподнимаю бровь.

— Признай это. В глубине души ты была хорошей девочкой.

Она одаривает меня улыбкой.

— В основном я была хорошей. Тебя это удивляет?

— Сейчас ты в основном хорошая девочка, так что ответ — нет.

— А как насчет тебя? Ты был хорошим мальчиком?

Я расправляю плечи, изображая гордость.

— Я был мальчиком из церковного хора.

— Ты никогда не был мальчиком из церковного хора.

Я поднимаю свою правую руку.

— Так и было. Клянусь. Мама и папа регулярно ходили в церковь, когда были вместе. Я пел перед прихожанами, как только смог ходить.

Ее губы изгибаются в усмешке.

— Это так очаровательно. И я готова поспорить, что именно отсюда проистекает часть твоей уверенности в выступлении перед толпой.

— Возможно, ты права, — говорю я. А когда дорожка выливается на Пятую авеню. Я смотрю на свои часы. — Кстати, о выступлениях, мне нужно поработать над речью шафера на свадьбе, на которой я работаю в эти выходные.

— Приходи в бар, как только жених и невеста поженятся.

Мне нравится, как свободно и непринужденно Трули приглашает меня, и я даю столь же простой ответ.

— Я приду.

***

И я уже с нетерпением жду этого.

Когда с делами покончено, я направляюсь прямиком в бар. В сейчас я почти автоматически поддаюсь притяжению бару Трули, зная, что увижу там друзей – Малоун, Ника и Харпер, Спенсера и Шарлотту. Но больше всего — ее.

В поезде я отправляю сообщение Трули, спрашивая, что у нас наготове. Она сразу же отвечает.

Трули: Джин. И еще джин.

Джейсон: Очевидно. Помимо этого.

Трули: Классная стойка, полная вкуснейших фирменных коктейлей.

Джейсон: Хм. Понравится ли мне что-нибудь из них?

Трули: Извини, мне было трудно услышать тебя из-за твоих сомнений. Что ты сказал?

Джейсон: Я сказал, что держу пари, все фантастично.

Трули: Именно так я и думала. Потому что игра в недотрогу с моими напитками ни к чему тебя не приведет.

Джейсон: Именно там, где я не хочу быть.

К тому времени, когда я прихожу, вся команда уже ушла, поэтому я направляюсь в бар и здороваюсь с женщиной часа. Она одаривает меня улыбкой, и что-то в этом просто цепляет меня за сердце.

Кого я обманываю?

Это цепляет меня за сердце и за другие части тела тоже. Эта дружба великолепна и ужасна одновременно. Я хочу ее и не могу заполучить, и это к лучшему, но это отстой.

Я устраиваюсь поудобнее, сосредоточившись на болтовне, а не на неудовлетворенных желаниях.

— Итак, расскажи мне. Какой совет ты дала сегодня вечером как величайший бармен в мире?

— Ну, кое-кто желал узнать, как правильно отращивать усы.

Я хлопаю ладонью по стойке.

— Моя колонка действительно пригодилась.

— Да, я сделала, как ты предложил, и рассказала ему о Чудо-Гро.

— Идеально.

— Это моя работа бармена. Знать ответы буквально на все.

— Тогда каков ответ на...

Я собираюсь сказать, как друзья могут стать любовниками, но я не могу пойти на это. Я не могу подать виду — по любой причине. Трули стала жизненно важной частью моего мира. Она часть дружеской банды. И мне нужно, чтобы все в моей жизни работало идеально. Мне нужно оплачивать счета, поддерживать людей. Я не могу просто гнаться за тем, что попадается мне на пути.

Поэтому я оглядываю бар и спрашиваю:

— Каков ответ на вопрос... о лучшем месте во всем мире для сумасшедшего необузданного путешествия?

— Ну, очевидно, ты хочешь поехать в Антарктиду, — сразу же говорит она.

Я приподнимаю бровь, как будто обдумывая это странное предложение.

— Да?

— Конечно. Разве ты не хочешь все время мерзнуть?

Я вздрагиваю.

— Нет. Не могу сказать, что я вообще этого хочу. Но я действительно люблю снег.

Трули наклоняется ближе и шепчет, как будто у нее есть секрет:

— Тогда тебе стоит подумать о катании на сноуборде.

— Кататься на сноуборде, — говорю я, поглаживая подбородок и набрасываясь на это. — Это неплохая идея.