Чтение онлайн

— Будешь с определителем работать или с микроскопом? — спросил Роден.

— С микроскопом.

Пилчер поместил кокон под линзу микроскопа и склонился над ним с зубоврачебным зондом в руке.

— Ну, поехали. Нет выраженных респираторных органов в дорсоцефальной области, дыхальца на мезотораксе и еще несколько абдоминальных; давай начнем отсюда.

— М-м-м-гм, — произнес Роден, листая небольшой справочник. — Как насчет функциональных жвал?

— Не-а.

— А парные желобовидные лопасти челюстей в вентральной части?

— Во-во!

— А усики как расположены?

— Наравне с внутренним краем крыльев. Две пары крыльев, задние полностью скрыты, видны только три последних брюшных сегмента… Задний конец маленький, заостренный. Так… по-моему… лепидоптера.

— Именно это здесь и сказано, — подтвердил Роден.

— Это семейство включает и дневных и ночных бабочек. Распространены на огромной территории, — сказал Пилчер.

— Если крылья намокли, трудновато будет. Пойду за справочником, — сказал Роден. — Думаю, вы тут мне косточки хорошо перемоете, пока меня нет.

— Обязательно, — ответил Пилчер. — Роден ничего парень, — проговорил он, как только тот вышел за дверь.

— Не сомневаюсь.

— Ну да? — Пилчера что-то явно забавляло. — Мы университет вместе кончали, работали и выбивали себе стипендии где только могли. Ну, он получил одну работку — пришлось сидеть в угольной шахте, ожидая, пока там протон распадется. Просто он слишком долго просидел в темной шахте. Он ничего, только не надо о протонах с ним говорить.

— Так и быть, я попытаюсь обойти эту тему.

Пилчер отодвинулся так, чтобы свет не падал ему на лицо:

— Лепидоптера — очень большое семейство. Примерно тридцать тысяч дневных и около ста тридцати тысяч ночных бабочек. Мне хотелось бы вынуть ее из кокона. Это необходимо, если мы хотим ее точно определить.

— Ну, что ж. А вы сможете вытащить ее целиком?

— Думаю, да. Смотрите, как раз перед смертью она начала выбираться оттуда собственными усилиями. В коконе образовалось неправильной формы отверстие. Вот тут, видите? Тут придется повозиться.

Пилчер удлинил естественное отверстие в коконе и осторожно извлек насекомое. Тесно сложенные крылья промокли насквозь. Расправлять их было все равно что растягивать влажную, набухшую от воды бумажную салфетку. Рисунка на крыльях было не различить.

Явился Роден с пачкой книг.

— Готов? — спросил Пилчер. — Переднегрудные конечности не просматриваются.

— А щетинки?

— Нет щетинок, — ответил Пилчер. — Офицер Старлинг, вы не погасите свет?

Она ждала у стены рядом с выключателем, пока Пилчер зажжет электрический фонарик. Отойдя от стола, он осветил фонариком насекомое. Глаза куколки засветились в темноте, отражая яркий, тонкий, четко направленный луч.

— Совка, — сказал Роден.

— Возможно. Только какая? — ответил Пилчер. — Дайте свет, пожалуйста. Это — ночница, офицер Старлинг, ночная бабочка. Сколько там ночниц, Роден?

— Две тысячи шестьсот… Описано две тысячи шестьсот.

— Но таких крупных не так уж много. Давай, твоя очередь воссиять, друг мой.

Жесткие рыжие патлы Родена полностью скрыли микроскоп.

— Нам теперь надо исследовать кожный покров насекомого, чтобы определить, к какому именно виду оно относится. Роден в этом разбирается гораздо лучше.

Клэрис вдруг ощутила, как в комнате повеяло добротой.

Роден немедля отреагировал, затеяв яростный спор с Пилчером по поводу расположения наростов на теле личинки. Спор бушевал и дальше, когда дело дошло до расположения волосков на брюшке.

Наконец вердикт был вынесен.

— Erebus odora, — заявил Роден.

— Пошли посмотрим, — сказал Пилчер.

Они взяли насекомое и спустились на лифте на один этаж. Огромное квадратное помещение, расположенное прямо над чучелом слона было целиком заполнено бледно-зелеными ящиками. Когда-то это был огромный, высоченный зал. Теперь здесь были сооружены «палубы», делившие его на два уровня, чтобы насекомым Смитсоновского института было где разместиться. Подошли к секции неотропиков и проследовали дальше — к ночницам. Пилчер заглянул в свои записи и остановился перед ящиком, расположенным на уровне груди в стене таких же бледно-зеленых контейнеров.

— Тут надо соблюдать осторожность, — сказал он, выдвинув тяжелую металлическую дверцу ящика и опустив ее на пол. — Урони такую на ногу, месяц хромать будешь.

Пилчер провел пальцем сверху вниз по стоявшим внутри выдвижным лоткам, выбрал один и вынул его из ящика.

И Старлинг увидела в лотке крохотные высушенные яйца насекомого; гусеницу в пробирке со спиртом; кокон, снятый с куколки, очень похожей на ту, что привезла она и взрослую особь: крупную коричнево-черную бабочку с размахом крыльев сантиметров пятнадцать, мохнатым тельцем и тонкими длинными усиками.

— Erebus odora, — сказал Пилчер, — ночница «Черная ведьма».

Роден уже торопливо перелистывал страницы.

— Вид тропический. Изредка появляется в Канаде. Осенью, — процитировал он. — Личинки питаются листьями акации и тому подобных растений. Распространение: Вест-Индия, юг Соединенных Штатов, на Гавайях считается сельскохозяйственным вредителем.

«П…дец», — подумала Старлинг. Вслух она сказала:

— Черт-те что. Значит, они повсюду встречаются.

— Но не везде в одно и то же время. — Пилчер задумался, опустив голову и обхватив пальцами подбородок. — Слушай, Роден, а яйца они дважды в год откладывают?

— Секундочку… ага, на самом юге Флориды и в Южном Техасе.

— Когда?

— В мае и августе.

— Я вот что подумал, — сказал Пилчер. — Ваша особь несколько более развита, чем та, что у нас. И она не засохшая. Она начала проделывать отверстие в коконе. В Вест-Индии или на Гавайях это было бы понятно. Но у нас ведь — зима. Здесь, у нас, она подождала бы еще три месяца, прежде чем вылезти. Если только она случайно не попала в теплицу. А может, кто-то ее специально вывел.

— Как — вывел?

— Ну, в особой клетке, в теплом помещении, кормил гусениц листьями акации, пока они не стали готовы закутаться в кокон. Не так уж это трудно.

— Это что, хобби такое? Оно популярно? Если не говорить о профессионалах, многие этим увлекаются?

— Да нет, прежде всего — энтомологи, стремящиеся получить идеальный образец. Может быть, некоторые коллекционеры. Еще есть ведь производители шелка, они разводят шелкопряда, но это совсем другой вид.

— У энтомологов должна быть своя периодика, профессиональные журналы, есть продавцы оборудования, — сказала Старлинг.