Чтение онлайн

Сбрасываю звонок. Щеки уже печет от стыда, я как эту ванну увидела - все из головы вылетело, и его просьба приготовить поесть в том числе.

– Я тут...

– Я вижу, что не у плиты, - Дмитрий усмехается и берет с комода белое махровое полотенце. Подступает ближе и раскрывает его в приглашающем жесте. Негромко говорит: - Я очень голодный, Лена. Во всех смыслах. И если продолжишь здесь валяться - на завтрак съем тебя.

– Поняла, - смущенно отвожу глаза и, неловко прикрывая грудь, выбираюсь из ванны. Сразу попадаю в полотенце и его объятия, босс смотрит в глаза и оборачивает меня в мягкую махровую ткань.

Это похоже на сказку. Его забота, ласковые касания, его квартира - мне словно снится это.

– Если хочешь - примем ванну вместе. Вечером, - шепчет он на ухо, дыханием своим опаляет.

По коже бегут мурашки и мне прижаться хочется к его широкой груди, обтянутой серой домашней футболкой.

Но я одергиваю себя.

Хватит, Лена. Тебя ждут Лика и бабушка - вот о чем нужно сейчас думать.

– Раз завтрака нет - планы слегка изменились, - говорит Дмитрий, подхватив меня за талию. Ставит на пол и медленно, словно нехотя, убирает руки. Выходит в коридор.
– Одевайся, заскочим перекусить куда-нибудь в кафе.

Боже! Завтрак с боссом в кафе - об этом я только мечтала. В мыслях уже картинка рисуется, как я и он сидим за уютным столиком у окна, я ворую круассаны с его тарелки, а он смеется, обнажив белые зубы...

Черт возьми, что за сладкая каша у меня вместо мозгов?

– Планы изменились. Мне нужно заехать домой, - говорю сердито, злясь на себя и захожу в комнату. Собираю свою мятую одежду и начинаю одеваться.
– Бабушка звонила. Они с сестренкой меня ждут. И надо еще в супермаркет, дома овощи кончились...

Осекаюсь, сознавая, как странно это звучит для него. Босс-то, наверное, в магазин не ходит, заказывает продукты на дом. Или даже это делает его домработница, она и готовит.

Прибирает.

Стирает.

А Мороз не тратит время на все эти бытовые мелочи, ему вряд ли известно, сколько стоит килограмм моркови и что это такое - покупать продукты по акции.

Нас с ним разделяет пропасть, размером с черную дыру в космосе.

И моя любовь заведомо обречена на провал.

– А что с лицом?
– босс вырастает рядом и сжимает пальцы на моем подбородке, заставляя поднять на него глаза. Неотрывно смотрит на меня, изучает. И словно мысли мои читает, которые я совсем не умею скрывать. Его полные губы трогает едва заметная улыбка. Низким, чуть хрипловатым голосом Дмитрий говорит: - Раз надо - заскочим по пути в магазин. Проведаем Марью Степановну. И позавтракаем у вас. Так даже лучше - люблю домашнюю еду.

Он отпускает меня и отходит к шкафу, забирает плечики с идеально выглаженным костюмом и, что-то насвистывая, скрывается в коридоре.

А я смотрю ему вслед и негнущимися пальцами поправляю воротничок.

Нам не придется расставаться, мы едем вдвоем - значит ли это, что мне не показалось ночью и он тоже… хоть капельку влюблен?

Вместе спускаемся на подземную парковку. Скрывая трепет, сажусь в его машину, и всю дорогу глазею на город, который сегодня кажется особенно красивым. Исподлобья кошусь на босса, на его руки, уверенно сжимающие руль - и воспоминаниями накрывает, как эти руки меня гладили, ласкали, сжимали...

В магазине Мороз набивает продуктами аж четыре больших пакета и домой мы заходим под удивленное аханье бабули:

– Ах, что же это, Дмитрий Викторович! Куда вы столько набрали, нам же не съесть!

– Съедите, не волнуйтесь, - босс разувается и следом за бабушкой сворачивает по коридору в кухню.

Шагаю было за ними, но за руку меня хватает Лика.

– Наконец-то приехала!
– шепотом кричит сестра и втягивает меня в комнату. Закрывает дверь и припадает ухом к косяку, проверяя, не подслушивают ли нас.

– В чем дело?
– поражаюсь странному поведению сестренки.

– Лен, мне крышка, - выдыхает она. Падает на кровать и складывает руки перед собой.

Лишь сейчас замечаю, какая она бледная, каким нездоровым блеском горят глаза и пугаюсь.

– Что случилось?
– плюхаюсь рядом.
– Что такое? Лика! Не молчи!

– Тише ты!
– шикает сестра, метнув взгляд на дверь. Поворачивается ко мне, шумно вздыхает. И шепотом тараторит: - В общем, помнишь, у тебя был конверт с деньгами? Их там целая куча была, и я...

– Так это ты взяла?
– ахнула.

– Нет конечно!
– оскорбляется сестра и мрачнеет.
– Нет, то есть да, я брала, но только чтобы сфоткать.

– Зачем?!

– Ну просто! Все так делают! Фоткают кучу денег и выкладывают в профиль.

– Зачем?
– под рёбрами начинает неприятно сосать.

– Лена, ну круто это, когда у тебя деньги есть, что ты как маленькая?
– начинает злиться сестра.
– Короче, я их сфоткала. И выложила. А у нас в школе есть старшеклассник, старший брат одной моей противной одноклассницы...ну, он двоечник, прогульщик, его даже выгнать из школы хотят. И вот он...

– Значит он у меня деньги украл?
– снова перебиваю.

И раздуваюсь от гнева.

Вот значит как.

Лика сфотографировала деньги, потом какой-то хулиганистый школьник спер у меня конверт...

А ведь из-за этих денег я связалась со Светкой и ее "партнерами по работе", которые требовали всю ночь обслуживать их в гостинице.

Ну, он у меня получит!

– Лика, ты должна мне сказать, что это за мальчик - и я с ним поговорю. Или с его родителями, - поворачиваюсь к сестре.

– Ха, поговоришь, - жалобно тянет Лика и хватает меня за руку.
– Родителям его плевать, отец один раз приходил в школу, когда директор вызывал, так от него спиртом несло на весь коридор! И никакой он не мальчик, у них там шайка - парни старше его. И я слышала, что они телефоны воруют у прохожих, вечером, набрасываются толпой. Даже избить могут.

– Ужас!

– Да! И вот он...- Лика тяжело сглатывает и начинает рыдать.
– Он подошел ко мне вчера в школе. И сказал, чтобы я до конца недели принесла еще столько же денег, как было в том конверте. Иначе...иначе...они подкараулят меня у дома. И...и...Лена! Что теперь делать?!

Лена

– Нам пора, - Дмитрий Викторович накрывает мой локоть и мягко тянет к двери.

– Но… я хотела ещё с бабулей парой слов переброситься, - сглатываю, всё ещё не прийдя в себя от новостей от Лики.

Одновременно и злюсь на неё и жалко. И ломаю голову, что теперь делать! Когда она рассказала правду, стало морально легче, но волнение за сестру сильно прибавилось.