Чтение онлайн

— Даже не думай, — беззвучно произнесла Аяка одними губами.

И конечно же, улыбка Ёсико стала шире. Она показала ей кончик языка и обратилась звонким голосочком к стажёру:

— Господин Шикаяма, расскажите о себе.

— Так, рассказать о себе…

— Можете кратенько пробежаться по биографии. Где учились, где работали.

— В двадцать седьмом году закончил с отличием Шемуанский Институт Дизайна, кафедра проектирования и художественного оформления текстильных изделий. На защите диплома получил несколько предложений о работе и устроился в модный дом «Гохэй», где проработал неполных десять лет. Потом пробовал себя в разных ателье, но надолго нигде не задерживался. За двадцать пять лет приобрёл и отточил навыки в снятии мерок и корректировке изделия по фигуре, в дизайнерском консультировании по стилю, в работе на разном швейном оборудовании, а также влажной и тепловой обработке изделий из деликатных материалов.

— Почему не задерживались на прошлых местах работы? — уточнила Аяка, стоило наступить небольшой паузе.

— Я хотел учиться чему-то новому, а в тех местах всё быстро скатывалось в рутину с однообразными заданиями по ремонту одежды, — Шикаяма уселся за машинку и стал прострачивать детали. — Иногда месяцами менял фурнитуру да подшивал штанины.

— А у нас, думаете, работа будет кардинально отличаться? Мы тоже много ремонтом занимаемся. Нижнее бельё аналогично рвётся, как и пуговки на кофточках, и оборотни не хотят новую вещь покупать из-за небольшого дефекта, который можно достаточно легко и быстро устранить.

— Конечно, я это понимаю.

— Тогда почему вы хотите работать именно у нас?

— Я слежу за успехами вашего ателье с первых дней открытия, — смущённо ответил он и перешёл к гладильной доске. Аккуратно разутюжил швы, используя подложку, и на расстоянии где-то в десять сантиметров обработал паром лицевую сторону. — Честно говоря, меня очень привлекают ваши идеи. Они свежие, яркие и главное ни на что не похожие. Я видел все ваши коллекции и считаю, что многому могу у вас научиться.

Каков лизоблюд. Аяка почти поверила в искренность его восхищения. Прямо талант к тому, чтобы влезать в некоторые интимные места без мыла.

— Тогда почему же вы не пришли к нам раньше? Мы уже как три года существуем. И последний год активно ищем новых работников.

— Я хотел поднабраться опыта.

— Но вы же и у нас собрались учиться.

— Да, но это другое… не хочу ударить лицом в грязь… перед вами.

Она подпёрла кулаком подбородок и покачала на ноге сланцем, сверля пристальным взглядом коротко подстриженный затылок. Что-то в этом парне её напрягало. Но что именно никак не получалось нащупать. Какой-то подозрительно идеальный из него сотрудник выходил. Даже на стандартные вопросы отвечал как по методичке.

— Господин Шикаяма, сколько вам понадобится, чтобы закончить этот комплект? — спросила Аяка, поднимаясь из кресла.

— Я уложусь в два часа.

— Хорошо, тогда я подойду через два часа.

Хвостиком за ней в общий зал последовала Ёсико. Ничего не говорила, тем не менее на лице играло столь красноречивое выражение, что и в словах не было нужды. И так ясно, о чём думала эта пакость ходячая.

И чтобы не услышать никаких сногсшибательных идей, Аяка надела наушники и села перерисовывать эскизы, безжалостно отправив прежние в мусорку. Отведённое время за работой пролетело незаметно. Она очнулась исключительно благодаря подруге. Та вся горела каким-то неадекватным энтузиазмом, а стоило им вернуться в мастерскую, так ещё и воскликнула, безбожно переигрывая:

— Вау, как круто! Господин Шикаяма, вы очень талантливы!

— Спасибо, — скромно отозвался он и встревоженно посмотрел на Аяку.

В отличие от Ёсико, она не торопилась его хвалить. Взяла бюстгальтер и внимательно изучила швы. Как Шикаяма ни старался, но ткань немного съехала в процессе строчки. Буквально на два миллиметра. В глаза не бросалось. Однако для неё было очевидно: он не знал, насколько бархат на натуральной основе даёт выраженную усадку, поэтому не подрасчитал этот момент. Но сама техника исполнения выглядела прилично. Есть шанс, что они сработаются.

— Можете выходить на работу с завтрашнего дня.

Входная дверь резко распахнулась, испуганно забренчала музыка ветра и по коридору тяжело застучали каблуки. Аяка тут же вскочила из-за стола и торопливо подошла к рабочей стойке, за которой всегда принимала клиентов. Следующей раскрывалась межкомнатная дверь, и в зал вальяжно вплыла госпожа Килдиживал — постоянная заказчица из Мумбреша с невыговариваемой для рядового шемуанца фамилией.

Её темно-карие глаза скользнули по Шикаяме, сидящем за планшетом и изучающем нюансы шитья наиболее часто заказываемых моделей белья, и остановились на Аяке. Пухлогубый уголок рта на миг дёрнулся в агрессивной ухмылке. Кажется, кое-кто пришёл ругаться. И то, как мощная рука с размаху опустила на столешницу стойки комплект красного белья, не оставило в этом никаких сомнений.

— Добрый день, госпожа Килдиживал, что вас привело к нам сегодня? — с вежливой улыбкой уточнила Аяка, незаметно разглядывая гигантских размеров лифчик, похожий на тот, что они шили ей на заказ.

— Хочу ремонт. Ты же и сама видишь в каком он состоянии, — ответила она с сильным акцентом и, подцепив ногтем бретельку, помотала минимайзером у неё перед лицом. — Лифчик не уменьшился после переворота. Ещё и на сетке сбоку дырка!

Забрав бюстгальтер, Аяка разложила воистину слоновый размерчик на столешнице, заняв им почти всю площадь, и стала демонстративно изучать проблему. То, что сия вещица вышла не из-под её руки, было видно с первой секунды. Однако нельзя было просто взять и с ходу заявить об этом — клиентам необходимо шоу, чтобы они приняли и поверили в то, что от них не пытаются отмахнуться. Поэтому она несколько секунд с серьёзным видом рассматривала некачественную подделку из дешёвого полиэстера, подняла взгляд на круглое лицо с такими же круглыми слегка навыкате глазами, и объявила:

— Извините, госпожа Килдиживал, но этот комплект вы покупали не в нашем ателье.

— Знаю, я покупала его в «Лунном свете».

— Тогда я не совсем понимаю, — растерянно отозвалась Аяка, продолжая удерживать на губах учтивую улыбку. — Вам прекрасно известно, что мы оказываем гарантийный ремонт тем вещам, что сделали лично.

Госпожа Килдиживал закатила свои огромные глаза и что-то возмущённо пробормотала на мумбрешском.

— Вот только не надо мне вот этот бред нести, окей, да? Когда я увидела рекламу того магазина и что конкретно они продают, тоже удивилась. Там почти всё то же самое, что и в «Секрете глицинии». Что за бред?! — она темпераментно взмахнула руками вверх. — Подумала я. А потом я, значит, ещё подумала и решила, как-то это странно. Окей, ладно, плагиат везде существует. Но с чего бы вы так спокойно на заднице сидели бы, когда у вас тут под носом уводят товар? А? Всё страннее и страннее. Да? Ну и значит, приехала к ним всё разузнать, а они мне: мы независимый филиал, который реализует бракованный товар и неудачные экземпляры от коренной фирмы… и ещё там много умных слов. Но суть я в общем уловила. Всё барахлишко вы скидываете им, и они его продают в три раза дешевле. Нормальная схема, я ничего против неё не имею, окей, да? Сама, как видишь, на радостях прикупила второй комплект. Он похуже, но и стоил всего пятнадцать тысяч. А за твой пришлось отстегнуть аж пятьдесят тысяч. Разница ощутима, окей, да?

— Нам очень жаль, что вы столкнулись с мошенниками, госпожа Килдиживал. Но мы не имеем никакого отношения к магазину…

— О, об этом мне тоже сказали! — беспардонно перебила её эмоциональная клиентка. — Что будешь отнекиваться, если заявлюсь с бракованным бельём. Будешь называть их мошенниками и всё в этом роде. Я не тупая, окей, да? Понимаю, что за репутацию бренда трясётесь.

Окончательно ошалев от такого поворота событий, Аяка могла лишь слушать путаный поток мысли искренне расстроенной госпожи Килдиживал. Это какой-то запредельный уровень наглости. Мало того что воровали дизайн и мастерили откровенную халтуру, так ещё и клиентов убеждали, что делали это на законных основаниях.