Чтение онлайн

А их сыновья?

При Лехином появлении Крендель вскочил и захлопал глазами. Ага, подумал Корольков, Мишка-то его вроде как испугался. Отсюда вытекало первое: сын киллера ни при каких обстоятельствах не должен давать стрекача.

— Э-э-э… — протянул Крендель. — А я давно твоего… Тьфу ты, тебя жду.

— Меня-а?

Второе: сын киллера должен быть сдержанней.

Леха мысленно одернул себя. Собрав расползавшиеся букашками сомнения в туг"т 1 комок воли, он процедил, почти не разжимая губ:

— Не о чем говорить. Спешу.

И хоть спешить было некуда, Корольков прошел мимо Кренделя широким шагом. Крендель двинулся вслед за Лехой.

— Слушай, я же видел твоего папашу, когда вы переезжали, — услышал Леха через несколько шагов. — Что, киллеры так и выглядя??

Вот что, оказывается, Мишку заботит, вот что ему спать не дает!.. Не для того ли, чтобы подкараулить Лехиного отца, Крендель в такую рань на скамейке торчал?

Леха поморщился:

— Это не отец был, это… — Стоило ли называть дядю Семена? — Это был, скажем так, один из его друзей, — нашелся Леха. — Кстати! Держи язык за зубами, друзья моего отца в рекламе не нуждаются.

— А не боишься, что я заявлю куда надо? — резко спросил Крендель. — Сейчас столько телефонов развелось — борьба с терроризмом… А?

Ну и дела, события-то в два счета могут принять крутой оборот!

Третье, и основное, правило: сын киллера ничего не боится.

— Звонить хочешь? Давай, звони, сделай милость… если жить надоело, — сказал Леха. — Моему отцу все эти телефоны до лампочки, он настоящий профи, — а вот тебе я тогда не позавидую.

Вот заврался, подумалось, и как теперь только выпутываться. Он украдкой глянул на Кренделя и хмыкнул.

А что, ничего. Кажется, подействовало. Крендель уши-то развесил… Ну, если это так, нужно воспользоваться ситуацией.

— Отец мой, конечно, не всегда был крутым, — сказал Леха, словно раздумывая вслух. — Так обстоятельства сложились… — Корольков помолчал и продолжил медленно, со значением: — Он тогда мою маму спасал, ее чуть не убили… Так они и познакомились.

— Что-о? — протянул Мишка. — Расскажи.

И Леха начал.

Лехин отец, оказывается, в молодости занимался пистолетной стрельбой и боксом. А мать, оказывается, была гимнасткой, мастером спорта.

(На самом деле, Лехины родители учились в одном институте, где и познакомились; мама выступала в сборной курса по волейболу, а папа посещал шахматную секцию…)

— Это случилось в Адлере, — небрежно продолжал Леха. — Знаешь Адлер?

Мишка кивнул, сосредоточенно сопя носом.

Они прошли мимо трансформаторной подстанции.

— Там, в Адлере, мои старики были на сборах, перед самой Московской олимпиадой, — все больше завирался Леха. — А мамин тренер офигенно продулся в карты, в преферанс, одному мужику, из крутых… Не знаю, сколько продул — но много. До фига! А мама у тренера была основная подопечная. Мужик решил, значит, этого тренера прищемить, чтоб долг отдал! — Леха скосил глаза на Кренделя.

Тот впитывал Лехино вранье, как губка— воду.

— Тренер — ни в какую, — продолжал Леха. — Ты, говорит, мухлевал, так что — перебьешься. А крутой мужик молчаливый оказался, не стал спорить, а просто… похитил маму.

— Как похитил? — спросил Крендель.

— Как, как… — передразнил Леха. — Подъехала черная «волга» (тогда вся мафия на черных «волгах» разъезжала) — и с приветом! А потом — на яхту, у мужика своя яхта была… Тренер, дурак, в милицию пошел, но им-то, ментам, что — у них все повязано, коррупция. А папа стал за быком — ну, за охранником, — этого крутого следить… И выследил. На яхте!

Леха перевел дух. Они стояли перед школой.

— Ну что, все — или дальше? — мрачно поинтересовался Корольков. — Может, хватит на сегодня?

И в самом деле, может, хватит? Если он целиком расскажет эту историю сейчас, что будет завтра? Его опять начнут бить?

— Рассказывай, — мотнул головой Крендель. — Давай, рассказывай, Мо… — Мишка поперхнулся.

Леха сделал вид, что не заметил.

В школе только что сделали влажную уборку, и пол в вестибюле блестел, словно стеклянный.

— Отец, как яхту выследил, стал мозговать, ведь нужно было пробраться незаметно…

— А где яхта стояла?

Леха задумался. В самом деле, где стояла яхта?

— Да метрах в ста от берега, со спущенными парусами. И знаешь, что папаня сделал? Стырил у одного отдыхающего надувной матрас и доплыл на нем. — Леха растянул губы, но быстро спрятал улыбку. — То есть на матрасе.

Ну и ерунда.

Пока Корольков вешал спутнику лапшу на уши, добрались до класса. Там сидела и позевывала только Светка Трубецкая. Светка была знаменита тем, что всегда приходила в школу самая первая. Светка раньше всех мчалась в школу, заходила в пустой класс, если тот не был закрыт, и повторяла заданное на дом вплоть до звонка. Если кабинет оказывался закрытым, она садилась на батарею в коридоре и учила уроки до появления подруг.

Потому она и была отличницей.

Когда Светка увидела Королькова и Кренделя в одной компании, у нее глаза на лоб полезли. Будет что обсудить с Анжел кой, решила Трубецкая и демонстративно уставилась в учебник физики. Но уши ее работали, как два локатора.

— Пойдем, Леха, расскажешь до конца, — сказал Крендель, бросив сумку на парту.

Светка испытала новый шок… А Леха, в душе посмеиваясь над ошарашенной Трубецкой, вышел вслед за Кренделем из класса.

В коридоре он продолжил свои басни.

На яхте была мама и два охранника. Когда появился Лехин отец, возникла кутерьма, драка… Отец дал одному в челюсть. Второй на него пистолет наставил и выстрелил, но мимо. А отец выхватил пистолет у первого охранника, которому в челюсть дал, и выстрелил в ответ.

— Понимаешь? — остановился в этом месте Корольков. — Необходимая самооборона!

— Убил?

— Наповал, — решительно подтвердил Леха и перевел дух.

Дикая получилась история, ничего не скажешь. А Мишка слушал так, словно ему Чейза вслух читали.

— А потом?

— Отец и мама смылись на том же матрасе. Но крутой мужик отца выследил и… И, знаешь, что сказал? Ты на меня работать будешь, сказал, и тогда с этим убийством все шито-крыто будет. Никаких ментов, никаких следствий. Мне, мол, это — раз плюнуть! И, сказал, твою подругу, значит, мою маму, оставлю в покое, и даже тренеру долг прощу. Во как сказал! — Леха победно посмотрел на Кренделя, очень довольный тем, что доврал историю до конца. — ТЫ, сказал мужик отцу, БУДЕШЬ ВМЕСТО ЕГО ДОЛГА.