Чтение онлайн

– В общем… прости меня, Агния. И его тоже прости. Он невольная жертва моего каприза.

– Может, чаю? – Я честно не готова обсуждать прощение Кита даже с его братом.

Дар понимающе улыбается и качает головой:

– Мне бы виски, но лекари говорят, это губительно, пока импланты приживаются. Поэтому я лучше пойду. Угроза имплантам – единственное, что способно заставить меня не творить дичь.

– Пойдешь? – уточняю я, подозревая, что Дар снова меня удивит.

– Умеренная физическая активность на пользу моему телу, которое превратилось в кусок мяса. Приходится заставлять его двигаться.

– Дар, от нас до вас – полгорода, – потрясенно произношу я. – Это не умеренная физическая активность! Зачем ты над собой так издеваешься?

– Потому что в нашем мире выживают только сильные, Агния. А я сейчас очень слаб, и меня это не устраивает. Если я неспособен вынести обычную прогулку, то зачем все это вообще?

– Не спеши! Дай себе время.

– Я потерял год. И не намерен больше терять ни дня. Повышенная физическая нагрузка никак не влияет на вживление имплантов.

– Да. Но это боль. Адская боль постоянно.

– И в этом смысл! – Лицо парня озаряет шальная улыбка. – Когда боли становится так много, что кажется, ты больше не можешь ее выносить, она отступает.

Когда Дар оказывается в дверях, навстречу ему с улицы залетает Яриша и, притормозив, с интересом ощупывает взглядом. А парень ей улыбается. Не так, как мне, а хищно и сексуально. Она понимающе хмыкает и проходит мимо. Дар смотрит ей вслед, закусив губу.

Наткнувшись на мой взгляд, подмигивает и все же скрывается за дверью, а я игнорирую сводную сестру и достаю магфон, чтобы набрать Кита. Пусть в очередной раз спасает брата. Сейчас мне ничего не угрожает, а Дара надо отвезти домой. Если он рухнет от болевого шока на середине пути, легче никому не станет.

До конца дня еще долго, но я уже чувствую себя как выжатый лимон. Дар все же тот еще засранец. Обаятельный, страдающий и при этом сильный, на него невозможно злиться. Кит говорит, что брат поставил на себе крест. Считает, что ни одной нормальной девушке он не будет нужен, а по мне, он плохо знает девушек. Едва они на следующей неделе вернутся в лицей, внимание им обеспечено.

Ловлю себя на том, что во мне не просыпается ни капли ревности. В Ките я уверена на сто процентов, а вот Яна ревновала ужасно. Убеждаю себя, что с Китом просто нет поводов. Но все же мелькает мысль, что просто к Киту я отношусь ровнее. По большей части мне все равно, и это замечательно. Не хочу страдать. Нет, я не прощу измену, но уйду, не испытывая душевной боли. С Яном все иначе. Даже сейчас он тот, кто заставляет меня испытывать больше эмоций, чем я способна переварить.

От мысли о разговоре с Яном сводит желудок, и я прячусь у себя в комнате, чтобы собраться с духом. Там меня и отлавливает Лирая с образцами приглашений и каталогами с платьями. Этим я тоже сейчас заниматься не хочу, но с Лираей проще согласиться, чем сказать «нет». В итоге трачу весь вечер на подготовку к приему. Просто кивать не получается, Лирая буквально заставляет меня делать осознанный выбор, вникать во все мелочи и не относиться к предстоящему мероприятию формально.

Мы останавливаемся на платье цвета «сдержанного пурпура» – по мне, он приглушенно-бордовый, но Лирая знает лучше. Даже не спорю. К нему подбираем гарнитур. Непременно с колье, длинными висящими сережками и диадемой – рубины, гранаты и сдержанная, тусклая платина.

Лирая считает, что украшения, которые стоят какую-то совершенно нереальную сумму, мне должен купить Кит, я же не хочу этого. И отказываюсь даже заводить разговор. В принципиальных для меня вопросах я могу быть не менее упряма, чем она. Не знаю почему, но деньги Кита для меня табу. Я никогда ни о чем его не прошу и отказываюсь принимать дорогие подарки. Пытаюсь разобраться в себе, но не нахожу ответов. А которые всплывают, мне не нравятся, поэтому решаю не копаться в своей голове, а просто принять это как факт.

Лирая вздыхает, и я решаю, что отвоевала свое право идти в том, что у меня есть. Но я плохо изучила мачеху: раскошелиться приходится Дариусу, и мне становится еще более неловко. Думаю, уж лучше бы это сделал Кит.

К счастью, Лирая перестает меня терзать, и я наконец-то остаюсь одна. С гудящей головой, шальными глазами и совершенно без сил. Я даже думать о разговоре с Яном не могу, не то что идти к нему. Нет уж, в этой семейке можно в один день плотно общаться только с одним ее членом.

Внезапно снова хочется какао, как я привыкла тут пить – сладкого, горячего, с тающими на языке зефирками. Нет, видимо, я не изменилась за год. Просто в Монарко мне не ели так качественно мозг чайной ложкой.

Не отказываю себе в удовольствии и прошу горячий сладкий напиток. Забираюсь под покрывало и беру книжку – мне жизненно необходимо из реальности нырнуть в иллюзорный мир. А Ян подождет до завтра. К тому же он сам сегодня даже не вспомнил о моем существовании. Мог хотя бы чисто формально справиться о здоровье. Но, видимо, нашлись дела поважнее!

Адская ночь, адский день и ад впереди. Такова работа штатного некроманта. Жалею ли я, что выбрал этот путь? Иногда. Гораздо проще, как раньше, – выжигать адреналин скоростью, менять подружек и не мучиться от испепеляющего безответного чувства.

Но стоит признать, этот год слишком сильно меня изменил, и вернуться назад я не могу. Только испытывать легкое сожаление по тем временам, когда мне было все равно. Наверное, это и называется взрослением.

Начинаешь думать о том, что на трассе страдают друзья. Просто так. Не ради идей, благого дела или своих близких, а просто потому что наша жизнь пресыщена. Хочется чего-то острого. Острым становятся запретные зелья, беспорядочные связи и рисковые затеи.

Теперь адреналина мне хватает здесь. Я зол на Агнию, которая так беспечна. На Кита, ситуацию и мать, но не собираюсь творить дичь. Планирую нарезать круг по городу, сбросить пар и вернуться домой. Спать. Устал зверски, но приходит вызов, и я мчу туда, где такой же пресыщенный жизнью идиот, как я раньше, упал с крыши. Или скинули. Именно я могу выяснить, что произошло, если успею. Это несложно, тут главное – не упустить время. Мертвые недолго способны передавать информацию живым. Некромант может уловить нужные эмоции и понять, убийство было или самоубийство, даже если покойник сам не скажет.

Но все идет не по плану. Совсем не по плану. Иногда, очень редко, так бывает. Накачанный перед смертью запретными зельями человек восстает под действием магии некроманта. И это не послушный зомби из сказок – это кровожадная тварь, которая получила возможность двигаться и хочет убивать, так как убили его самого…

Нашего парня не убивал никто. Понимаю это еще до того, как он превращается в зомби. Перед смертью погибший был настолько не в себе, что просто оступился и рухнул с крыши. Его дружки испугались и убежали. Их еще предстоит найти (к счастью, не мне), а этот глупо и быстро закончил свой земной путь. Последние его эмоции – ярость и непонимание, щедро замешенные на запрещенной дряни. Они рождают ненависть и желание мстить за несправедливую, по его мнению, смерть.