Чтение онлайн

— Я только смотрю, — отвечаю. — Пока.

— Да ладно, — он делает шаг ближе, вытягивает руку. — Тут всё проще, чем кажется. Главное — держаться уверенно.

Пожимаю руку. Вежливо. Потому что так легче, чем выслушивать ещё пять минут попыток произвести впечатление. Его пальцы тёплые. Не цепкие, но задерживаются чуть дольше, чем нужно.

Мелькает улыбка — настоящая, без задней мысли. Он даже кажется искренним. Но я чувствую, как внутри моя волчица приподнимается. Не рвётся, не рычит. Просто вскидывает уши. Не на него.

На пространство позади.

Запах срывает дыхание быстрее, чем я успеваю отдёрнуть руку. Он здесь.

Пахнет, как ночь. Как кровь. Как власть, которой не нужно доказывать своё право.

Я поворачиваюсь ещё до того, как голос зовёт по имени.

И всё меняется.

Он стоял у края площадки. Тень от ближайшего дерева закрывала часть лица, но глаза… Эти глаза я помню. Холодные, внимательные. Такие не смотрят — они оценивают. И в этот момент я не была исключением.

Он всё видел.

Каждое слово. Каждое движение. Каждую микросекунду, когда я смеялась, как нормальный человек. Когда позволила Рою прикоснуться.

Ошиблась.

Райан двинулся к нам. Спокойно. Медленно. Но с такой тяжестью в каждом шаге, что даже воздух вокруг словно стянуло. Волчица внутри зарычала, отступила.

Этот волк своё не делит.

— Белла, — сказал он моё имя тихо.

Но сердце дрогнуло.

В этом голосе не было гнева. Не было угрозы. Но было всё — и приказ, и притязание, и граница, которую я только что пересекла.

Я не успела ответить. Даже не поняла, что сказать. Потому что его взгляд уже переключился на Роя.

— Рой, — Райан сказал спокойно, почти лениво, — раз уж тебе хочется внимания моей пары, покажи, что ты его заслужил.

Площадка замерла.

Рой встрепенулся. В груди у него дрогнуло — почувствовала это почти физически. Но вслух он только фыркнул, словно не понял, в чём подвох.

Корд. Высокий, массивный, с руками, как у скалы, и взглядом, который давно не задаёт вопросов. Его вызывали, когда требовалось поставить на место, не обсуждая.

— Как скажете, Альфа, — сказал Рой. Но голос у него уже сел.

Смотреть на это нет не желания не сил, Но Райн не собирается уходить, короткая перепалка, моя вспыльчивость не дают результата.

Делаю шаг назад. Потом ещё один. В груди всё сжато. Тело просит бежать. Волчица — молчит. Слишком пристально следит за ним, чтобы отвлекаться на страх.

Нужно уйти. Сейчас. Пока могу.

Разворачиваюсь — и в ту же секунду его пальцы смыкаются на моём запястье. Не больно. Но так, что остановка — неизбежна.

— Куда ты собралась, Белла? — голос низкий, и от него по коже идёт дрожь.

— Домой, — выдавливаю. — Мне это всё не нужно.

— Ошибаешься, — хрипло.

Он разворачивает меня к себе. Шаг — и я уже спиной прижата к его телу. Его рука скользит к талии. Крепко. Надёжно. Без права вырваться.

А он склоняется ближе — к уху, к шее, туда, где кожа чувствует даже дыхание.

— Смотри, Белла. И запоминай, — хрипит. — Это мир, в который ты вернулась. Здесь не прячутся. Здесь учатся понимать цену. Сразу.

Перед глазами — ринг. Корд заносит руку. Удар — и Рой снова летит в пыль. Его рот в крови. Он не поднимается. Просто стонет.

Может, он и глупый. Но не настолько, чтобы встать снова.

— Он больше не прикоснётся к тебе, — говорит Райан. Спокойно. Уверенно. — Ни он, ни кто-либо другой.

Я дёргаюсь — инстинктивно. Хоть как-то. Но его хватка только крепче.

Он не держит, как палач. Он держит, как владелец.

— Ты можешь кричать, Белла. Можешь злиться, спорить. — Его губы скользят ближе к виску. — Но ты всё видишь сама. Это — порядок. Это — стая.

— Это дикость, — шепчу.

— Это мы, — отвечает он. — Ты просто давно оторвана. Но волчица — помнит.

Моя грудь тяжело поднимается. Плечи дрожат. Я не боюсь — я закипаю. И оттого, что он прав. И оттого, что не могу — развернуться и ударить, уйти, закричать.

Потому что что-то в этом всё равно чувствуется правильно.

Он отступает на шаг, но не отпускает запястье.

— Не пытайся сбежать, Белла. Здесь всё возвращается на круги. Даже ты. Особенно ты.

И взгляд его — как приговор.

В ринге Рой уже валялся в пыли. Тяжело дышал, кровь капала на песок, но даже это не приковывало к себе внимания так, как рука Райана на моем запястье.

Стая молчала.

Каждое дыхание, каждый взгляд тянулся к нам. Словно весь круг затаился в ожидании.

И Райан не заставил ждать.

Он повернул меня к себе. Не резко — уверенно. В его взгляде не было вопроса. Только решение. Принятое за нас обоих. Волчица внутри застыла. Не в страхе — в предчувствии.

Он склонился ближе. Пахло хвоей, кожей, жаром, властью.

— Все смотрят, — прошептал он, и в голосе не было тепла. — Пусть знают, к кому ты принадлежишь.

Он поцеловал — жадно, властно, будто ставил клеймо. Это был не порыв, не страсть — это была метка, акт силы, сделанный на глазах у всей стаи.

И внутри что-то вспыхнуло: волчица поднялась сразу, без страха, без вопросов — зная, кто теперь её альфа.

Райн

— Отпусти меня, — выдыхает она.

Голос низкий, уверенный, но в нём слышится не сила — попытка сохранить лицо и вернуть контроль, которого у неё уже нет.

Я держу её — спокойно, без нажима, но достаточно, чтобы напомнить: я рядом, я — не выбор, я — власть. Не щенок, которого можно обмануть, а альфа, за которым всегда идёт стая. И когда всё сказано без слов — отпускаю.

— Не делай так больше, — тихо, но с нажимом, будто хочет укусить — не испугалась, а бросила вызов, злой, упрямый, настоящий.

Мне всё больше хочется внушить ей одно: таких, как она, не выпускают из виду — за ними охотятся.