Чтение онлайн

К сожалению, все закончилось не слишком хорошо. Тридцатисемифутовая громадина Фурухьельма вела себя совершенно незнакомым для Эдвина образом, будучи трансатлантическим лайнером, по сравнению с привычным шверботом. Она крутилась, вертелась и прыгала, и у Эдвина случился приступ морской болезни.

После того как мальчишку вырвало на палубу во второй раз, его высадили на остров Уфердсён, дав ему особое задание собрать как можно больше грибов, ягод и всего иного съедобного, чтобы снизить расходы на содержание лагеря. Забрать Эдвина планировали по пути домой.

– И это несмотря на тамошние привидения? – вздохнула Анника. – Да, с тобой поступили не лучшим образом.

– Уж точно, – согласился Эдвин. – Хотя Фурухьельм довольно строг с нами.

– Расскажи об этом, – попросила Анника Карлссон. «В худшем случае я смогу составить еще одно заявление».

Заведующий лагерем не слишком нравился Эдвину по трем причинам.

Во-первых, если верить тому, о чем шептались его товарищи после отбоя, прежде чем засыпали, Фурухьельм имел невероятно много денег, о чем свидетельствовала и собственная яхта. И, по словам одного из старших друзей Эдвина, богатство Фурухьельм получил от деда, старого нациста, который отнял тысячи золотых зубов у бедных евреев, убитых во время Второй мировой войны.

– Но откуда знает об этом твой товарищ? – спросила Анника Карлссон. – Звучит очень странно, на мой взгляд, Эдвин.

– От своего отца, – ответил Эдвин, кивнув уверенно. – Он работает в «Свенска Дагбладет», поэтому я думаю, все чистая правда. Мой папа говорит, это единственная шведская газета, которой можно доверять. Другие издания постоянно массу всего придумывают.

– А мне все равно это кажется ложью, – возразила Анника. – Подумай сам, Эдвин. Какой отец пошлет своего ребенка в такое место? Под начало такого заведующего? Ты еще о чем-то хотел рассказать? – добавила она.

В-вторых, Эрика беспокоило странное поведение Фурухьельма, и, в-третьих, тот говорил необычные вещи.

– Не мог бы ты привести несколько примеров? – попросила Анника Карлссон.

– Он ужасно, ужасно строгий, – сказал Эдвин.

– Приведи пример, – повторила Анника.

После вечернего кофе с булочкой, когда все стояли под теплым душем и смывали с себя соленую воду, прежде чем лечь в постель, Фурухьельм обычно ходил среди Эдвина и его товарищей и стегал их по ягодицам мокрым махровым полотенцем, чтобы они не тратили слишком много теплой воды.

– Он, вероятно, беспокоится об окружающей среде, – предположила Анника. «Или ему нравится стегать по попкам маленьких мальчиков».

– Да, возможно. Хотя он говорит еще и странные вещи, – неохотно проворчал Эдвин.

– И об этом ты не хочешь рассказывать, поскольку тебе нелегко, – догадалась Анника.

– Лучше не буду, – подтвердил Эдвин.

– Без проблем, – легко согласилась Анника Карлссон. – При том, что ты уже рассказал… Фурухьельм не выглядит добрым парнем.

– Да-а…

– Что, если сегодня ты переночуешь у меня, а утром ты, я и все другие полицейские поедем на этот остров, чтобы ты показал нам, где нашел череп?

– Супер! – воскликнул Эдвин. – Просто супер!

– Вот и хорошо, – рассмеялась Анника Карлссон. – Тогда у меня еще только один вопрос. Сколько времени понадобится, если идти от лагеря скаутов до острова Уфердсён на судне, которое двигается со скоростью тридцать узлов?

– Десять минут, – ответил Эдвин. – Самое большее десять минут.

– Тогда ты сможешь сделать это утром, поскольку ты, я и все остальные отправимся на остров Уфердсён на полицейском катере.

– Ты уверена? – спросил Эдвин, широко распахнув глаза.

– Да, абсолютно уверена. И с собой мы возьмем полицейскую собаку. Пожалуй, даже двух собак. Посмотрим.

– Собака – это хорошо, – кивнул Эдвин. – Если считать, что наш нос, наше обоняние имеет величину почтовой марки, знаешь, сколь велико собачье обоняние?

– Нет, – покачала головой Анника Карлссон. – И каким же оно будет?

– Как футбольное поле, – сказал Эдвин. – Хотя носы у нас могут быть даже больше, чем у собаки.

– Это просто фантастика, – признала Анника.

– Да, – согласился Эдвин. – В такое трудно поверить.

После окончания допроса Анника Карлссон и Эдвин сразу направились в технический отдел и передали найденный Эдвином череп эксперту, дежурившему в этот вечер, помощнику комиссара Йорге Фернандесу. Он был сыном иммигрантов из Чили, и среди коллег его называли Чико. Без всякого злого умысла, хотя само прозвище по-испански означало Сопляк.

– Пуля находится внутри, – сказала Анника. – Если ты сможешь сразу извлечь ее и быстро дать мне предварительное заключение, я буду очень благодарна. Кстати, это Эдвин. Именно он нашел его, когда ему поручили собирать грибы.

– Немас проблемас, – ответил эксперт. – Это не по-испански, а по-сербски, если тебе интересно. Но никаких проблем. Все будет на твоем компьютере в течение часа. На улицах весь вечер царили тишина и покой. Никаких убитых или раненых. Даже ни одной гильзы, с которой требовалось бы поработать.

Он кивнул Эдвину, похлопал его по плечу и поблагодарил за помощь.

Эдвин смутился и опустил глаза в пол.

– А ты, случайно, не живешь рядом с Бекстрёмом? – поинтересовался Фернандес.

– Угу, – кивнул Эдвин, – мы с комиссаром соседи.

– Он рассказывал о тебе здесь, на работе. По его словам, ты классный парень. Если у тебя будет желание стажироваться у нас, когда пойдешь учиться дальше, я это легко устрою.

Анника Карлссон покачала головой, поблагодарила заранее за заключение, взяла с собой Эдвина и вернулась в свой служебный кабинет. Потом, пока мальчик полулежа на стуле играл в компьютерную игру на своем айфоне, она по телефону разобралась с оставшимися задачами, которые требовалось решить до следующего утра, когда она и Бекстрём должны были начать очередное расследование.

И в первую очередь составила заявление об открытии дела по «подозрению в убийстве». После чего переслала его копию шефу криминального отдела полиции Сольны комиссару Тойвонену вместе с просьбой о дополнительном персонале. Дело обещало быть трудным, ведь речь шла о неизвестной жертве и одна только ее идентификация могла потребовать немало сил.

Потом она позвонила шефу технического отдела полиции Сольны и рассказала о происшествии.

– Я сам займусь этим, – перебил он ее еще до того, как она успела попросить об этом. – Мне необходимо подвигаться после отпуска, подышать свежим воздухом. Отдохнуть от комаров, которых хватает у нас дома в Торнедалене.