Чтение онлайн

Я старался вести себя тихо и лишний раз не отсвечивать. Делать это было легко. Почти всё время я проводил в квартире, на улицу мама мне не разрешала выходить. Она же почти всё время отсутствовала. Только поздно вечером мы собирались на кухне, чтобы вместе поужинать. Я видел, как ей было тяжело и не лез с навязчивыми разговорами. Мама тоже меня ни о чем не спрашивала.

Так и прошли эти несколько дней. События прошлой недели маленькими капельками выцеживались из моей памяти, освобождая место для новых впечатлений. Иногда думал о Ване и о том, как он пытался накормить умирающую крысу. Интересно, а как бы поступил на его месте я?

Потом подходил к окну в своей комнате и пытался высмотреть его пшеничную шевелюру на улице. Я делал это подолгу, блуждая глазами по пейзажу за окном, а воспоминаниями плыл по событиям своей жизни. Затем я переходил к окну в гостиной и смотрел уже из новой точки. За всё эти два дня я его так и не увидел. Начинало казаться, что я его на самом деле выдумал, и никакого Вани с мертвым грызуном не было.

Был ли отец? Да, точно был, вот же фотография, где они с мамой молодые и счастливые.

А потом где? Был же…

Я достал парочку старых фотоальбомов. Родители начали их вести вскоре после того, как мама подарила папе на день рождение потёртый серебряный фотоаппарат, купленный где-то на барахолке. Однажды я держал его в руках и даже сделал снимок! Но потом у отца появился цифровой фотоаппарат, который, как я понимал, был намного проще прошлого, но он почему-то перестал фотографировать вовсе.

Я сел на кровать в своей комнате и рядом кинул фотоальбомы. Самый маленький скользнул по ткани и шмякнулся на пол. С него и решено было начать.

Это был последний заполненный фотографиями альбом, если судить по маминой причудливой прическе. Вот она стоит возле больницы в старом городе, где мы жили. А здесь у нас в гостях её двоюродная сестра, я её помню, но не отчётливо. Пару снимков в домашней атмосфере, парочка на природе, фотография с дня города. Я пролистал весь альбом, но не нашёл ни одного снимка, где был бы папа…

Следующим был массивный фотоальбом с множеством листов. Я неспешно просматривал его, жадно впиваясь в каждый снимок. Фотографии относились к более раннему периоду жизни моей матери. Там было множество незнакомых мне людей и мест. Мама предстала передо мной с какой-то фантастической внешностью и одеждой, которые больше подходили музыкантам из клипов, крутящихся по телевизору. Я улыбнулся. На душе стало как-то по-особенному тепло. Будто через эти снимки я лучше узнаю её. Соприкасаюсь с той её версией, которую я не застал и которой уже давно нет.

Только на самой последней странице на одном их блеклых черно-белых снимков я увидел маму в обнимку с каким-то молодым щеголем, который очень смутно походил на моего папу. Узнать его было крайне сложно. Если это всё-таки был он, то уж очень круто отец изменился.

Я взял фотографию из гостиной, где точно они и сравнил её со снимком из альбома.

Ну-у-у, не, это точно не он. Лицо не то, форма ушей другая, глаза какие-то выпуклые…

Через открытую форточку проникал свежий прохладный воздух. Его струя дула как раз мне в лицо и приятно освежала. Когда я отложил в сторону альбом, вместе с потоком уличной свежести в комнату залетел крик, а затем отборная брань с улицы. По голосу – мужчина.

Фокус моего внимания тут же сместился. Я подскочил к окну и пытался хоть что-нибудь разглядеть. Но ничего подозрительного не заметил. Переместившись к гостиному окну, я также ничего не увидел.

Показалось, может?

Я вернулся в комнату и пошире открыл форточку. Мне думалось, что так я смогу лучше услышать, что происходит на улице. После чего уселся на прежнее место и положил на ноги третий по счету альбом.

В нём оказались самые старые снимки. Кого-нибудь хотя бы отдаленно похожего на маму с папой я не нашёл. Дойдя до половины альбома, я закрыл его со смесью неудовлетворённости, скуки и какого-то странного подозрения в груди.

Я зевнул. Время было в районе четырёх часов дня. Самое сладкое для дневного сна. К тому же, делать было нечего, а мама придёт вообще не скоро. Да и на улице не было больше ничего интересного.

Сон – это отличная машина времени…

…Каким-то неведомым способом даже через сон я почувствовал, как кто-то на меня смотрит. Я осторожно открыл слипшиеся глаза и увидел силуэт женщины. Она хозяйничала в комнате. Ещё через секунду я понял, что это мама.

– Проснулся? – спросила она.

– А-а-а, да… – ответил я, широко зевнув.

Я сел на кровать и огляделся. Солнце уже не было так высоко и стремилось скрыться за многоэтажками. Форточка была на половину прикрыта, а альбомы я даже не убрал с кровати. Это не осталось незамеченным.

– А чё альбомы тут раскиданы? Фотографии смотрел?

– Да, хотел посмотреть на вас с папой в молодости.

После моей фразы, мама закусила нижнюю губу, отвернулась к окну и зачем-то закрыла форточку. Стало душно.

– А ты почему так рано? – поинтересовался я.

Она повернулась ко мне. Мне показалось, или её глаза стали мокрее? Мама подошла к кровати, взяла альбомы в охапку и поставила их на прежнее место. Я воспользовался этой заминкой и глянул на часы. Было почти шесть часов вечера.

– Пораньше удалось уйти. Сегодня папа придёт… – мама открыла шкаф и посмотрела мне в глаза. – Кстати, что у нас там по продуктам?

– Э, колбасу я доел сегодня, хлеба немного и яиц мало… – вспоминал я.

Что? Папа придёт сегодня? Хм…

– Ты какой-то грустный… Не рад, что отец придёт?

Я быстро накинул одну из своих дежурных улыбок и быстро закивал с широко раскрытыми глазами.

– Конечно рад! Я так соскучился по папе!

Мама закинула голову назад, волосы красиво раскинулись по спине, на лице появилась улыбка. Последние пару дней я не видел, чтобы она улыбалась. По крайне мере искренне. Мне было так радостно видеть её такой.

– Вот и отлично, Игорёша! – она вернула голову в прежнее положение и снова посмотрела в шкаф, опуская туда руку. – Так-с, тогда собирайся в магазин за продуктами. Список я тебе щас напишу.

Ого, походу отец реально придёт. Слишком уж мама готовится к этому.

Я молча сполз с кровати. Сон уже окончательно улетучился, хотя голова немного побаливала. Быстренько освежился в ванной. При её посещении у меня сразу же всплывали неприятные образы из прошлого, поэтому я старался бывать в этой комнате как можно реже, предпочитая умываться на кухне.

Мама тем временем инспектировала свои самые шикарные наряды, параллельно записывая всё, что необходимо купить свободной рукой. Её способность хорошо писать любой из рук меня поражала. Казалось, что это какой-то дар. Возможно, магический. Но она всегда отшучивалась, говоря, что это просто многочисленные тренировки.