Чтение онлайн

Лумарь неожиданно подумал, что в качестве тайника скворечники действительно могут подойти. Один чемодан камешков - и десяток скворечников… В самом деле, почему бы и нет?

–  Кто у нас вякал насчет скалолазания? Вроде ты, Гутя?
– Он оглянулся на тощего напарника.
– Ну что, попробуешь?

–  Могу, конечно, только зачем?

–  Затем, что надо бы вблизи глянуть на эти ящички. Может, что и найдем внутри.

Двинувшись вразвалочку к березе, Гутя очень скоро доказал всем присутствующим, что звание бывшего скалолаза, как и мастерство нынешнего форточника, он готов отстоять в любом честном соревновании. Уже через пять минут оба скворечника лежали на земле, а тот же Гутя пяткой разламывал их на составные части.

–  Почему-то пусто… - Присев на корточки, Лумарь подобрал одну из досок, недоуменно покрутил в руках.
– Что-то не вкуриваю, какого фига они их тут развешивали?

Сказать подельникам было нечего.

–  Может, они потом собирались туда что-нибудь прятать.

–  Тогда надо бы обратно повесить.

–  Что вешать-то? Эти щепки?
– Лумарь, выпрямившись, пнул раскуроченные обломки.
– Ладно, дергаем отсюда. Как видно, без языка не разобраться.

–  Без чего?
– недопонял Лешик.

–  Это, типа, без стукача, - пояснил более сообразительный Гутя. Взглянув на него, Лумарь одобрительно улыбнулся. Бывший скалолаз горделиво расправил плечи, Лешик же, напротив, заметно приуныл. В борьбе за симпатии главаря намечалась явная конкуренция, и киллер мимоходом подумал, что роль вождя ему определенно нравится. Судя по всему, молодняк его слушался, а главное - готов был слушаться и далее.

–  А еще этих фуфыриков попробуй. Оливки называются. Под водяру - самое то.
– Ляписов Андрей Леонидович развалился с заалевшим лицом на диване. Ковыряясь вилкой в выставленных на столик салатах, Стас Зимин расположился напротив за столом.

–  Нам, братан, сразу надо было встретиться. Битый битого всегда поймет.
– Ляписов подался вперед.
– Ты вот не стал губешки раздувать, и я тебя уважаю. Обычное дело, полаялись - и ша! С пузырем на мировую.

–  Ничего оливки.
– Стас одобрительно кивнул.
– С лимончиком.

–  А я что говорю! Та еще бацилла. Это тебе не в кандее ногти обгладывать.

–  Тут ты прав.
– Стас протянул руку к бутылке.
– Ну что, еще по одной?

–  Давай, раз такое дело!
– Ляписов примирительно махнул рукой.
– Коли щенки вместе учатся, чего нам друг от дружки бегать?

–  Я и не бегу.

–  Молодец! Сам пришел - и молодец!

Подняв перед собой рюмку, Стас прищурился:

–  Где казачишь, Андрюша? Часом, не ракетчик?

–  А ты откуда знаешь?
– Ляписов хитровато улыбнулся.

–  По глазам догадался.

Ляписов сипло рассмеялся:

–  А ты, наверное, кот. Что, угадал? Вижу, что в яблочко! Бабочки - они таких любят.

–  Каких «таких»?

–  Да очень уж фэйс у тебя занимательный. Кстати, откуда столько шрамов?

–  Машина с деревом поздоровалась, а я мордой в стекло въехал.

–  Понятно. Может, все же перекинемся в картишки? Я это дело люблю.

–  Со временем нелады, - отправив в рот очередную оливку, отозвался Стас.
– А то бы с удовольствием.

–  Я вот что хотел спросить: где ты такую волыну отхватил?

–  Хороший вопрос.
– Зимин кивнул одобрительно.

–  Сейчас ведь таких не выпускают.

–  Уже, наверное, и не будут. Хотя машинка действительно хорошая.

Ляписов снова развалился на диване, распластал руки по пуфикам.

–  Не, я в натуре говорю. Ты - парень что надо. Может, зайдешь как-нибудь к нашему бригадиру? Я познакомлю.

–  А что, как-нибудь зайду обязательно.

–  Давай, что ли, повторим?

–  Кто же против?
– Стас разлил по рюмкам остатки «Посольской».
– А насчет сына все-таки послушай доброго совета. Не будешь пороть, он тебя первого подставит. Это, Андрюша, статистика. Либо на рыбалку вози, либо ремнем учи. А иначе на кой хрен ему такой отец нужен. И не заступайся в другой раз. Пусть сам выкручивается. По крайней мере, в литерку не превратится.

Ляписов с чувством протянул руку:

–  Вот ей-бо! Другому бы за такие слова… А тебе верю!

Стас нехотя пожал потную ладонь, со вздохом поднялся:

–  Ладно, пора мне, Андрюша. Дел еще невпроворот.

–  Понимаю. Дела - это святое. Но ты завсегда заходи. Хоть даже без пузыря.
– Ляписов неожиданно засмеялся.
– А ловко ты насчет директора завернул! Я ведь почти поверил. Это, значит, будто он там нагадил.

–  Не нагадил, так нагадит когда-нибудь. Если не будешь учить.

–  Все понял. Я же сказал!

Уже в прихожей они наткнулись на Чипу - младшего из рода Ляписовых.

–  Па, это тот самый… - Паренек поперхнулся от звонкой затрещины. И тут же загнусавил: - Ты чего? Он меня ремнем выдрал!

–  И я сейчас выдеру!
– Ляписов-старший еще раз врезал по кумполу сыну.

–  Только не по голове, - предостерег Зимин.
– Он же дураком у тебя вырастет. Стягивай штаны и ремнем по заду. Это проверено. А по голове не надо.

Последнее, что он видел, выходя за дверь, это распоясывающегося Ляписова-старшего. Юркое чадо кусалось и царапалось, но отцовские волосатые руки схватили чадо крепко.

–  Диана Мещерова, директор кафе «Золотой телец». Факс, телефоны-патефоны, прочая лабуда.

–  Наверное, телка его.

–  Ну, телки этого мосла нас пока не интересуют…

Чуть приоткрыв глаза, Дмитрий Харитонов повернул голову. Судя по звукам, они находились в подвале. Капала где-то вода, и эхо чужих шагов отражалось от мрачного свода, теряясь в затхлой темноте. Справа и слева громоздились какие-то мешки, рулоны, ведра, пахло кирпичной крошкой и кошачьим дерьмом. Словом, местечко было еще то…

Дмитрий попытался пошевелиться и тут же поморщился. Под темечком полыхнула тяжелая пульсирующая боль. То ли сказывался удар нунчака, то ли продолжал действовать ядовитый аэрозоль. Сквозь боль пришло понимание, что в руках у них находится визитная карточка Дианы. Значит, успели, стервецы, обшарить. По давней привычке ничего секретного Дмитрий с собой не носил, однако Диана любила напоминать ему о себе, без спросу рассовывая по карманам свои усыпанные вензелями визитки.

–  Гляди-ка, не подох.