Чтение онлайн

— Обязательно, — ответил я и выбрался наружу.

— А что парня оставили? — спросил мужик в пуховике, приглашая нас проходить в бытовку.

— Так надо, — ответил я.

— Да уж… вот времена собачьи…

— Точно, людей мало, доверия мало, — согласился Палыч.

— Его и раньше не особо много было, — ответил он, — а теперь все нутро на поверхность вышла…

— На, держи, — протянул я ему коробку.

— Вот спасибо! Ну, проходите.

Обычная вахтенная бытовка, хорошо утепленная, печь-буржуйка у которой стоит небольшой стол и две длинные лавки.

— Меня Владимир зовут, я тут начальником смены был… а сейчас вот с ребятами охраняем… от кого… для кого правда неизвестно.

Мы с Палычем тоже представились, Владимир разлил заварил два пакетика в пол-литровой банке, а потом разлил всем по кружкам, добавив кипятка сказал:

— Вы вообще первые кого вот так на транспорте встречаем, нет, конечно обстановку примерно вокруг знаем, радиостанция есть, и Хабаровск слушаем и Читу. Пролетал пару недель назад вертолет… низко, покружил и улетел.

— А что в Чите, — спросил я.

— О, там все с чувством с толком с расстановкой, есть некий руководитель, военные хорошо держатся, от мародеров зачистили территорию, были со стороны Китая вылазки, но отбили, там же дивизия! Да и вообще всякого военного много.

— А что за руководитель?

— Не понятно, скорее всего кто-то из гражданских, но скажем, авторитетный товарищ, раз смог военных на себя замкнуть. Люди живут в общем кто выжил, как-то устраиваются, но в целом территория сама по себе и как понял к центрально власти отношения не имеют.

— А есть центральная власть?

— Не знаю, должна быть, — пожал плечами Владимир, — иначе чего мы тут, как дураки, высиживаем?

— Если бы была, как ты говоришь «центральная власть», то ты бы в первую очередь об этом узнал на этой НПС.

— Не знаю, — вздохнул Владимир.

— А что у вас в самом Сковородино? Военные кстати есть?

— Погранотряд… сильно кастрированный.

— А вообще, населения, сколько до катастрофы было?

— Тысяч десять.

— Да уж, ну протянуть какое-то время наверное сможете.

— Надеюсь… а вы куда и откуда?

— Вообще с побережья Дальнего Востока, пока за Байкал в Ангарск едем, а там посмотрим, — ответил я.

— Так что, побережье кто-то выжил?

— Выжил, не знаю правда, как там после тайфуна.

— Да никак! — ответил Владимир.

— То есть? Откуда знаешь?

— Когда с Читой связывались в первый раз, нам сказали, что побережье сильно задело, разрушений много, да и осадков радиоактивных выпало «выше крыши», по Китаю, судя по всему вообще сильно прошло… вот они вдоль границ и полезли, кто сообразил на север уходить.

— Вода, похоже, не из топленого снега? — спросил Палыч, кивнув на чайник.

— Воды можем налить, не жалко, у нас тут скважина, только емкость несите.

— У нас расходный бак в транспорте, — ответил Палыч, — шланг тоже есть, куда подъехать?

Заполнив двухсотлитровый расходный бак водой, мы распрощались с сидельцами на НПС и отправились дальше, по нефтепроводу.

Ехали мы уже более двух суток, отмахав почти 1300 километров, стало больше леса и гор, между которыми были долины рек. Решение свернуть с нефтепровода на старую ветку БАМа приняли с целью экономии топлива ну и собственно времени. Попадались поселки — ровесники строительства БАМа, никого, ни души. И утром, когда уже пошли третьи сутки, а топлива километров на двести хода мы наконец-то выскочили к железнодорожной станции Куанда, которая встретила нас таким же мертвым безмолвием, как и все вокруг.

— Звиздец конечно, — сказал Палыч, — подкурив сигарету и устало откинулся на спинку кресла, — вообще никаких следов.

— Похоже, — согласился я и покрутил привод фароискателя на потолке кабины, — ну что, выгружаемся и идем смотреть что тут.

— Да, — ответил Вовка, копошась на спальнике, где он «давил на массу» после шести часового управления «Витязем».

Сама станция находилась в заболоченной низине, недалеко от одноименной реки, на юге виднелись горы, не высокие, на севере до горизонта снежное безмолвие. Кое-где из-под снега торчат вторые этажи деревянных бараков, пара кирпичных строений, электрические столбы с оборванными проводами, уныние в общем.

— А ведь это баня, — ткнул меня в плечо Вовка и показал в сторону торчащего из под снега части фронтона крыши и асбестовой трубой в ней.

— Возможно… Про быт позже подумаем, пошли туда, надо соляру искать, — ответил я и пошел в сторону как мне показалось локомотивного депо… не показалось, оно и есть. И солярку нашли, повозиться правда, пришлось, и копали, и шланги сначала искали а потом наращивали, что бы хватило до обнаруженной цистерны в тупике, до которой проехать «Витязю» мешали строения и всякие металлоконструкции на территории.

— Ну что, — облегченно выдохнул Палыч, когда мы закончили с наполнением баков и дополнительной ёмкости, — предлагаю денек тут отдохнуть.

— Согласен, — ответил я, — баня опять же.

— А чуете, как потеплело? — спросил Вовка.

— Да, кивнул Палыч, если так дело дальше пойдет, все таять будет. Ещё не плюс, но как говориться около нуля… на дворе-то середина лета и небо все светлее.

— Я представляю, какой будет паводок, — сказал Вовка.

— Это не паводок будет, а очередной катаклизм, — ответил я, — а прикинь, в городах начнут оттаивать трупы?

— Фу… жесть, — подернул плечами Вовка, — это же всякие эпидемии…

— Ладно, давайте, чтобы у нас тут никаких эпидемий не случилось, займитесь баней, пока девчата есть готовят, а я по цеху в депо пройду, гляну.

Лопатами помахать пришлось прилично, пока вход в баню откапали, пока обнаружили и откапали поленницу. Затем затопили баню и начали набивать в найденную тару снег. Банька к слову уютная такая и не маленькая, видно здесь это было одним из главных развлечений. Тамбур быстро прогрелся от кирпичной стены отделяющей его от парной. Порядок особо наводить не пришлось, баней пользовались часто, все было на своих местах, и веники в том числе, развешанные на веревке под потолком тамбура.

Напарились в буквальном смысле дорвались как голые до бани… Все такие чистые, розовые как поросята сидим теперь поедаем тушеное мясо с остатками роскоши в виде начатой бутылки Григорьевского Хеннеси, которое Вовка по хозяйски прибрал в наш первый вечер в Биробиджане.

— Там, — Палыч показал куда-то себе за спину, — в цеху дизель генератор, я посмотрел, можно запустить… сварку подключить.

— Зачем? — со слегка осоловевшими глазами спросил Вовка, восседая на лавке с войлочной буденовкой на голове и замотанный в чистую простынь с печатью принадлежности к некой войсковой части.