Чтение онлайн

Скорее всего, это был робот, биологический андроид. Но такая точная имитация органических тканей вызывала восхищение. Тут, явно не обошлось без интегрирования ДНК в тело киборга. Человечество пока ещё опасалось проводить подобные эксперименты, считая их аморальными и противоречащими общественной этике. Законодательства всех без исключения звёздных систем, входящих в состав Федерации, расценивали эту область науки, как насилие над личностью. Также как и клонирование разумных существ, слияние с компьютерной нейросетью, приводило лишь к созданию биомашин, не способных к нормальной человеческой деятельности. Одним словом, и проще говоря, получались безмозглые зомби, которые могли есть, пить, передвигаться, но не могли думать и осознавать себя, как личность. Возможно, после контакта с этой цивилизацией, Федерация изменит отношение к этому вопросу. Так как тут прогресс в этом вопросе на лицо. Не знаю, но лично мне смотреть на бездушное существо, живущее чисто физической жизнью и лишённое привычных человеческих эмоций, было немного жутковато.

Наверное, приборы обозначили, что я пришёл в сознание. Робот повернулся и взглянул на меня. У него были большие синие, без зрачков, глаза. Думаю, они были соответствующим образом модифицированы и снабжены портативными сканерами, так как существо некоторое время смотрело на меня, не отрывая взгляд и немного наклонив голову, полностью лишённую волосяного покрова. Закончив исследовать меня взглядом, существо удовлетворённо кивнуло. Кабель с тихим жужжанием отключился от порта в его затылке, после чего втянулся внутрь медтерминала.

«Доктор» неторопливо, словно обдумывая каждый шаг, приблизился ко мне и провёл планшетом над головой. По голоэкрану побежали цепочки непонятных символов. Металлическая рука андроида коснулась моего виска, и острая боль пронзила мозг. Но лишь на долю секунды. Я даже не успел вскрикнуть. Существо снова удовлетворённо кивнуло, будто отмечая что-то у себя в мозгу, и отошло в сторону. Спустя минуту оно вновь меня просканировало.

– Результат положительный.

Его голос прозвучал для меня, словно раскат грома посреди безоблачного неба. Я понял каждое слово, что сказал киборг! Его голос звучал ровно и мягко, с едва уловимыми механическими нотками, без каких-либо намеков на эмоциональность.

– Вы можете понимать нашу речь.

Андроид не делал выводов, это было бы слишком сложным алгоритмом поведения для него, он просто констатировал факты.

У меня волосы зашевелились от ужаса! Я понимал каждое слово, до последнего слога. И, отвечая на мои мысли, которые, наверняка, читались на моём лице, существо произнесло с неизменной металлической интонацией:

– Это имплантат, позволяющий облегчить вербальную форму общения. Он вживляется в поверхностные слои коры головного мозга. Речь синтезируется в известные вашему виду фонетические формы. Вероятность отторжения имплантата равна одной миллионной процента. Совместимость с любой биологической ДНК стопроцентная.

От этих слов холодок побежал у меня по спине, оставляя за собой мерзкое ощущение ужаса.

– Где я?

Слова давались с трудом. Мышцы ещё полностью не оправились от удара парализатором.

– Орбитальный комплекс 25N32I, – холодно ответил робот.

Что ж, мои предположения о том, что мы уже не на корабле подтвердились.

– Где Витта? Девушка, что была со мной!

– Это закрытая информация, которая находится за пределами моего уровня доступа.

Не сказав ни слова больше, «доктор» повернулся ко мне спиной и проследовал к двери, теми же, слегка заторможенными движениями. Каким бы идеальным не казался робот со стороны, его соматические связи уступали человеческим по скорости передачи нервных импульсов к мышцам и тканям. Это вселяло надежду на то, что, как бы ученым не хотелось создать сверхчеловека или сверхмашину, им никогда не переплюнуть природу в искусстве творения. Надеюсь. Только матушке-природе дано право создавать шедевры. В противном случае, человек рискует стать существом второго сорта и прекратить своё существование.

Медик доковылял до двери и прикоснулся к сенсорному замку. В коридоре ожидали две молчаливые фигуры, с ног до головы закованные в чёрную броню. Тяжёлые шлемы были снабжены, устрашающего вида масками, которые, полностью скрывали лица. В местах сгиба рук и ног, я заметил сервомоторы, в сотни раз увеличивающие силу каждого движения.

Ни слова ни говоря, один из охранников подошёл ко мне и отстегнул ремни, приковывающие меня к кровати. Затем, грубо схватив за плечи, одним рывком поставил на ноги. При этом я почувствовал лёгкий укол зависти перед недюжинной силой этого воина, пусть даже увеличенную бронескафандром. Его напарник, также молча, защёлкнул у меня на руках сияющие бледно голубым светом браслеты энергонаручников. После чего, меня вывели в ярко освещённый коридор.

Только сейчас я заметил, что одет в нечто похожее на больничный халат, сделанный из грубой ткани с добавлением латекса. Остальная одежда отсутствовала. Наверняка, подвергалась сейчас различным анализам и тестам, чтобы удостовериться, что мы не несём угрозы для их биосферы.

Вели меня довольно долго. Длинные коридоры сменялись просторными помещениями, похожими на больничные палаты, где такие же, как мой недавний «доктор» существа колдовали над столами, заставленными бесчисленным множеством разноцветных пробирок, баночек и контейнеров.

Дальше коридор упирался в платформу лифта, которая перенесла нас на нижние уровни станции. Пока мы шли вдоль нескончаемого ряда одинаковых дверей, нам ни встретилось, ни единой души. Похоже, этими отсеками пользовались крайне редко. Здесь царила тишина и запустение. Не было даже слышно привычной суеты дроидов-уборщиков.

Наконец, мы остановились напротив одной из дверей. От прикосновения огромной руки в чёрной металлической перчатке к замку она открылась, и меня втолкнули внутрь. Не устояв на ногах, я кубарем покатился по холодному стальному полу. Слабость от парализующего удара ещё давала о себе знать неприятным ощущением холода в мышцах. Дверь тяжело опустилась, обрывая всякую связь с внешним миром, отсекая промелькнувшую было мысль о побеге.

Некоторое время я лежал, не шевелясь, прислушиваясь к тихому шуршанию огромных вентиляторов где-то за стенкой. После чего, переполз на жёсткую кровать в углу и лёг, закрыв глаза. От слабости кружилась голова, но организм постепенно возвращался к своему обычному жизненному ритму. Незаметно для себя я уснул.

Проснувшись, я почувствовал себя намного лучше. Слабость ушла, но мышцы продолжало ломить. Я сел на кровати и потянулся. Голые стены сияли холодной сталью в тусклом свете ламп. Рядом с кроватью стоял небольшой столик. У противоположной стены ещё одна кровать и огромных размеров иллюминатор, за которым открывался панорамный вид на планеты, плывущие по чёрному морю, усыпанному мерцающими огоньками звёзд. Около него, задумчиво глядя на космический пейзаж, стояла знакомая фигура, одетая в такую же, как и на мне, больничную пижаму.

– Витта! Ты жива!

Я попытался встать, но тут же повалился обратно на кровать. Бодрость оказалась обманчивой, и ноги предательски подкашивались.

– Лежи! Тебе пока рано вставать!

Девушка подбежала ко мне и попыталась уложить. Я сопротивлялся, как мог. Сколько можно, вот так валяться. Так все силы уйдут в конец! Но она была непреклонна и, в итоге, я сдался.

– Тебе крепко досталось, там, на борту транспортника, – она с беспокойством осмотрела меня с ног до головы, – Меня ведь просто схватили и заковали в наручники, а затем переправили на станцию. А тебе достался хороший заряд парализатора. Наверное, ты показался талари слишком опасным, чтобы оставлять тебя в сознании.

– Талари? – не понял я.

– Да, так они себя называют.

Витта, удостоверившись, что я больше не пытаюсь встать, отошла от моей кровати и села на свою.

– Мы сейчас находимся где-то в центре сектора Хеб. Точнее сказать не могу. Если не ошибаюсь, мы на научной станции около их главной планеты.

– Сколько прошло времени?

Я сглотнул непонятно откуда взявшийся ком в горле. Все мысли о побеге отпадали сами собой. Куда здесь бежать? Оставалось только смириться с ситуацией и положиться на снисхождение судьбы, которая уже не раз протягивала руку помощи.