Чтение онлайн

— Не ну! Спать, — ответил тот со смешком. Она дует губки и также медленно отворачивается, выдергивая у брюнета одеяло. Кутается в него. Так и заснула с обиженной моськой.

Утром голова ужасно болела. Девушка простонала в попытках встать.— Я умереть пыталась или что...? — задает та самой себе вопрос, хватаясь за голову, — Ни хрена не помню...— Выпей...Джереми стоял у шкафа, завязывая галстук. На столике стоял стакан воды, рядом на салфетке таблетка-шипучка от головной боли. Он зачесывает волосы назад, но они все равно падают вперёд, делясь на два пробора.— Спасибо, — пробормотала она, беря стакан воды и таблетку. Голова кружилась, перед глазами всплывали смутные картины вчерашнего вечера.— Что мы вчера делали? — спросила Шелли, попыталась вспомнить фрагменты ночи.— Праздновали твою свободу, — Джереми ответил, заканчивая завязывать галстук. — Ты, кажется, немного перебрала.— Немного? — девушка усмехнулась, — Кажется, я вчера упала в море алкоголя.Джереми рассмеялся. Он бы еще с ней остался с радостью, но надо бы снова последить за женой начальства.Брюнетка поднялась с постели, позволив одеялу остаться на поверхности. Подходит со спины к молодому человеку и обнимает. Под рукой проскальзывает и ничуть не смущаясь своего вида, поправляет галстук и прическу.— Так получше... — произнесла она, мягко улыбнувшись.Он смотрит на нее через зеркало, внимательно изучая каждый сантиметр её лица, будто пытается запомнить детали, которые уже давно для него столь привычны. Шелли заметила это, отпустила его и отступила на шаг назад, разглядывая своё отражение рядом с ним.— Хотя бы один хороший день на память, да? — тихо сказала она, пряча неловкую улыбку за волосами. — Вчера было весело, но, может быть, нам стоит устроить что-то более спокойное? Без морей алкоголя.Джереми кивнул, не оборачиваясь, ладонью разглаживая галстук. Его взгляд смягчился, когда он ответил:— Как насчет на ужин пасту с морепродуктами? Можешь просто заказать. А до этого времени отлежись... Я привезу хорошее вино. — сказал он вроде бы и в манере Нэйтона, но это звучало все равно как-то иначе. — Карточку оставил на столе. Купи все, что тебе нужно начиная с продуктов и заканчивая выбором вещей... Не хочу, чтобы на тебе было хоть что-то что он трогал.— Может мне тогда вообще без одежды ходить? — хитро та щуриться, но посмеявшись, отстранилась, — Съезжу домой и возьму свои, — отмахнулась девушка.— А что? Без одежды тоже очень хорошо... Стоит подумать, впрочем, где карта я уже сказал.Она пошла обратно к кровати, забралась под одеяло, утыкаясь носом в его край. То каким сейчас было уютным утро, ей казалось, что не было никогда.Версалес усмехнулся и встал в сторону постели лицом:— Отдыхай пока! — кинут тот и ушел из комнаты, а минут через 5 послышался и стук входной двери, означающий, что она в квартире одна. И не боится он? А вдруг ограбит? Да и зачем? Сам сказал покупать что хочет.Шелли некоторое время лежала неподвижно, наслаждаясь тишиной и комфортом, которые редко удавалось ощутить в последние месяцы. Мысли блуждали, что-то о Джереми, что-то о прошлом вечере. В её голове всё ещё путались обрывки воспоминаний – смех, музыка, какие-то тени людей. Но она предпочла оставаться в этом уютном мгновении ещё чуть-чуть.Проспав еще часа четыре, девушка поднялась с постели. Гарден нашла свой телефон и проверила сообщения — ничего важного, несколько пропущенных звонков, все от неизвестных номеров. Шелли решила, что разберётся с этим позже. Включив музыку на тихий, успокаивающий ритм, она начала медленно двигаться по квартире, наслаждаясь едва заметными переменами в своей жизни.Девушка приняла контрастный душ и, нагло так, стащив чужие вещи, рубашку, что пояском от платья повязала, которое выбросила следом в урну, взяла карту, влезла в туфли и направилась к магазину. Нужно было все-таки что-нибудь прикупить, иначе, ненароком, обидит Версалеса.Выбор пал на более-менее приличные вещи в виде джинс, шорт и футболок с кофточками купила после продукты и со всеми этими пакетами заползла в квартиру. Освободила частично шкаф и по полкам сложила новые вещи. Поясок выбросила так же и принялась за готовку.Хотелось чего-то домашнего, от того и вспомнила, что готовить все-таки умеет. Она решила приготовить небольшое количество пасты с овощами, которые купила в магазине. Вода закипала на плите, а сама Шелли стояла у окна, наблюдая за происходящим на улице. Город жил своей жизнью, спешили прохожие, автомобили потоками двигались по дорогам. Всё это создавало особую атмосферу, где девушка наконец-то могла чувствовать себя свободной и независимой.Немного убравшись после готовки, Гарден уселась со снеками на диван и включила телевизор принявшись тот пялить.Вскоре вернулся Джереми. Входная дверь открылась с характерным пиликаньем от ввода кода. Молодой человек, хоть и усталый, но крепко стояла на ногах. Он стянул с себя пиджак и сразу же бросил его на пол. Видно капли крови, но то не его. Рубашка абсолютно чистая. Кладёт на тумбу большой букет цветов, каким-то чудом уцелевший в суматохе дня.Мужчина разулся и поднял взгляд на девушку в конце коридора.— Что такое? Не встретишь?Шелли направилась к нему, понимая, что произошло нечто экстраординарное. Она осторожно подошла и обвила его руками, нейтрализуя волнение своим теплым прикосновением. Отошла. Стоит, себе руки убрав за спину, а пальцы сцепила в замок.— Ты про пасту говорил... я там приготовила, еще горячая... — тихо та произнесла.Было непривычно. Обычно Нэйтон говорил не встречать его, а тут сразу же вопрос такой, что ставило Шелли в неловкое положение.Он, мягко улыбнувшись, и чуть придвинул букет ей.— Это для тебя.Она приняла цветы, ощутив легкий аромат, который моментально поглотил её мысли. Волнение уступило место удивительному покою, возвращая её к прежним ощущениям. Мужчина подхватил девушку за талию, на руки и понёс на кухню.— Вообще питаешься? Цветы весят больше тебя...— произносит тот, как ни в чем. Это точно тот задиристый Ворчун?Версалес ставит девушку у стола, закатывает рукава и встает у раковины, принимаясь намывать руки.— Ваза там...— кивнул он в сторону шкафчика с посудой, которую редко использовал. Чего там только не было: и сотейники есть, и горшочки для запекания, формочки для тортов и кексов. Он что, ограбил чью-то кухню?— Я.… да... — отвечает та о еде, прибывая немного в шоке. Стоит ещё с некоторое время и придя в себя решила поискать предмет, где он сказал.Шелли потянулась к шкафчику и достала красивую стеклянную вазу, которую поставила на стол. Она наполнила вазу водой и аккуратно разместила в неё цветы, время от времени поглядывая на Версалеса. Вопросы роились в её голове, но она решила не задавать их сразу, зная, что он сам расскажет, когда будет готов. Взглянув на мужчину, она заметила усталость в его глазах, но также и некую удовлетворенность, как будто он завершил важное дело. Следом та подошла к плите и принялась накладывать ужин.Гарден тихо поставила тарелку на стол, стараясь не нарушать умиротворенной тишины, царившей в комнате. Она понимала, что мужчина нуждается в покое и заботе, и все, что она могла сделать, — это создать для него атмосферу дома и уюта.— Себе не наложила?— Я не голодна. Поела недавно.Вздох. Версалес тянет хлопает себя по коленке и указывает на стул рядом.— У тебя только три варианта, куда присесть... Но рот мне пока нужен для еды. Давай, составь компанию!Она губы поджала и оттолкнувшись села на стул рядом все так же смотря в одну только ей видимую точку.— Извини, я не привыкла к такому...— Неужели он был насто-олько плох? — парень явно издевался над ней, нарываясь на комплементы о том, какой он такой весь из себя джентльмен. Ему ли не знать какой его друг.— Мы не ужинали даже, — пожала та плечами, — Приезжал после очередной ссоры с женой и сразу тащил в постель... — Она тихо посмеялась и продолжила:— Ему было все равно, что я уставшая после съемок, или только встала, без каких-либо прелюдий. И что она в нем нашла, а.... и я тоже.— Ее выдали за него замуж, вбивая перед этим в голову двадцать лет, что жена дана мужу и по-иному не бывает. Ты должна быть умной, держать себя в форме, слушать и отвечать только когда спросят. Ее задача его поддерживать и боготворить каждый его шаг, выполняя все что скажет. А ты глупая молодая девица, что повелась на гору мышц и красивую мордашку с богатым кошельком, желая высоких чувств и "быть той самой" в этом то и разница. Это не грех... Так что... в какой-то мере он был прав. Ты не стоишь рядом с ней, потому что у тебя, в отличии от нее есть выбор. Думаю... если они все-таки разведутся, ей придется тяжко... Раз даже домой ночевать не пошла, то наверняка уже сказали идти и в ножки кланяться. Я знаю ее семейку не понаслышке... Там система похлеще чем в монастыре.Сначала на лице девушки было удивление, что плавно перетекало в обиду, которое пересилило хоть какое-то сострадание.— Приятного аппетита, — лишь кратко та сказала и, поднявшись с колен, пошла обратно в гостиную, откуда снова послышался шум телевизора.Конечно, ей хотелось стать "той самой". Какой нормальной девушке нет? Хотелось просто быть любимой хоть кем-то, получать подарки и внимание. В семье Шелли, где оба родителя были моделями, было тоже не все гладко, хоть и не так жестоко, но ей все равно было обидно.

Минут через пять, после звука текущей воды на кухне, Джереми появился в гостиной, поставив тарелку в сушилку. Он прошел по коридору в ванную, вновь раздался шум воды, и когда он вернулся в домашней футболке и штанах, подошел к дивану и уселся рядом, по-хозяйски закидывая на колени ее ножки. Шелли слегка поежилась и украдкой улыбнулась, ощущая его тепло и уверенность.— Чем занималась весь день? — спросил он, нежно поглаживая её лодыжки.— Сначала купила немного вещей и продуктов. Приготовила поесть и смотрела телевизор, — в её голосе проскользнула обида. Как ребёнок, маленький ей-богу. Ножки свои убирает с чужих и под плед прячет, поджав их ближе к себе.Джереми кивнул, будто понимая, что она имеет в виду. Пауза повисла в комнате, хотя напряжённость начала слегка рассеиваться.— Ну что такое? Обиделась? — он усмехнулся, а после улегся на ее ноги корпусом, чуть приобнимая, чтобы смотреть на девушку снизу вверх. Морда то лисья, вот же угораздило ее именно к нему попасть!

Шелли взглянула на него и её хмурое выражение лица смягчилось, но потом, словно настроив себя, та отвернула голову.Джереми чуть притянул её поближе, заглядывая в глаза, которые она старалась скрыть. Он знал, что девушка нуждается в заботе, хоть и проявляет своё недовольство, подобное детской капризности. Лёгкий вздох пронзил тишину комнаты, словно незримый ветер.— Послушай, Шелли. Я знаю, что иногда могу быть не совсем внимательным. Но это не значит, что ты мне безразлична, — он говорил мягко, стараясь проникнуться её настроением. Пальцы медленно скользили по её коже, находя слабые точки её раздражения и превращая их в тихую мелодию примирения.— Ну и что? — её голос задрожал. Она все ещё пыталась держать оборону, но в её глазах светилась капелька надежды. — Одними словами не проживешь, Джереми.Он улыбнулся, чуть касаясь её носиком до её головы, будто пытаясь передать тепло и спокойствие. — Я знаю. Как я могу загладить свою вину? — спрашивает, а сам нарочно облизывает губы.— Не знаю, — прошептала она. — Сделай что-нибудь, что покажет, что ты действительно слушаешь меня. Что тебе не все равно... И я не обиделась, — смотрит она, уже насупившись словно мышь на крупу, — Просто кому-то за словами следить нужно... — завелась она снова о том разговоре, — да я хотела, чтобы меня любили и что? Какая девушка не хочет? — выпалила та не сдержавшись.— Я так и сказал... разве нет? — он улыбнулся, а после приподнялся и чмокнул ее в нос, — Не дуйся... а то придется мне тебя заставлять другими способами. А я бы не хотел делать это против твоей воли, но... если будешь ходить грустной — придется. Понимаешь, о чем я?— Если так хочется присунуть, то так и скажи. Не надо со мной как с маленькой, будто в первый раз.

Она глаза закатила и отвернулась, перекладываясь на бок. Ещё нарочно так ножкой его толкнула, отстраняя от себя. Парень рассмеялся, а после потянул ее за ее же ногу, оказываясь над ней.— Нет, хотел трахнуть тебя языком так, чтобы молила о большем, но... кажется, я что-то устал, — строит грустную моську, — Да и ты не особо в духе... так что в другой раз... — снова чмокнул ее в нос, отстранился и поднялся с места. А сам то возбудился, вон как в штанах напряжение выросло. Но ничего больше не говорит, просто идет в комнату.Через пару часов Версалес вернулся в гостиную и увидел девушку, мирно спящую с пачкой чипсов в руках. Он остановился у двери, наблюдая за ней и мысленно улыбаясь её детскому упрямству. В тусклом свете телевизора с какой-то монотонной программой, её лицо выглядело умиротворённым, даже немного ангельским.

Он тихо подошел, присел на корточки рядом с диваном и аккуратно вытащил пачку чипсов из её объятий, стараясь не разбудить. Поставив её на столик, Джереми накрыл Шелли пледом, подоткнув его покрепче, и слегка коснулся её волос, проведя пальцами по шелковистой пряди. Его сердце наполнилось теплом и какой-то ласковой заботой.

— Глупая и упрямая... Но чем-то... так меня манишь....

Он вытянул руку и коснулся её щеки, проведя пальцем по еле заметной линии, где слёзы однажды стекали, а сейчас лишь светло-серый оттенок вечернего света красил её кожу. Шелли вздохнула во сне и чуть повернулась на бок, подстраиваясь под его прикосновение. Джереми тихонько засмеялся, видя, как её упрямство уступает даже в мечтах.— Спи, милая, — прошептал он, не желая больше тревожить её покой. — Придется мне найти способ, чтобы ты знала, как иногда мне дорого чье-то счастье…

Прошел месяц. Утром на столе стоял завтрак, а вот Шелли не было. Работу все же никто не отменял, как и празднование юбилея агентства. Оно готовилось к празднику весь месяц, и каждый сотрудник занимался подготовкой. Это был важный рубеж для компании, и все хотели устроить незабываемое мероприятие. На столе рядом с завтраком стояли многочисленные списки дел и заметки, оставленные в спешке.

Гарден снова перебрала. В этот раз меньше, но все же стояла на ногах, хоть и еле-еле.

Дверь открылась по среди ночи, и та прошла в квартиру. Стянула с себя платье, скинула туфли и в комнату проползла, ложась на постель. Полежала немного и на парня уселась, принявшись тормошить.

— Джереми, вставай! Пошли гулять! — толкает того девушка и скачет на месте. Видимо у кое-кого детство в одном месте заиграло.

— Черт... малыш, именно сейчас? — его голос спросони особенно хриплый и грубый. Он кладет руку ей на талию, роняя девушку рядом с собой, берет в охапку и обнимает. Версалес тяжело вздохнул:

— Спи... А то пересмотрю наш договор и трахну...

— Я не хочу спать... — тянет та и елозит в попытке выбраться.

Одеяло соскользнуло к её ногам, когда она наконец вырвалась из его рук. Джереми вздохнул и убрал руку со лба, прежде чем слегка приподняться на локтях. Его глаза, всё ещё полузакрытые от сна, пытались сфокусироваться на её лице.

— Ну-ка, что тебе в голову взбрело в три часа ночи? — пробормотал он, всё ещё не до конца проснувшись.

Гарден, продолжала сидеть на постели, лучезарно улыбаясь и взволнованно подпрыгивая. Её энергия казалась неиссякаемой, несмотря на вчерашний бурный вечер.

— Ну же, Джереми! Мы же молодые и полные сил! Пошли прогуляемся, посмотрим на ночной город! — она почти умоляла его, её глаза светились нетерпением, её упорство, однако, не знало границ. — Я все равно уеду на неделю на съемки...

Вот это она конечно решила предупредить заранее, когда ехать по факту уже завтра.

Он шумно выдохнул, а после принял положение сидя. На парне только спальные штаны, под которыми по факту ничего нет. На груди много шрамов от порезов и пуль, какие-то мелкие ожоги.

— Хорошо... — согласился тот, — Идем...

Та радостно парня обняла и с постели поднялась, тут же надевая футболку с шортами.

Взгляд упал на брюнета, что сидел и смотрел в одну точку. Она губы дует и перед тем на колени садится, упираясь пальчиками в бедра, и смотрит снизу вверх.

— Встава-а-ай, мне завтра уже ехать, а там всю неделю делай что хочешь и гуляй с кем хочешь! — заявила та без какой-либо задней мысли. И имела она ввиду далеко не друзей парня, а любых других девушек, к тому же она понимала, что была здесь всего лишь для вида и не более.

Джереми стало немного обидно от её слов, но он усилием воли подавил это чувство. Девушка, возможно, не осознавала, что даже её легкомысленные замечания могли ранить. Он встал, потягиваясь, его мускулатура напряглась под кожей, обрамлённой шрамами, напоминаниями о прошлых испытаниях и борьбе.

— Ладно, — он произнёс, стараясь скрыть усталость в голосе, — только не шуметь.

Гарден не стала тратить время на разговоры. Она схватила его за руку и потащила с кровати. Он шумно вздохнул.