Чтение онлайн

Тагир не ответил, продолжая сыпать ударами, которые блокировал из последних сил. Каждый его удар был идеально нацелен — в сердце, в горло, в места, где броня была слабее. Он не тратил энергию на эффектные, но бесполезные приёмы. Только убийственная эффективность.

Понимая это, вколол себе очередной боевой коктейль, понимая, что без него долго не продержусь.

Он теснил вдоль коридора, а за своей спиной видел стражников, которые столпились в конце прохода, но не решались вмешаться. Они понимали, что в таком поединке только помешают своему командиру. Или, может быть, просто боялись случайно попасть под его клинок.

Пытался маневрировать, использовать пространство, но он не оставлял шансов. Каждый отход он встречал молниеносным броском вперёд. Каждому финту противопоставлял идеальную защиту. Словно он читал мысли.

Может быть, так и есть, — мелькнула мысль. Кибернетические импланты позволяют предугадывать движения противника по микроизменениям в позе, дыхании, направлении взгляда…

Наш поединок продолжался уже несколько минут и чувствовал, как силы постепенно покидают. Импланты тратили энергию тела с невероятной скоростью, и запасов энергии оставалось всё меньше. Сердце колотилось, как молот по наковальне, лёгкие горели от нехватки кислорода.

В отличие от меня, киборгу не нужно было беспокоиться об усталости. Его энергетические блоки могли работать часами, а охлаждающая система поддерживала оптимальную температуру всех узлов.

Он провёл обманную атаку слева и тут же ударил справа. Успел среагировать, но недостаточно быстро. Его клинок рассёк кожу на предплечье, попав точно между креплениями бронезащиты. Первая кровь. Но явно не последняя.

Боль была острой, но не критичной. Порез неглубокий, до кости не дошёл. Но кровь уже начала сочиться, окрашивая рукав в тёмно-красный цвет.

— Ты медленный, Рик, — сказал он, и показалось, что в его механической улыбке мелькнуло что-то похожее на удовольствие. — Всё ещё думаешь, что сможешь уйти отсюда живым?

Не ответил, сосредоточившись на его движениях. Изучал его стиль, искал слабые места. У каждого бойца есть привычки, шаблоны. Даже у киборгов.

Он предпочитает атаковать справа. Левая рука у него немного медленнее — видимо, повреждения от Дарса затронули приводы. Можно попытаться использовать.

В какой-то момент он ускорился ещё больше, и один из его ударов пробил защиту — клинок прошёл по рёбрам, оставляя глубокий порез. Сжал зубы, но не отступил, немедленно контратакуя.

Атака была отчаянной, но ему пришлось отклониться, и на мгновение увидел его открытое горло. Выпад — быстрый и точный. Но слишком очевидный. Он перехватил руку стальной хваткой, и в следующий момент почувствовал, как его клинок входит в левое плечо.

Боль была нестерпимой. Лезвие прошло между костями, повредив мышцы и сухожилия. Выдернул своё оружие из его хватки и отскочил, чувствуя, как кровь стекает по руке. Плечо онемело, и владеть левым клинком стало значительно труднее.

— Ты умрёшь медленно, — пообещал Тагир, делая новый выпад.

Едва ушёл от удара, защита становилась всё слабее. Ещё одна рана — теперь на бедре. И ещё одна — на боку. Небольшие, но их количество росло. Он намеренно не наносил смертельных ударов, предпочитая постепенно обескровливать.

Кровь текла из множественных порезов, окрашивая пол коридора. Оставлял за собой красный след, как подстреленный зверь. Дыхание становилось всё более затруднённым, в глазах плясали чёрные точки.

Через плечо Тагира увидел тяжёлую дубовую дверь, ведущую в зал заседаний совета. Воспоминание всколыхнулось в голове — именно там, перед городскими купцами и чиновниками, отчитывался о своих действиях в прошлый визит в Таргород.

Отправил запрос местному искину. В ответ она подтвердила, что дверь находится под её контролем — система безопасности ратуши была и здесь. Понял — это шанс.

Нужно было сосредоточиться на ближайшей задаче — добраться до этой двери. Но сначала нужно было как-то выиграть время и пространство для манёвра.

Пошёл на рискованный приём. Демонстративно оступился, делая вид, что теряю равновесие от потери крови. Тагир немедленно бросился вперёд, целясь клинком в грудь. Его глаза загорелись предвкушением победы.

В последний момент повернулся, пропуская его лезвие в миллиметре от тела, и провёл контратаку — клинок глубоко вошёл в его предплечье, повреждая механические сухожилия. Он выронил свой клинок.

Его рука дёрнулась, и хватка на клинке ослабла. Но не успел развить успех — в тот же момент его вторая рука нанесла сильный удар в открытый бок. Почувствовал, как ломаются рёбра, и отлетел назад, врезавшись в стену.

Боль застилала глаза, но не позволил себе упасть. Оттолкнувшись от стены, нырнул под его невооружённую руку и побежал к двери зала совета. Каждый шаг отдавался болью в сломанных рёбрах, но заставлял себя двигаться.

Тагир бросился следом, но немного замешкался, поднимая клинок с пола — повреждённая рука замедлила его, и получил несколько долей секунды, которые были так необходимы.

Добежав до двери, прыгнул внутрь и сразу дал команду на закрытие. Дверь захлопнулась буквально перед носом Тагира. Сквозь толстую древесину слышал его рёв ярости — звук, который не мог издать ни один человек.

Внутри зала заседаний городского совета ничего не изменилось с тех пор, как был здесь в последний раз. Массивный стол из таргородского дуба со стульями для заседаний занимал центр комнаты, вдоль стен стояли кресла и шкафы с документами. Только приличный слой пыли теперь покрывал всё это — совет не собирался уже несколько месяцев.

Собрав последние силы, сумел сдвинуть массивный стол, потому что дверь уже трещала под ударами киборга и долго не должна была продержаться. Древняя древесина скрипела и прогибалась под его атаками. Металлические кулаки оставляли глубокие вмятины в дереве.

Плечом придвинув массивный стол к двери, похромал к окну. Сзади дверь уже трещала под ударами Тагира. Считанные секунды оставались до того, как он прорвётся внутрь.

Ударом приклада вынес раму и выглянул наружу. Внизу никого не оказалось — только пустая мостовая, залитая утренним солнцем. Повезло, все стражи, похоже, бросились в погоню через коридоры ратуши. Прыгать? Другого выбора всё равно не было.

Второй этаж, — прикинул. Метров шесть до земли. Можно попробовать.

Повиснув на одной руке — левое плечо уже почти не слушалось — оттолкнулся и полетел вниз. Приземление вышло неудачным, хотя это был всего второй этаж. Камни мостовой встретили жёстко и безжалостно. Отбил себе обе пятки и застонал от боли.

Острая боль пронзила лодыжки. Броня смягчила удар, но не полностью. К уже имеющимся ранам добавились новые болевые ощущения, и каждый шаг теперь отдавался пульсирующей болью в ногах.