Чтение онлайн

– Подождите меня! Я за всеми не успеваю!
– болтался в хвосте маленький Термит.
– Помедленнее, у меня же лапы короткие!

– У Мойши ещё короче, а он вон, летит впереди всех!
– крикнул на бегу Маяк.
– Давай, давай, шире шаг!

Вскоре они были на месте. Большие коробки, в коих обитали жители трущоб были пусты - все попрятались кто куда и только в одной были жильцы.

– Теневик!
– крикнул Арбуз, притормаживая, - Клена, скорее собирайтесь и драпаем отсюда, Паттисон знает хорошее местечко, там можно спрятаться!

– Спасибо, что не забыли о нас, - с благодарностью сказал Теневик.
– А то мы и не знали, куда податься с детьми.

Ясь осторожно взял на руки трех маленьких Теневиков, таких слепых и беспомощных, что они больше походили на мышат, чем на котяток и быстро пошел за Патиссоном. Все ленты - поводки, чтобы не путались под ногами, взял в пасть Капитан.

– В подвале пересидим до вечера, - сказал Арбуз, - а потом можно будет идти к отцу Яся, а то куда среди бела дня с такой толпой, тут уж ему никто не поверит, что мы все ему принадлежим. Начнут выяснять, кто мы есть, тут все и откроется и мальчику тоже влетит...

Паттисон вел всех одному ему известными тропами и, когда они оказались на окраине города, у большого сгоревшего дома, сказал:

– Здесь.

Они вошли внутрь и по шаткой, едва живой лестнице, спустились в подвал.

– Тут нас никто не найдет, - заверил Паттисон, - располагайтесь.

В просторном подвале гнездилось множество всякого разного хлама. Среди него, Ясь отыскал старое стеганое одеяло и сделал гнездо для Клены с котятами.

– Знаете что, - сказал мальчик - я сейчас, пожалуй, пойду обратно в дом Групера и Матроски и заберу рюкзак с едой, мы же его впопыхах забыли, а потом вернусь сюда.

– Давай я пойду с тобой, - предложил Арбуз, - ещё заблудишься.

– Нет, оставайся здесь, ты очень заметный, а дорогу я найду.

– Уверен?

– Да, у меня хорошая зрительная память.

Ясь поднялся по лестнице и выбрался наружу. Некоторое время вся компания молчала прислушиваясь к его удаляющимся шагам, а потом Маяк задал наболевший вопрос:

– Как вы думаете, эта облава из-за того, что мальчик ушел из дома? Его мама таким образом добивается справедливости, что ли?

– Не знаю, - вздохнул Арбуз, - мне бы не хотелось в это верить, и вообще, все это из-за меня приключилось! Если бы я себя сразу же показал с самой гадкой своей стороны, меня бы сразу выгнали и дело с концом, и мальчик бы со мною не ушел!

– Ладно тебе, - сказал Михалыч, - если б знать наперед, что случится, жить не интересно будет.

– Не всегда, - вздохнул Пантер, - вот взять, к примеру, нашего попугая...

– Опять ты со своим попугаем? Сколько можно? Ну, хочешь, мы придем как-нибудь ночью, голову ему свинтим и дело с концом?

– Нельзя, Паттисон, нельзя, - покачал головой Пантер, - хозяин переживать станет, жалко его, знал бы ты, как он его перевоспитать старается! Целую систему разработал, а попугай все равно ругается, хоть лопни, да ещё так громко, просто ужас. Не удивлюсь, если скоро соседи на нас коллективную жалобу накатают и нас выселят куда-нибудь в чисто поле или в лес дремучий.

– А когда он ест, тоже ругается?
– поинтересовалась Матроска.

– Ага, глотает еду кусищами и ругается. Что самое интересное, не подавился ещё ни разу, можно сказать, виртуоз в своем деле. Хозяин, как-то в сердцах, сказал ему: "Уж лучше бы ты, зараза, песни пел, что ли!" Так, чтобы вы думали? Он запел! Вернее, это все те же ругательства, но только теперь он их поет, вы представляете?

Все засмеялись, а Пантер продолжил выговаривать наболевшее:

– И поет так же громко, как и говорит, вернее, он даже не поет, он вопит так, что в доме все окна звенят. Никогда не предполагал, что у моего хозяина такая крепкая нервная система...

– Может, он просто жадный и ему жаль денег, которые он заплатил за эту птицу, вот, теперь и терпит?
– предположила Незабудка.

– Вроде нет, кстати, я выяснил, сколько он заплатил, не так уж и много. Если я буду регулярно петь и танцевать в подземном переходе, быстренько эту сумму соберу, отдам её хозяину, и пусть он подарит этого психопата кому-нибудь или просто...

– Поджарит на обед, - усмехнулся Паттисон.
– Эх, мне бы ваши проблемы!

– Хорошо вам всем говорить!
– возмутился Пантер.
– У вас вон, одна немая рыбка на всех и больше никаких забот, а я страдаю с утра до вечера, и дела никому никакого нет!

– Мы тебе предложили посильную помощь, - напомнил Маяк, - больше ничего не можем сделать.

– Я понимаю, - вздохнул Пантер, - ничего, подожду ещё немного, может хозяин, в конце концов, взбеситься и сам его удавит? Если нет, то рано или поздно я сам взбешусь, ведь у меня тоже есть права на жилплощадь, а жить на этой площади нет никакой возможности.

– Что-то мальчика долго нет, - сказал Арбуз, глядя на лестницу. Может пойти его встречать, вдруг заблудился?

– Лучше не высовывайся, - посоветовал Капитан, - скоро придет.

И действительно, мальчик вскоре вернулся. На спине у него был рюкзак, а в руках... маленький аквариум с рыбкой Барбадоссой.

– Ясь, ты зачем рыбку принес?
– удивился Групер.
– Она не успеет проголодаться или заскучать, хозяин сегодня возвращается.

Придерживая аквариум одной рукой, мальчик спустился в подвал, поставил его на небольшой колченогий столик и снял со спины рюкзак.

– Ясь, ты чего молчишь?
– по непонятным для себя причинам, Арбуз вдруг сильно разволновался.
– Скажи, зачем рыбку принес?

Мальчик молча смотрел в пол, а потом тихо произнес:

– Групер, Матроска, дело в том, что ваш хозяин больше не вернется.

– Как так?
– растерянно улыбнулась Матроска.
– Ты что шутишь? Он сегодня вечером приезжает, даже телеграмму с корабля прислал...

– Корабль попал в сильнейший шторм и разбился о скалы, - сдавленно сказал мальчик.
– У вашего дома стоит машина, а в машине девушка вашего хозяина, она приехала за вами. Ей утром позвонили и сообщили об этом несчастье. Она хотела забрать рыбку, но я подумал, что вы не захотели бы её отдавать, и принес... на всякий случай...

Групер с Матроской непонимающе смотрели на бледное лицо мальчика и отказывались верить собственным ушам.

– Этого не может быть...
– наконец прошептал Групер и крикнул: - Этого не может быть! Как он мог погибнуть?! Он не мог, не мог! Он же такой молодой, такой веселый! Как же мы теперь без него будем? О ком станем заботиться, за кем кран закрывать и свет выключать?! Матроска, да ты понимаешь, что произошло?!

Ошарашенная кошечка молча кивнула и заплакала.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ: ПОЛОСА НЕВЕЗЕНИЯ