Чтение онлайн

«Похоже, что повторяющиеся последовательности соответствуют фонемам. Попробую-ка я озвучить этот радиосигнал…»

– Эй, Горм! Выдь из транса!

– А?

– Смотри сюда!

– Вижу. И?

– Почему бы нет? Первое, они больше не стреляют. Второе, этот небесный тихоход действительно деревянный. Страшно плотная древесина, но даже передо мной они беззащитны. Они, чай, и пальбу начали с перепугу. – Хорош перепуг! Фенрир приближался к распахнувшейся в изъеденной мелкими кратерами грязно-оранжевой стене треугольной дыре, откуда била газовая струя. По углам дыры светили разноцветные прожектора.

– Огни включи.

– Без тебя, дурня, знаю.

Стена оказалась очень толстой – в полтора корпуса Фенрира. На огромных петлях с качающимися рычагами висели створки, уведенные вглубь и откинутые назад чудовищными гидроцилиндрами. Все было сделано из дерева или покрытого черной окисной пленкой металла. Дыра заканчивалась небольшим расширением перед стеной с тремя дверьми овальной формы.

Створки медленно пришли в движение.

– Еще можем вылететь.

– Вылететь из-под сени этих дерев мы можем в любой момент и в любом направлении, – обнадежил Кукылина Горм.

Выход закрылся. Стержни в несколько Гормовых обхватов, вылезшие из дыр в стене, намертво зафиксировали створки. Раздалось шипение.

– Да у этих звездоблудов не корабль, а барокамера! – Фенрир показал Горму и Кукылину давление и состав заполнявшей отсек газовой смеси: гелий, азот, чуть-чуть кислорода.

– Идем гулять!

– Тише ты, – Фенрир при посредстве одного из роботов взял Фуамнах за шкирку, так что та отлипла от кресла и повисла, перебирая ногами.

Давление наконец перестало расти. Мутные овалы дверей озарились бившим изнутри направленным светом, за занавесью которого угадывались гротескные сгорбленные фигуры.

– Дай увеличение, Фенрир! – Горм посмотрел на картинку и наморщил нос.

– Зря мы сюда залетели. По сравнению с этими тварюгами даже ты просто красавец, – сказал Кукылин.

Горм умиленно шмыгнул носом и смахнул воображаемую слезу.

Центральная дверь раскрылась, и висевший за ней монстр, закутанный в блестящий плащ, разинул пасть, показав устрашающий четырехрядный набор кривых зубов.

– Не помню, где это я читал, что крупные затупленные на концах зубы – признак пожирателя падали? – спросил Горм.

Урод в двери распахнул плащ. Фенрир, Горм, собаки и Кукылин пялились на широкие кожистые крылья, с верхней стороны покрытые чешуей, и волосатое обтекаемое тело с тремя парами мощных трехпалых лап. Кошмарный красноглазый ящер взмахнул крылами и спикировал на крышу головного отсека Фенрира.

вдруг нараспев прочитал Кукылин.

– Это что?

– Пророчество. Из Книги Постыдных Откровений.

– Пророчество – фигочество… Во как надо!

– И эта железная рыба – посланник предков?

– Ты не станешь хотя бы спорить, что она появилась очень кстати?

– Это еще неясно, к чьей это стати она явилась, а что не к добру, так это точно.

– Довольно, Клюп! Именем великих предков говорю – нам явлен посланец, кому ведома Цель. Долой глушилки, оповестить экипаж! Мы пока пойдем посмотрим – может, из него все-таки кто-нибудь вылез. А ты, птичка, сиди у Щелковава да смекай, что к добру, а что к чему! – Тудыть дважды протрещал языком по зубам верхней челюсти и торжествующе уплыл в направлении последнего работоспособного шлюза, принявшего нечто, прорвавшееся через метеоритную защиту.

Клюп с ненавистью проводил его взглядом. «Интересно, правду ли говорят, что у него с Двойным в тайном месте на корабле отложены мешки», подумал он. «Тоже мне страж безбрачный!»

Выходные охранные роботы не были приспособлены к невесомости.

Оставалось надеяться, что внутри нелепого звездолета не очень пыльно. При этом условии липкие присоски для крепления ультразвуковых рыбьих манков к донным камням, наскоро примотанные леской к ногам роботов, могли обеспечить прилипание к стенам. Горм похлопал по поясу, воткнул заглушку во внешнее интерфейсное гнездо и махнул рукой. Фенрир пустил в шлюзовую азот. Кукылин смотрел на Горма через окошечко внутренней поворотной двери и думал, что человеку никогда не превзойти природу в изобретательности по части страшных тварей. Зло и безобразие куда разнообразнее и интереснее добра и красоты. А Горму эти уроды хоть бы хны. Как же, иначе ему от себя самого пришлось бы шарахаться. Кукылин заглянул в окошко. Гормов костюм ничем не напоминал скафандры древних кыфлявикских пустолазов с большими прозрачными шлемами и ярко раскрашенной поверхностью, сглаженной слоями теплозащитной ткани.

Никак не верилось, что он делался в мирное время для совершенно невоинственных занятий. Это были достойные латы для грозного рыцаря-мстителя, готового выполнить кровавую клятву наперекор самой смерти.

Тусклые черно-багровые плоскости, встопорщенные пластинами шарниров плечи, узкий глухой шлем с безобразным забралом, рога, шипы, бронированные трубки, подсумки, инструментальные пояса, кобуры с резаками и сверлами, огромный ранец с торчавшими в разные стороны дугами безопасности, газовыми рулями и булавами опор силовых щитов, внешний скелет с двумя привешенными позади плеч суставчатыми манипуляторами – все это делало Горма похожим на ядовитое насекомое.

Горм повернулся к окошку и показал Кукылину козу.

– Жалко, что твоя чешуя не выдерживает высокое давление извне. Фенрир, как полезем, включи чего-нибудь торжественного.

– У.

Внешняя дверь открылась. В проем свесилась длинная костистая морда, полуоткрыла пасть и завертела языком наподобие пропеллера.

– У-тю-тю-тю, – Горм показал козу и морде. Морда скрылась.

– Облика они диковинного, но чешуйчатого, а не водянистого.

– А велики ли их крылья?

– Крыльев вовсе нет, лап же у большего шесть, у меньших по дюжине, а у малых по четыре.

– Чудо, великое чудо!

– Птицы, глядите, кого послали предки!

Из люка вылетел и, взмахнув верхними лапами, остановил в воздухе свое огромное тело посланец предков. Птицы приветственно заскрежетали челюстями.

В ответ динамики Фенрира исторгли жуткий соляк, зверски погибший в громовом раскате барабанов.

Тудытю, висевшему с мятым сушеным древесным ундуком в челюстях, полагалось подлететь к гостю и угостить его из клюва в клюв. Но у гостя клюва в подобающем месте не наблюдалось. В который уже раз среди птиц возникло замешательство. Горм спас ситуацию, идентифицировав сплющенный желтый морщинистый пузырь, уныло затерявшийся между торчавшими из челюстей в стороны и затем загибавшимися под прямым углом друг навстречу другу страшными зубами Тудытя, и сказав: