Чтение онлайн

— А где он сейчас?

Он ткнул пальцем в направлении, откуда мы только что пришли:

— Вон там. Пьет кофе в забегаловке.

— Значит, вы можете не видеть друг друга всю ночь напролет.

— Отчет передавать все равно приходится.

— Вчера в четыре часа дня вы не работали, — сказал я.

— Я был на учебе.

— На учебе?

— Да. Я посещаю дневные курсы в Колумбийском университете. Хочу получить диплом юриста.

— Я ведь могу проверить, были ли вы там вчера.

— Нет ничего проще. Все вам подтвердят.

— Когда вы встречались с Мейвис в последний раз?

— Когда она бросила меня ради Грилдквиста.

— А когда вы видели ее с Бетти Бенсон?

— Ее соседкой по комнате? Примерно тогда же, возможно, немного позже. Я еще недели две ходил в студию Пола Девона, а затем завязал. Та жизнь меня разочаровала.

Я подумал об оружии. До этого я спрашивал каждого из подозреваемых, есть ли у него пистолет. У Алана Петри пистолет, несомненно, имелся. В кобуре на боку. Но я даже думать не смел о том, чтобы просить дать мне подержать его всего на одну минуту. Полицейские никогда не доверяют гражданским свое табельное оружие.

Мы дошли до Девятой авеню и благополучно повернули назад, снова направляясь в сторону Восьмой. И тут Петри первым нарушил затянувшееся молчание:

— Вы так и не сказали мне, почему вас интересует Мейвис.

— Я лишь выполняю приказ, — ответил я. Это самое простое объяснение. Человек, выполняющий приказы, не обязан знать, зачем и кому надо то, что он делает. — Я лишь делаю то, что мне сказали. Пожалуй, так же, как и вы, и любой другой.

— Конечно, — сказал он. — Если вопросов ко мне больше нет, то, возможно, вам лучше пойти в каком-нибудь другом направлении. Должно быть, со стороны выглядит не слишком хорошо, что мы вот так вместе тут разгуливаем.

— Ладно, — согласился я. — Так, значит, Колумбийский университет?

— Именно.

— Большое спасибо, что уделили мне время. Я ускорил шаг, а он, наоборот, поотстал, и мы вновь стали чужими и незнакомыми. Я направился в глубь квартала, где оставил свой “мерседес”, сел в машину и уехал, задаваясь вопросом о том, что же мне делать теперь.

Я помчался через весь город в клуб “Тамбарин”, находившийся на Пятидесятой улице неподалеку от Шестой авеню. Оставив “мерседес” на ближайшей стоянке у магазина “Кин-ни”, я направился в глубь квартала и вошел в бар при “Там-барине”.

Она дожидалась меня, с подчеркнутым безразличием игнорируя ухаживания полудюжины парней, изо всех сил пытавшихся завязать знакомство. Она была прекрасна и непреклонна, а на полу у ее ног стоял кофр, в котором она обычно возит свои костюмы для выступлений, косметику и тому подобные вещи.

Я чуть задержался в дверях, во все глаза глядя на нее. Мне вспомнилась Лора Маршалл, а также Клэнси, вынужденный вести двойную жизнь, так как он работает на нас и не хочет, чтобы жена знала подробности. Элла была не такой, как Лора Маршалл, совсем другая натура. Интересно, может ли парень, работающий на организацию, жениться на такой девушке, как Элла, и ничего от нее не скрывать?

Не о том думаешь, Клей, твоя задача — искать того, кто убил Мейвис Сент-Пол. И Бетти Бенсон. И Билли-Билли Кэнтела.

Я протиснулся вперед, пробравшись между не теряющих надежды женихов, толпившихся у стойки бара, и тронул Эллу за руку. Она обернулась и улыбнулась мне:

— Ой, привет.

— Здравствуй. — Я чмокнул ее в щеку, не без удовольствия ловя на себе завистливые взгляды стоящих рядом мужчин, и сказал:

— Поехали домой. Я бы не отказался сейчас выпить в более интимной обстановке.

— Отлично, — одобрила она.

Покинув клуб, мы шли к автостоянке и молчали. Лишь забравшись в машину, она наконец поинтересовалась:

— Как успехи, Клей? В смысле поисков убийцы.

Я рассказал ей все как есть, и она с неподдельным страхом слушала о моих похождениях: о том, как в меня стреляли, и о том, что произошло на заброшенной станции подземки.

— Тебя же могли там поймать, — сказала она, дослушав до конца.

— Знаю. Мне тоже приходила в голову мысль о западне. Она поразмышляла с минуту, потом спросила:

— Так, значит, тот человек говорил с акцентом?

— Придуривался. Глухой голос, акцент — все это фуфло!

— Ему не хотелось, чтобы ты услышал его собственный голос.

— Верно.

— А с чего бы это?

— Потому что... — начал было я и осекся, потеряв дар речи; половина моего сознания сосредоточенно следила за дорогой, а вторая упорно размышляла над тем, с чего бы вдруг звонившему понадобилось изменять голос. И вправду, зачем? Потому что он не хотел, чтобы я узнал его.

А это означало, что мне приходилось разговаривать с ним и прежде, до того дурацкого звонка. Итак, Алана Петри можно вычеркивать. И Пола Девона тоже.

А в итоге все это бросало огромную тень подозрений на Эрнста Тессельмана.

— Черт возьми, будь я проклят! — воскликнул я.

— Ну что, додумался до чего-нибудь? — встрепенулась Элла.

— Додумался, — сказал я и усмехнулся. — Иди ко мне, гений ты мой. Одной руки будет вполне достаточно, чтобы крутить баранку.

Она придвинулась поближе, и я вел машину, удерживая руль одной рукой. Мы подкатили к гаражу, чтобы оставить “мерседес” на ночь. На этот раз юный пуэрториканец не стал приставать ко мне насчет работы, не будучи, очевидно, до конца уверенным, можно ли доверять приехавшей со мной женщине. Я заговорщически подмигнул ему, давая понять, что помню о нем, и он расплылся в радостной улыбке.

У меня сложилось такое впечатление, что всякий раз, когда я возвращаюсь последнее время домой, квартира неизменно встречает меня телефонным звонком. Или же меня с радостным нетерпением дожидаются полицейские. Одно из двух. На этот раз заливался телефон. Я поднял трубку и услышал в ней негромкий и обволакивающий голос Арчи Фрейхофера.

— А я тебе уже давно звоню, малыш, — проворковал он.

— Я только что вернулся. Ну что, какие новости?

— Никаких, котенок. Мне очень жаль. Джонни Рикардо — единственный постоянный клиент в том списке, который ты мне дал, и оба раза в интересующее тебя время он не был ни с кем из моих девочек. Остальных мы не обслуживали.

— Плохо, — сказал я.

— Извини, дорогой.

— " Ничего, Арчи. Благодарю за помощь.

— Обращайся в любое время.

Я положил трубку и был уже на полпути к холодильнику, где меня дожидались бутылки с пивом, когда телефон затрещал снова. Элла улыбнулась, наблюдая за мной из дальнего конца комнаты.

— Похоже, ты пользуешься большим спросом, — пошутила она.

— Я хочу пива.

— Сейчас принесу. Можешь говорить со своими поклонниками.

На этот раз звонил Джанки Стейн.