Чтение онлайн

— Ты — тот, кто ворвался в мою комнату из ниоткуда и поцеловал меня, а затем осмелился сказать "не стоит благодарности"? Что, черт возьми, ты о себе возомнил? Тебе следует благодарить меня, что я не подам в суд за посягательство сексуального характера. — Я понятия не имела, можно ли было это сделать, если кто-то постучит в вашу дверь и зацелует до потери сознания, но мне очень хотелось казаться угрожающей.

Он медленно снял пиджак и начал засучивать рукава рубашки, заставляя меня ждать ответа.

Через несколько секунд молчания он посмотрел на меня.

— О, ты ждешь ответ. — Это было утверждение, а не вопрос.

Я чувствовала, как меня трясло от злости и стыда, от недостатка внимания, которое он мне уделял.

Схватив пиджак со спинки стула, он направился в мою сторону. Когда его до нелепости подтянутое тело устремилось в мою сторону, я попятилась, пока с глухим стуком не врезалась спиной в стену.

Мое дыхание участилось. Я не была уверена, смогу ли найти в себе силы, чтобы оттолкнуть его, если он решит снова меня поцеловать.

К сожалению, он не поцеловал меня. Вместо этого он сделал кое-что похуже. Он проявил заботу обо мне.

Его глаза впились в мои, и он просто предложил мне свой пиджак. Мы соприкоснулись руками, от чего мои руки покрылись мурашками, когда я взяла у него пиджак, будучи почти в трансе. Непринужденно, он вернулся к столу, уставившись в ноутбук.

Откашлявшись, я спросила:

— Зачем это?

— Ты дрожишь. — Это было единственное объяснение, которое он мне дал.

— Я в гневе.

— Ты дрожишь от холода. Не упрямься и просто надень его. Я даже отсюда практически слышу, как стучат твои зубы.

— Мне не холодно. — Я бросила его пиджак на кровать. — И даже если и так, твой пиджак будет последним, что мне понадобится.

Он подошел ко мне за четыре шага. Я пыталась оставаться неподвижной, насколько это было возможно, но не была уверена, что преуспеваю в этом.

Он наклонился ко мне, и его губы почти касались моей шеи. Дотронувшись до моего голого плеча пальцем, он сказал:

— Теперь ты дрожишь... Это потому, что я так сильно тебе не нравлюсь... или потому, что я произвожу такой эффект, когда нахожусь так близко? Если я поцелую тебя прямо сейчас, если прикоснусь к тебе... ты сможешь сказать "нет"? — прошептал он.

Я с трудом сглотнула.

— Где ты живешь, Майя?

— Это не твое дело, — прохрипела я.

Я видела, как его губы начали растягиваться в улыбке, но он не позволил ей стать полноценной. Он просто развернулся и пошел обратно к столу. Что только еще больше меня разозлило.

— Послушай, может, ты привык целовать всех людей вокруг только потому, что ты так захотел, но я не игрушка, и, конечно, мне не нравится, когда меня целует незнакомец, который на днях целовал другую девушку.

— Хмм... игрушка... Это так забавно звучит из твоих уст.

Я сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь обуздать нарастающий гнев.

— Могу поклясться, что ты поцеловала меня в ответ.

— Я не целовала тебя в ответ. Я пыталась оттолкнуть тебя.

Он снова поднял брови, передавая своим взглядом то, как сильно ему нравилось это препирание между нами. К сожалению, это было последнее на Земле, чем я хотела бы заниматься.

— О, прости, я подумал, что ты притягивала меня к себе, когда тянула вниз. Моя ошибка. Полагаю, ты не позволишь этому случиться снова?

— Конечно, этого не случится снова!

— Отлично. Теперь, когда мы, наконец, разобрались с этим, мне нужно работать, а ты скоро посинеешь от холода.

Я одарила его беглым взглядом, метая глазами кинжалы — или любой острый предмет, который я могла придумать, — в каждый сантиметр его тела, а затем снова посмотрела ему в глаза.

— Знаешь что, Александр... Первое, что я заметила в тебе, — это глаза. У тебя пленительные глаза, такие выразительные. Но то, как ты смотришь на людей, как ты смотришь на меня, заставляет ощущать холод внутри, будто я каким-то образом ниже тебя. И, судя по дорогим костюмам, что ты носишь, ты, должно быть, богат. Если эти женщины с тобой не из-за внешности, то, вероятно, из-за денег. Однако я не одна из таких женщин. Этот, — я указала рукой на его тело, — твой гонор не вызывает во мне страсти, поверь. Я ни за что не связалась бы с таким, как ты, даже если бы знала, что проведу остаток жизни в одиночестве.

Его глаза ничего не выражали, и он ни разу не отвел от меня взгляда... Решив, что мы разобрались и что он понял, что я имела в виду, говоря "никогда не прикасайся ко мне снова", я развернулась, чтобы уйти.

— Ты закончила? — спросил он гораздо более холодным тоном, чем секунду назад.

— Да.

— Ты задолжала мне поцелуй, и я взял его, потому что мне нужно было избавиться от Изабель. Ничего более.

Я повернулась к нему.

— Как могло такое произойти, что я задолжала тебе поцелуй? Я даже не знаю тебя.

Он выглядел скучающим, когда прислонился к своему столу, но взгляд его говорил совсем другое. Мне следовало бы ощутить вину за такое мнение о его личности, но он заслужил это. Я не была одной из его побед. С того дня, как я приехала сюда, я видела его с тремя разными женщинами, и у меня не было намерения стать лишь очередной засечкой на столбике его кровати.

— Джексон становился огромной занозой в твоей заднице, и то, что я прервал вас, спасло тебя от этой проблемы.

— Я справлялась с ним сама. Быть моим спасителем было не так уж и необходимо.

— Ты не знаешь его. Поверь, он бы не уступил.

— То есть позволить ему думать, будто я стала "твоей добычей", когда он так мило беседовал, стало тем, что изменило его мнение.

— Да.

Его односложный ответ не помог относиться к нему лучше. После всего сказанного, он все еще был задницей.

— Давай предположим, что ты прав.

— Я прав.

Я одарила его раздраженным взглядом и продолжила:

— Допустим, ты прав. Как же оказалось, что я задолжала поцелуй?

— Я помог тебе, а ты помогла мне с Изабель. Все, что мне было нужно от тебя, — это поцелуй, чтобы избавиться от нее. Не из-за чего заводиться.

— Может быть, для тебя это не так, — сказала я и повернулась, чтобы снова уйти. Он был прав, я сглупила, и было неприятно пытаться нормально с ним поговорить. Мне ничего из этого не было нужно.

Его удивительно мягкий голос тотчас же пригвоздил меня к месту во второй раз.

— Я не могу изменить то, что ты чувствуешь, когда я смотрю на тебя, но все, что я вижу, — это красивая женщина. Если я заставил тебя почувствовать себя неуютно из-за поцелуя, прости. Это не было моим намерением.