Чтение онлайн

— Что? Благотворительный вечер с Филиппом Вестом? С тем самым Филиппом Вестом?

— Да, знаю, до вечера осталось совсем недолго. Если у тебя уже есть планы, я пойму.

— Нет, я имею в виду, тот Филипп Вест был твоим наставником. Тот парень, который сочинил песню «I'll Weep For You in the Morning Sun»? И он также нарисовал целую коллекцию пейзажей, которые затем вдохновили его написать эту песню?

— Я так понимаю, ты знаешь его? — Дрю откидывается на спинку стула и смотрит на меня с любопытной улыбкой.

— Я жила и дышала этой песней целые месяцы. Ты понятия не имеешь, как долго я запиралась в своей комнате и слушала ее. Повторяла ее в течение… нескольких часов… нет, дней.

— Я не удивлен. Он своего рода мастер на все руки, очень талантливый человек. Я восхищаюсь им уже долгое время. После смерти моей мамы он прислал мне ссылку на эту песню. Я думал, он хочет похвастаться своей музыкой, потому что постоянно говорит, сколько просмотров набирают его клипы в сети. Филипп всегда шутит, он молод душой. Если не знать, что он на пятнадцать лет старше нас, то можно подумать, что он наш ровесник.

— Он тоже будет на благотворительном вечере? — спрашиваю я с оптимизмом.

— Конечно, он один из учредителей.

— Боже мой! Я не могу поверить, что увижу его! Это будет невероятно.

— Получается, ты пойдешь со мной?

— Само собой! Там же будет Филипп Вест. Конечно, я пойду.

Дрю скрещивает руки.

— О, я понял. Написать песню, нарисовать пару картин и девушка поплыла. Ты просто используешь меня, как посредника, чтобы добраться до знаменитых людей, не так ли? — он отворачивается и смотрит в сторону, пытаясь сдержать улыбку.

— Ну, ты сам виноват, тебе не следовало упоминать его имя, — я смеюсь, когда вижу, что он изо всех сил пытается подавить смех. Я кладу руку на стол перед ним. — Шучу, я пойду, потому что ты пригласил меня, и потому, что это хороший повод. Спасибо за приглашение.

Его лицо освещает яркая улыбка, на щеках появляются глубокие ямочки, и он накрывает мою руку.

— Прекрасно, я скажу тебе точную дату, когда узнаю больше подробностей.

Большим пальцем он поглаживает мою руку, и я чувствую возбуждение и нервный трепет в теле. Поэтому высвобождаю руку и кладу ее на колено.

— Я серьезно предупреждаю: тебе лучше уйти с дороги, когда мы увидим Филиппа. Мне бы не хотелось сбить тебя.

— Постараюсь не забыть это, — усмехается он. Дрю смотрит на противоположную сторону зала в поисках официантки и просит ее подойти. — Не хочешь еще одну Маргариту? Или откроем бутылку красного вина у меня в квартире? Я храню ее для особого случая.

— О, давай вино. Я люблю его. Плюс это даст мне возможность немного больше времени поглазеть на твои картины.

— Договорились. — Дрю смотрит на официантку, когда она подходит к столу. — Принесите мне счет, пожалуйста.

— Нет, — говорю я, переводя взгляд с официантки на Дрю. — Оставь это мне.

— О, нет, это я пригласил тебя на ужин, помнишь? Я заплачу.

Официантка вытаскивает из фартука счет и бросает его на стол между нами.

— Как насчет того, чтобы сначала решить, кто будет платить, а уже потом кого-нибудь позовете? Моя смена закончилась.

И с этими словами она уходит. Ошеломленные, мы сначала просто смотрим друг на друга, а потом одновременно заходимся в истерике.

Сегодня настолько веселый вечер, и я не думаю, что что-нибудь может его испортить.

После нескольких раундов хождения туда-сюда, и непродолжительного нытья с моей стороны Дрю, в конце концов, соглашается и позволяет мне заплатить, но с обещанием, что в следующий раз платит он, если следующий раз будет. Как никак мы празднуем его победу, ведь он наконец-то смог найти свою студию, а не то, что у нас свидание. Несмотря на то, что ранее это слово слетело с моих губ, это не свидание. Теоретически.

Его квартира такая же, как я запомнила, когда приходила к нему в первый раз. Когда я захожу в гостиную, то начинаю бродить вокруг и разглядывать картины, пытаясь увидеть те, которые мне не удалось заметить в тот раз. На заднем фоне из стереосистемы Дрю льется инструментальная музыка, и мне кажется, что я нахожусь на экскурсии в художественной галерее, а в руках у меня приветственный алкогольный напиток.

Я сажусь на диван и пью вино, как будто оно является простой вишневой водой. Слушаю, как Дрю говорит о нескольких своих любимых картинах, и у меня нет никаких сомнений, насколько страстно он увлечен своим делом. Я могу сказать, кстати, что он продолжает и продолжает рассказывать о цветах, какие у него мысли, когда он решил нарисовать определенный сюжет, и сколько ему потребовалось времени, чтобы закончить проект. Все это, я уверена, было бы намного интереснее слушать, если бы я уже не выпила две Маргариты — или три? И, если бы я не начала поглощать вторую бутылку вина, которую открывает Дрю. Я пытаюсь сконцентрироваться, но не могу оторвать глаз от его губ. Каждый раз, когда он улыбается, я тоже улыбаюсь. Когда он смеется и говорит что-то смешное, я тоже смеюсь. Я чувствую себя беззаботной и веселой, и мне все равно, если это алкоголь заставляет меня чувствовать себя так хорошо.

Дрю берет журнал со столика и перелистывает страницы, пока не находит нужную. Когда он пододвигается ближе, его нога прижимается ко мне, и одеколон словно охватывает всю меня. Из-за мыслей в голове я не могу понять ни единого слова, что он говорит. Я снова хочу ощутить его губы. Как он прижимается ко мне на диване. Я не должна хотеть этого, но хочу. Андреа говорила немножко пожить для себя и повеселиться. Ничего ведь страшного не случится, если я поцелую его?

Я выхватываю журнал из его рук, закрываю его и бросаю обратно на стол. Дрю смотрит на меня, будто я сумасшедшая, но ему становится любопытно, что будет происходить дальше.

— Что случилось? — спрашивает он.

— Знаешь, обычно подробности твоего творчества кажутся мне захватывающими, но сейчас все, чего я хочу, это чтобы ты поцеловал меня. Каждый раз, когда целовал меня, ты сдерживался. — Он наблюдает за мной, его глаза смотрят то на мои глаза, то на губы. Я облизываю их в предвкушении. — Не сдерживай себя, Дрю, поцелуй меня.

— Я пытался не торопить события. Помню, мы договорились, что посмотрим, куда это все может привести, и я не хотел принуждать тебя к чему-либо.

Я вздыхаю из-за разочарования, что не получу того, чего хочу, оно охватывает всё моё тело.

— Я не прошу обязательств, Дрю. А хочу, чтобы ты поцеловал меня, не думая, что это может что-нибудь значить. — Я чувствую, как мое тело слегка покачивается; от моего баланса не остается и следа, и я отвожу взгляд. — А знаешь, что? Забудь, что я сказала.

Я наклоняюсь вперед, чтобы встать, когда его рука касается моей щеки. Он поворачивает мою голову так, чтобы я посмотрела на него, и мгновение просто изучает меня. Я понятия не имею, о чем он думает, или, может быть, он сомневается; я не уверена. Поэтому начинаю говорить, когда его рот накрывает мой, прерывая все, что я хочу сказать. Уже неважно, я все равно забываю. Но раскрываю губы, предоставляя ему мгновенный доступ. Мой язык касается его языка, пока его рука обнимает меня за шею. Длинные, тонкие пальцы лежат на моей спине и глубже затягивают в поцелуй. У меня кружится голова, я не могу понять: то ли это потому, что я пьяна, или становлюсь пьяной от его поцелуя, в котором чувствуется вино, желание, голод и страсть… все, чего я хочу. Все, что мне нужно.