Чтение онлайн

Дубина потекли эти. Во рту, которые. Слюни, не слюнки, слюни! И как потекли!

Афганец что-то говорил и говорил, а Дубин вдруг почувствовал такой расслабон. Как домой попал. Все вдруг стали такими милыми и хорошими, глаза смыкались. Хотелось упасть и заснуть в приступе счастья. Он взял лаваш и оглядел стол.

Это что, рай?

Через время в ворота влетел Серега:

–  Кто тут за радиста?! Вы че, охренели?!! Быстро в машину. Щас артиллерия все это накроет нахрен! Расселись тут.

Дубин невольно задержался в воротах и посмотрел в глаза афганцу. Тот стоял растерянный.

Александр:

_МОБИЛИЗАЦИЯ. И ДЕМОБИЛИЗАЦИЯ._

Одним из взводных нашей бригадной РМО (роты материального обеспечения) был прапорщик Юра Скобленок. На всех колоннах и не только до Кабула и Пули-Хумрей, а даже и до Союза в течение полутора лет, был постоянным "действующим лицом". Ни одна тысяча километров накрутилась на его колеса, ни одна засада встретилась на пути в его

"аквариуме" (кабина КАМАЗа, правда сначала были УРАЛы), только с автоматом и несколькими рожками да парой гранат, ни одна машина на минах была потеряна…

А были мы всего лишь из одной школы N18 г. Кишинева.

"Земляк земляка видит издалека", встречались с ним обычно, когда уж совсем "дело швах", правда, обычно для него. То в кювете у дороги, то спрятавшимся за колесом и поливающим "зеленку" из автомата, то у воронки от мины, "везунчиком" Юрка был. "Ни гвоздя, ни жезла", ни ранения, ни царапинки за два года, "налимом глушенным"

–  пару раз только контуженным.

–  Командир, - постоянное обращение ко мне, - чего-то так

"ломает" с этой колонной идти, надо "закосить".

"Косить" в то лето не получалось. Боевые, желтуха, тиф и всякие болячки выкашивали наши стройные ряды. В подразделениях

"активных штыков" по пальцам перечесть. Увольняемые уходили -

"молодежи" еще не было. Подметали всех подчистую с пригретых мест.

Прапор на складе, "бугор" - два три помощника.

Магазин чековый - и тут "помощнички".

Строевик - еще два-три, каждая служба, БПК - аналогично, медрота - "чмырей" всяких пригретых - пальцев не хватит.

Истопников, банщиков, каптеров и "иже с ними" - перечень можно продолжать до бесконечности, на две-три боевые роты с довеском.

Политотдел - сам бог велел.

А попробуй их с мест насиженных сковырнуть. Вони не обберешься. Тебя еще и виноватым сделают.

В каждое подразделение "гонцов" засылают для проверки достоверности данных о наличии личного состава. А командиры подразделений уже смеются…

Только вернулись с боевых… с Мухамедки…

Татаро-монгольское иго. Оброк… - больше брать с нас нечего. Вот поэтому и смеемся.

Комбриг:

–  … Вашу мать!!! Начальник штаба. Всех начальников и

"начальничков" в строй и на боевые - за перевал, в третий батальон.

–  Еще раз повторяю - ВСЕХ!! Пусть пробздятся и порастрясут свой жирок еще разок…

Замкомбрига:

–  Завтра колонна - все организовать по полной. В кабину по два бойца, один за баранкой, второй наблюдает. Всех задействовать!

Никаких объяснений! Зае…ла эта вакханалия. Все для боевых рот, а не наоборот. Поставили все с ног на голову.

Потом все собранное изо всех щелей "обер-чмо" бригады в течение нескольких дней пытались выловить и поставить в строй, каждый "свисток" прикрывается приказанием вышестоящего начальника.

Дело доходило до Кабула и Ташкента. Бригада то окружного подчинения, а в Афгане оперативно переподчинялась Армии.

И это действо происходило на наших глазах: мы дембелей из батальона в бригаду привезли. Машины в парк не ставили - не было для нас там места, на БТРах сутки и проторчали. Пока документы оформляли, людей передавали. Бойцы наши молились:

–  Побыстрей бы из этого "дурдома".

Смотрю на своих увольняемых, приехали в "мабуте". А сейчас переоделись, любо-дорого посмотреть, как будто бы и ребята совсем другие. Береты, погоны, аксельбанты, подшива до пупа. Награды.

"Дембельский набор". Я обещание себе дал - всех своих по два-три раза к наградам представить. Выполнил.

–  Махметкулов, Эрик. Старшина - мать твоя десантщица. Ты ж

Ашхабадскую учебку заканчивал. Откуда берет? Ты ж даже не знаешь, за что в парашюте дергать. Запаской не крестили, а туда же - "десантщик"!

Стоит. Дуется. Медаль "За Отвагу" теребит:

–  Нуууу… Я ж полтора года в батальоне прослужил - НАШЕМ.

–  Ребята, берегитесь пересылок и патрулей, Ташкента и Москвы, держитесь вместе. Вместе - Вы непобедимы. На всю оставшуюся жизнь - берегите НАШЕ братство политое кровью! Пока, братаны… В путь…

Не поминайте лихом…

Утром, после бригадного построения, распределение по боевым ротам.

"Наших" для батальона, как стадо баранов, прямо с плаца, никуда не сворачивая, к нам в машины: в Бараках сами разберетесь.

Это "доблестное воинство", да еще пустые наливники и пару десятков грузовых из РМО мы повели на Бараки, а затем колонна ушла на Кабул.

Никто даже предположить не мог что буквально через неделю, 1 июня, в районе Мухамедки чуть ли не половина этой колонны останется навечно ржаветь вдоль дороги…

Александр:

_БРИГАДНАЯ ОПЕРАЦИЯ._

В мае 1983 года, в двадцатых числах, новый комбриг подполковник Чижиков, после Карпушкина, решил провести операцию в районе Мухамедки, научить нас, как с "духами" воевать силами нашего батальона. КП свой в батальоне организовал. Начальником оперативной группы назначил замкомбрига подполковника Сухина, вот мужик мне нравился, мастер спорта по дзюдо, немногословный, сразу в нем сила мужская чувствовалась, и авторитет непререкаемый, правда только один этот раз и "работали" с ним вместе. После операции забрали его на повышение, то ли на полк, то ли на бригаду в Афгане, жалко только, что не к нам.