Чтение онлайн

Это говорит человек, которого не берут ни яд, ни сталь, ни даже совесть?

Какой ненормальный на него покушаться-то будет?

– Иза, - в правой руке Кайя рисунка нет. И в левой тоже. И под спиной не прячет. А куда подевал? Ну мне же действительно любопытно...
– Будешь говорить с распорядителем - помни, что ты здесь хозяйка.

Я-то хозяйка. Но картинка где?

– Не спускай оскорблений. Никому.

Кайя протягивает лист.

– Опять льстишь?
– я разглядываю рисунок долго, пытаясь поверить, что я и вправду такая.

– Вправду, - отвечает Кайя.
– Мне лучше знать.

Наниматель был в ярости, и Юго с наслаждением наблюдал, как меняется его лицо. Наконец-то он видел этого человека вне всех масок. Голым. Беззащитным.

Не контролирующим себя... пожалуй, появись сейчас кто-то, кроме Юго, он был бы удивлен.

– Ты должен вернуть груз...
– наниматель дергает головой, и Юго слышит хруст шеи. Пожалуй, он не отказался бы, чтобы этот хруст был чуть более выраженным. Характерным.

В принципе, убить нанимателя легко.

Он беспечен. Считает себя неуязвимым, полагаясь на силу договора. И в чем-то, определенно, прав. Юго не тронет нанимателя до тех пор, пока договор не исполнен.

Но после...

Юго собирался вернуться домой. И еще собирается... наверное.

– Вернуть? Каким образом?

– Не знаю!

Наниматель останавливается. Оборачивается. Глаза горят. Ноздри раздуваются. Чудо, а не человек... и ведь понимать должен, что требует невозможного.

– И как ты себе представляешь? Груз охраняют. Попробуешь отбить - будут только рады. Как много твои люди выдержат в подвалах Магнуса?

Юго испытывал настоящее удовольствие, представляя себе эти подвалы... несмотря на примитивность мира, местные техники допросов отличались изрядной фантазией. Пожалуй, он не отказался бы поприсутствовать как-нибудь... не в качестве допрашиваемого, естественно.

– Или выкрасть? Незаметно? Две дюжины пушек... из-под носа охраны... попробуй, - Юго разломал яблоко и протянул половину нанимателю.
– Это будет забавно.

– И что ты предлагаешь?

– Забыть.

Глупо было связываться с работорговцами. Жадные, недалекие люди. Опасные союзники, но видимо, нанимателю не удалось найти других. Не все болеют мечтой об изменении мира.

А яблоко оказалось кислым и сочным. В мире Юго не растут яблоки, только каменные ели. И серые грибы, которые прячутся под снегом. Их сложно загарпунить, но если уж получается, то по грибнице можно вытянуть десятка два, а то и три... грибы воняют. Сколько не вываривай их, все равно воняют.

– Скажи, - Юго облизал пальцы и принялся за вторую половину, которой наниматель побрезговал.
– Как у тебя хитро получается? Собираешься всех равными сделать... мир улучшить... а меняешь людей на пушки. Не тошно с работорговцами работать?

Он знал ответ, слышал его уже неоднократно, но интересно было: вдруг да дойдет до человека, что не оригинален он в своем убеждение, будто бы цель оправдывает средства.

– Они все станут свободными. Потом.

Наниматель сжал кулаки.

– И да, мне тошно. Но если мир состоит из дерьма, мне не остается ничего, кроме как это дерьмо использовать.

Конечно... Юго разжевал горьковатое яблочное зернышко.

– Если из нужника не выглядывать, тогда да, мир будет казаться из дерьма сложенным.

– Ты забываешься!

– Разве? Это ты забываешься. По договору я должен сделать один выстрел. И я его сделаю. Все же остальное - от скуки... но мне не настолько скучно, чтобы я рисковал своей головой ради бездарно потерянных пушек.

– Дело только в этом?

Какая разница, в чем дело. Главное, скоро Юго освободится от своих обязательств.

Надо хорошо подумать о том, чем заняться дальше.

Распорядитель - человек солидный, в возрасте, всецело проникшийся осознанием собственной значимости и незаменимости. От его фигуры веяло чиновничьим спокойствием и той снисходительностью, которую люди высшие испытывают к тем, кому не повезло достичь их высот.

Строгий наряд из темно-синего атласа, отделанный серебром, подчеркивал стать фигуры и даже наметившееся брюшко выглядело этаким важным элементом образа, равно как и белый куделькастый парик, щедро посыпанный серебряной пудрой. Он прибавлял к немалому росту распорядителя еще сантиметров пятнадцать. Пожалуй, распорядитель был выше многих людей и в иных обстоятельствах, его рост и масштаб фигуры подорвали бы душевное спокойствие Нашей Светлости. Ну не любит она тех, кто массой подавляет. Кайя - исключение.

Кайя удостоил лорда-казначея аудиенции. И мне жуть как хотелось поприсутствовать при этом разговоре, но увы, меня ждала собственная битва.

Враг явился не один: свита была под стать многоуважаемому мэтру Труву. Пятеро помощников, судя по всему, выбранных на сию должность за исключительное внешнее сходство с распорядителем, два пажа, карлик с книгой и пяток левреток в меховых попонках.

– Подготовка к балу уже начата, - произнес распорядитель, присаживаясь на атласный диванчик. Он вальяжно закинул ногу за ногу, демонстрируя роскошные банты на панталонах и остроносые, по последней моде, туфли. Пряжки их, усыпанные драгоценными камнями, сияли.

И Наша Светлость еще переживают, что на платья тратятся?

– Вашей Светлости не о чем беспокоиться.

– Наша Светлость не беспокоятся, - я очаровательно улыбнулась и тоже села.

Под ноги кинулись левретки и пажи, норовившие левреток поймать. Помощники выстроились по росту и застыли. А карлик, на шее которого поблескивала весьма серебряная полоска весьма характерного вида, открыл книгу. От массивного фолианта к ошейнику тянулась тонкая, но прочная на вид цепочка.