Чтение онлайн

— Ты уверен, что это — оборотень? — не унимался сын.

— Абсолютно, — подтвердил я и, подтянув поближе рюкзак, принялся в нем рыться. — Во-первых, размер. Очень уж здоровый для лесного разбойника. Во-вторых, обычному волку мы нафиг не сдались, сейчас лето, вокруг дичи полно. И заметь, он пришел один! Волки — звери стайные, на человека если нападают, то в голодное время и скопом. Одиночка так никогда не поступит. Идти следом, не показываясь, за больным или раненым может. А припереться вот так, под дверь — это вряд ли.

— Но ведь… — Ромка указал на небо, — там тучи! Да и вообще, до полнолуния полно времени!

— А он неграмотный, — хмыкнул я, — не читал умных книжек, предписывающих оборотням перевоплощаться исключительно в полнолуние.

— Очень смешно… — обиделся Ромка.

— А если без шуток, Соника, как и ее близнец Каинос, дает достаточное количество необходимого излучения в любой своей фазе. И тучи здесь совсем не помеха.

— Во как! — Ромка сделал умный вид. — А чего они тогда все с полнолунием носятся?

— Полнолуние для всей этой нечисти, что валерьянка для кота — крышу рвет напрочь!

— Ага, теперь понятно. — Он вздохнул. — А с волком что делать?

— Да пусть лежит, — отмахнулся я, — он же тебе не мешает? Через защиту не проберется, так что и беспокоиться не о чем. А вот солнышко взойдет, назад в человека превратится — тогда и побеседуем. — Я снова принялся рыться в рюкзаке, — Да куда он подевался?

— Кто?

— Чайник. Кофе хочу заварить, — я выкинул на траву пачку растворимого Якобза, — не арабика, конечно, но на безрыбье… Во! Нашел!

Вслед за кофе из рюкзака показался двухлитровый чайник и сооружение из стальной проволоки, на которую я этот самый чайник над костром и подвесил.

— У тебя не рюкзак, а склад, — заметил Ромка, — на вид вроде небольшой. Как туда все помещается — магия, да?

— А здесь как раз никакой магии. И рюкзак, и содержимое у меня еще со времен службы в Патруле сохранились. Сверхсекретная разработка, что-то связанное с вытеснением массы и другими измерениями. У меня там еще казан хранится. Татарский, на двадцать литров! Чугунный. — Я поглядел на вытягивающееся лицо сына и рассмеялся, — да ладно, шучу.

— А я уже поверил, — вздохнул он и снова перевел взгляд на костер. — А как ты из поллитровой бутылки умудрился полный чайник набрать, тоже секретная разработка?

— А это как раз магия, один эльф научил — множительное заклинание. Мы тогда хорошо так встряли, и если б не эта его способность, точно бы с голоду померли. Правда, я тогда магией вообще не владел, так что даже не понял, зачем он мне это показывает. Ну вот, а потом, когда сила появилась, я это заклинание первым делом освоил. Полезная штука!

— Ещё бы! — восхищенно протянул сын, — А ты с этим эльфом когда познакомился, когда Ключи Мастера искал?

— Намного раньше, — отозвался я и внимательно посмотрел на Ромку, — Ты про Ключи где услышал?

— У барона, — признался он. — Сосед по столу спрашивал, тот ли ты Арчи, который собрал Ключи Мастера и спас Паутину. А я даже не знал, что ответить…

— У твоего соседа по столу неверная информация, — буркнул я, — я эту самую Паутину тогда чуть не угробил.

— Но Ключи все же были, — недоверчиво хмыкнул сын.

Я кивнул и, неожиданно для самого себя, принялся рассказывать. А начав, уже не мог остановиться. События тех дней вставали передо мной с пугающей ясностью.

Охота за древним клинком Мастера, неожиданно признавшим во мне достойного владельца. Знакомство с Александром Са-Масте, нападение Безликого на Иррат. Рассказанная принцем легенда о Великом Полнолунии, Ключах Мастера, Разрушении… Два самонадеянных идиота, решивших поспорить с могущественным колдуном и помешать его планам. Пройденный путь — история, далекая от того, о чем поют менестрели.

Ночь Великого Полнолуния Каиноса, когда девять безумцев — защитников мироздания, выступили против Безликого.

И ведь именно моя рука сразила Разрушителя, и можно было праздновать победу, если бы не одно «но»…

В последний момент выяснилось, что я — его сын. Родной сын Вальтера Хайверга, Безликого Разрушителя! Плоть от плоти того, с кем вел непримиримую войну, чья кровь капала с моего клинка…

Для него наше родство так же стало откровением, и, умирая, сумасшедший родитель передал мне колдовскую силу, память и часть собственного безумия.

И, повинуясь его воле, а также свету окольцованного Каиноса, я принялся претворять в жизнь план Великого Разрушения. Я сделал все, как требовал ритуал, прошел все его этапы, и никто не смог мне помешать.

И лишь последний, фатальный, ведущий к апокалипсису шаг я так и не совершил. Всей отцовской воли и магии не хватило, чтобы принудить меня к тому, что абсолютно противоречило устремлениям моей души.

Я оказался сильнее, и Паутина все-таки выстояла. Но мне больше не было в ней места, потому что само мое существование являлось угрозой творению Мастера.

Я попытался покончить со всем одним махом, вот только моя преждевременная кончина не входила в планы Высших.

К тому моменту, как я закончил говорить, наступил хмурый рассвет: набежавшие ночью тучи основательно затянули весь небосвод, в воздухе пахло влагой. Похоже, вымокнуть всё же придется: не смертельно, но неприятно.

Как ни странно, но после моего рассказа вопросов Ромка задавать не стал, высказался в плане «что такое не везет» и принялся собирать пожитки.

Я же подошёл к барьеру, волк за которым уже должен был успеть превратиться в человека, однако ночного гостя и след простыл. О том, что он нам не приснился, напоминал только островок примятой травы. Впрочем, я был уверен, что мы с ним еще встретимся.

Когда со сборами было покончено, я снял барьер. Гаджей в поле зрения не наблюдалось, но маячок сигнализировал, что звери где-то рядом. Как и советовал барон, я свистнул — ничего не произошло. Свистнул еще раз — с тем же результатом. Странно, с учетом того, что, если верить маяку, с места звери не двигались.

— Цыгане коней угнали? — нервно пошутил Ромка, когда стало понятно, что никто к нам не торопится.

— Вроде того, — хмыкнул я и закинул рюкзак за плечо. — Что ж, пойдем посмотрим, кто тут промышляет.