Чтение онлайн

Дождавшись, когда слуги улягутся спать, мы снова пробрались в келью Атрея. Когда я вошла, глаза его распахнулись:

– Как ты сюда попала? – голос мужчины звучал хрипло.

– Пробралась тихонько. Не переживай, меня никто не видел.

Эразм присел в уголке, боец его не заметил.

– Тебе влетит, если поймают, – в голосе гладиатора звучал страх.

– Не поймают. Я принесла тебе ужин.

Мне удалось припрятать немного каши, овощей и хлеба.

Атрей, опираясь на руки, тяжело поднялся, сев на краю постели:

– Спасибо, Мелисса. За весь день даже глотка воды никто не принёс, – он взял кувшин, сразу почти полностью опорожнив его.

– Я не смогу зайти днём. А завтра вечером принесу ещё еды.

– Не надо, – покачал головой Атрей, – если тебя схватят, Зен высечет с превеликим удовольствием. И я не смогу заступиться на этот раз, слаб, как котёнок.

– Постараюсь быть осторожней, – я погладила воина по руке, в ответ он сжал мою ладонь.

Достав маленький пузырёк, где была мазь, смазала все раны мужчины.

– Почему ты так заботишься обо мне, – гладиатор пристально смотрел на меня своими серыми глазами.

– Никто не заслуживает подобной участи, – пожала я плечами.

Он опустил разочарованный взгляд

Надолго задерживаться не стала, дождалась, пока Атрей поест, забрала посуду и вернулась в дом.

– Вот что, – Эразм, как всегда, улёгся на подушку, – завтра сам отнесу ему еду. Пока он будет спать. И впрямь, нечего тебе шастать по казармам.

Прошло несколько дней, прежде чем я снова попала к Атрею. Долго пришлось упрашивать Эразма провести меня в казарму.

Гладиатор выглядел гораздо лучше. Завидев меня, он встал с постели, и я заметила цепь, которой он был прикован к стене.

– За что? – спросила, кивнув на неё.

– Чтобы не сбежал, – усмехнулся Атрей, – Солон не ожидал, что я выживу, а, узнав об этом, велел заковать меня. Я ждал тебя, – воин приблизился ко мне, – ты всё это время носила мне еду. Знаю, что не смею просить тебя о ещё большем. Но… Может, у тебя получится выкрасть ключи у Зена? Мы сбежим отсюда. Вместе.

В его глазах светилось столько надежды, что я растерялась. Бежать? Никогда даже не задумывалась об этом.

– Куда? – Спросила я Атрея, – у тебя есть дом?

– Нет, – понурился он, – но мы можем уплыть на Крит или Кипр. Наняться к местным на работу.

Я лишь покачала головой:

– Всё, чему обучена – драить грязную посуду и пол. И больше ничего не умею.

– У меня получится прокормить нас обоих, – с горячностью начал Атрей, сжав мои руки.

– Нет, – перебила его, – это самоубийство. Не могу решиться на это.

– Я знаю, как выбраться из дома, чтобы нас никто не заметил. И у меня припрятано немного денег. Пожалуйста, послушай. Нам ничего не угрожает. Мы сбежим далеко, туда, где нас не будут искать. Сможем начать новую жизнь. Неужели всё, чего ты достойна, обслуживать жирных индюков, возомнивших себя хозяевами жизни? А Солон? Все знают о его любви к молоденьким служанкам. Думаешь, тебя минует эта участь?

Речь Атрея затронула струны моей души. Не раз, лёжа без сна, думала о том же самом.

– Не дави на меня, прошу, – я высвободила руки, – мне надо подумать.

– Буду ждать твоего решения, – мужчина опустил голову и сел на кровать.

– Скоро навещу тебя снова, – с этими словами покинула келью.

Всю ночь мне не давала покоя его просьба. Чего легче, попросить Эразма раздобыть ключи и отдать их Атрею. Самой можно остаться. Только я понимала, что со своей горячностью, он попадётся в руки стражников. И я буду виновата в его смерти. Солон не будет разбираться, велит убить его на месте. Так и не придя к решению, я забылась тяжёлым сном.

Три дня я не ходила к Атрею, потому что не знала, что ему сказать. Эразм тоже отказался носить ему еду, заявив, что гладиатора начали кормить. Обсуждать побег с ларом не стала, а он и не заводил об этом разговор, словно и не слышал о просьбе бойца.

И все три ночи я ворочалась до рассвета, не в силах заснуть. Хотелось сбежать. Жить прислугой остаток дней в этом доме – не самая лучшая перспектива. Однако страх перевешивал все доводы в пользу предложения Атрея. Денег у меня нет, а зависеть от кого-то я не привыкла. К тому же что знаю о бойце? Что он пару раз заступался за меня? Так это здесь. А на воле? Не бросит ли меня через месяц-другой, устав кормить и содержать. Ведь в действительности я ничего не умею. Вряд ли здесь кому-то нужен технолог пищевого производства. Чем мне заняться? Идти в прислуги или коз пасти? Тогда в чём смысл побега? Кому я здесь нужна? И даже магия Эразма не поможет мне устроиться в этом мире. Да и нельзя жить вечно в расчёте, что кто-то спасёт и поможет.

На рассвете четвёртого дня решилась дать отказ гладиатору. Слишком туманным и бесперспективным виделось мне будущее. Весь день я думала о том, что скажу Атрею. Репетировала наш разговор, проговаривая про себя все доводы.

Наступил вечер, а с ним и обязанность отнести еду бойцам. Скоро закончится ужин, и мы с Эразмом сможем пробраться к Атрею. Зена нигде не было видно, так что, спокойно расставив снедь в столовой, ушла на кухню, поджидая, пока слуги начнут укладываться.

Отгорел закат, в доме стало тихо. Я позвала духа и вместе с ним отправилась на задний двор. Там под оливой сидел пьяный Солон.

– Что ему здесь понадобилось? – Шёпотом спросила я у Эразма.

Дух не успел ответить, хозяин заметил меня:

– Иди сюда, как там тебя, – мотнул он рукой.

– Мелисса, господин, – отозвалась я.

– Ну да. Принеси мне ещё вина, да поживей.

Пришлось вернуться на кухню, где в прохладной кладовой хранились кувшины с вином. Прихватив один из них, вернулась во двор. Поднесла его Солону.

– А ты похорошела, – поднял на меня хозяин масляные глазки, – бёдра, как у нимфы, а грудь… И личико милое.

Стало не по себе от таких комплиментов. И что понадобилось ему здесь в этот час?

Солон тяжело поднялся, не отпуская кувшина, пошатываясь, опёрся о ствол дерева:

– Проводи меня до спальни. Что-то я устал.

Он с готовностью протянул руку, и мне пришлось подойти к нему. Эразм бегал вокруг, обеспокоенно поглядывая на пьяного Солона. Опершись на моё плечо, господин зашагал к дому. Пройдя по тёмному коридору, мы миновали гинекей и вошли на мужскую половину.

Дверь в спальню была открыта, тончайшие занавеси на окнах трепетали на вечернем ветерке. Тускло горел небольшой лампион. Дыша на меня застарелым перегаром, Солон двинулся к роскошной кровати, закрытой лёгкой вуалью от насекомых.

– Вот, – просипел он, – и дошли.

Господин крепко сжал мою руку и потянул за собой. В его глазах зажглись сладострастные огоньки и я испугалась. Инстинктивно дёрнувшись, оттолкнула мужчину от себя. Ноги Солона запнулись, и он с размаху ударился о прикроватный столбик. Кувшин выпал из его рук разбившись. Вино, точно лужа крови, растеклось по полу. Глаза хозяина закатились, когда тело хлопнулось на пол. На лбу наливалась багрянцем огромная шишка.

– Я его убила? – прикрыв рот рукой, в ужасе спросила Эразма.