Чтение онлайн

Сердце пустилось вскачь, когда мужчина присев передо мной, и зажав рот рукой, стал медленно сжимать пальцы на моей шее. Перед глазами поплыли черные круги. Воздух стремительно кончался - в легких нестерпимо жгло. И в этот момент сознание сделало мне ручкой, а я провалилась в темноту.

****

– А ну просыпайся!
– и я почувствовала обжигающий удар по щеке.

Открывать глаза не хотелось, все тело болело, а кости ныли, словно после изнурительной тренировки. Голова гудела, а ощущение, что меня несколько раз побили этой самой дурной головой об стену, не проходило. Хотя почему как? Руки затекли и не гнулись, в спину что-то давило и мешало лежать.

– Просыпайся, кому говорю!

Гневный окрик заставил поморщиться, а писклявый голос резанул по ушам.

– Господин Священник, вы можете проходить, пленница пришла в себя.

От такого кардинального изменения в голосе стало тошно - слащавый, полный лести и подхалимства.

– Можешь быть свободен, Малкольм, со мной ничего не случится.

– Как прикажете, Господин Священник, двое моих людей будут стоять неподалеку!

– Благодарю! Но надеюсь, что ничего плохого не должно случиться...

И эти слова были сказаны настолько громко, чтобы я поняла, это предназначается мне. Открыть глаза мне все никак не получалось, и посмотреть на того, кто сейчас стоит рядом тоже. Да и узнать, что здесь происходит, не помешало бы.

– Кто вы? И почему я ничего не вижу?

– Хм, - протянул мужчина, и я почувствовала, как по моим глазам прошелся сухой, мозолистый палец. Отшатнувшись, передо мной стала, появляется расплывчатая картинка.

– Вижу, ты совсем не изменилась Альма. Моя дорогая, ты так долго бегала от меня, что я даже забыл, насколько ты прекрасна!

Бархатистым, завораживающим голосом прошептал 'священник'.

– Я не Альма, - поджав губы, ответила я, смотря прямо в глаза мужчине. Выглядел же этот индивид крайне за семьдесят, с редкой бородкой, морщинистой кожей на лице и маленькими глазками-бусинками. Одет он был не менее странно: широкий, на несколько размеров больше самого мужчины балахон, остроугольный колпак и белоснежный кулон на груди.

– Хватит притворяться Альмира! Несколько лет назад, я бы помог тебе, но не сейчас. Ты заслуживаешь смерти, из-за тебя, из-за твоего чертового рода погибло тысячи людей и нелюдей!

– Я не Альмира, не Альма и уж тем более ни кто-то там еще! Я не понимаю, о чем вы говорите...

– Ах, не знаешь?
– щеку обожгло от молниеносного удара.
– Твоими стараниями было разрушено королевство оборотней, малая часть земель демонов. А ты дрянь еще притворяться удумала!

– Я...

Не успела я произнести еще хоть одно слова, как пощёчина повторилась, а на губе проступила кровь.

– Альден! Марк! Ко мне.

И сзади появились две фигуры.

– Увести на нижние этажи. И чтобы ни звука!

Ко мне приблизились двое, те самые похитители. Наемники? Или убийцы? Сейчас я уже ни в чем не была уверена. Схватив меня за шиворот, не удосужившись поднять, потащили к выходу. Я пыталась встать и пойти самостоятельно, все же биться всем телом о каменный пол или стены - не самое приятное занятие. Но каждый раз меня пихали вниз. Ноги подрагивали, а нижняя часть спины и то, что пониже горели огнем, о побеге я даже и не думала - нет смысла тратить покидавшие меня силы на бесполезную попытку.

В какую-то секунду мне показалось, что я горю, настолько было больно. И когда мое сознание снова собралось сделать мне ручкой, наемники остановились. А дальше все слилось в одну большую секунду, которую я запомнила лишь отчасти - послышался скрежет, и скрип железной двери.

– Вот твоя новая спальня, принцесска!
– заржали и, закинув меня внутрь, тут же захлопнули дверь, словно я могла выскочить оттуда.

Приподнявшись на локтях, я кое-как перевернулась на спину и закрыла глаза. Хотелось спать. Голова гудела, а душе воцарилась мертвая тишина - никаких эмоций, чувств. Не было даже обидно, скорее досадно, что я ничего не знаю, но за эмоции это принимать не стоит. И я уснула, непонятно где, одна, в тюремной камере на грязном и вонючем полу.

Хм, наверное, это мое наказание, раз я здесь оказалась? Но сдаваться я не собираюсь, я выберусь, и обязательно узнаю всю правду и начну я с себя.

Часть вторая.

Просыпалась я плохо, меня штормило из стороны в сторону, мне казалось, что я вижу людей, но прийти в себя никак не могла. Пришла в себя неожиданно резко - просто открыла глаза и увидела измазанный в земле, со свисающими растениями потолок, покрытый плесенью. Скривившись, я перевела взгляд на дверь, от нее шел неяркий желто-оранжевый свет. И, несмотря на его малое количество, мои глаза слепило нещадно.

Отведя взгляд, я поморщилась, тело слушаться не желало, ноги онемели от холода, а голова раскалывалась на части. Застонав от боли, я села, тут же стало покалывать ступни и икры.

– М-м-м...
– закусив губу, я переползла к стене и облокотилась на нее.

– Ну, что прЫнцесска, проснулась? А вот и твой завтрак в постель!
– и оглушающий хохот, прокатившись по всей камере, зазвенел у меня в ушах. И в маленькую дырочку в самом низу двери появился проблеск света, а потом в меня полетела грязная тарелка, перевернувшаяся глубокой частью вниз.
– Ой, прости прЫнцесска!

И снова громогласный хохот уже нескольких голосов.

Кое-как, поднявшись, я еле устояла на ногах. Глубоко вздохнув, я перестала шататься из стороны в сторону и осмотрелась. Помещение камеры оказалось небольшим каменным квадратом, совмещающим в себе все 'удобства' сего места. Воняло еще хуже, чем на помойке, и где-то сзади виднелась большая яма, о предназначении которой думать не хотелось.

Заметив небольшой ком сена на земле, прошла к нему и, поняв, что лучшего здесь ждать не приходится, села. Спать не хотелось. Думать тоже. Заниматься самокопанием - отложим до лучших времен, а думать о родных желание как видно не было. Лишь было горько и обидно за себя, за вранье, которым меня кормили на протяжении всей моей жизни. А еще я волновалась за Максима, ведь эти наемники пришли как раз в то время, когда должен был прийти мой друг. Что с ним? Все ли в порядке?

Сердце сжалось в болезненном приступе, и я услышала шаги. А за дверью стало ярче, послышались голоса, скрежет ключа, но явно не моей камеры, а потом чей-то крик глухой удар об стену. Стало жутко.

– Господин священник, не желаете проведать нашу заключенную?

Сердце ухнуло вниз, а к голове прилила кровь. Конец - теперь моя песенка точно спета.

– Думаю, не стоит! Пусть лучше поспит, надеюсь, ваши маги могут это устроить?

– Как прикажете, Господин Священник. Есть какие-нибудь пожелания о времени?