Наследник пепла. Книга VI
Шрифт:
— Да ты знаешь, — проговорил Гризли, — наверное, ещё некоторое время назад я бы стал упираться. Но сейчас я мыслю немного иначе. Если будет возможность получить свободу, чтобы просто жить, я воспользуюсь этим вариантом. Да, я хочу полной реабилитации. Я хочу наказать обидчиков, но я два года пробыл на Стене. Это не самые приятные два года. Но дело даже не в этом, — его могучие плечи поникли. — За это время случилось что-то с сестрой.
Полагаю, что было то ещё потрясение, когда он увидел, в каком состоянии находится Ярослава.
— Вот-вот, — сказал я. — Ты сам, твоя сестра… Непонятно, где остатки клана. Так ведь?
— Вот именно, — печально кивнул Гризли.
— Понимаешь же, что полная ответственность за весь твой клан сейчас на тебе, — уточнил я. — И вот когда ты выйдешь, ты должен помнить одно.
Он посмотрел на меня с интересом.
— Я всё прекрасно понимаю. Хочется отомстить, хочется набить морду, хочется отыграться и поставить всех обидчиков на место. Хочется, чтобы справедливость восторжествовала. Но на другой чаше весов — ответственность. И ответственность не только за себя. Ты видел, что за два года случилось с твоей сестрой? Остатки твоего клана? Ты даже не представляешь, где они. А тебе нужно возрождать род. Тебе нужно дальше искать то место, которое отзовётся на тебя энергетически. Перед тобой стоит столько задач, что зацикливаться на отмщении просто нельзя.
Я говорил горячо, но видел, что Медведев мне внимает.
— На чём ты должен зациклиться, так это на защите своих родных и близких, на восстановлении рода. А месть, дорогой мой, — это блюдо, которое подают холодным. Ты обязательно этим займёшься, но позже. Без горячки, без нарушений закона. Я хочу, чтобы ты помнил об этих словах, когда ты выйдешь, неважно как: реабилитированным или помилованным. Ты меня понял?
— Я понял, — кивнул Гризли. — Но на самом деле очень благодарен тебе, что ты это сейчас так сформулировал и сказал. Наверное, мне не хватало именно этих слов.
— Да брось, — кивнул я. — Мне самому когда-то не хватало именно этих слов. Чтобы эта простая истина до меня дошла, мне пришлось разок сдохнуть. Так что желаю тебе учиться на чужих ошибках. Успокойся и научись трезво мыслить перед принятием решений. Горячность в нашем случае ни к чему хорошему не приведёт. У нас мирных задач пруд пруди, но и оружие мы не зачехляем и на стеночку не вешаем. Моя помощь на том, чтобы вытащить тебя, не заканчивается. Я буду помогать тебе, а если ты захочешь, то сможешь быть и вовсе рядом со мной. Такое приложение. В любом случае, один после выхода ты не останешься. Рароговы и фон Адены поддержат Медведевых.
— Спасибо, — непривычно серьёзным голосом ответил Гризли. — И да, насчёт возрождения клана, ты полностью прав. Они нуждаются во мне.
— Ну так и я прошёл то же самое, — сказал я. — Пришлось потерять всю семью… — я произнёс это шёпотом. — Чтобы вернувшись во второй раз, сосредоточиться на её спасении. А месть — это дело десятое. В первую очередь семья и близкие. Это они должны всегда быть у тебя на первом месте.
Земовит покачал головой, но уже ничего не ответил.
— Так что жди. Я уверен, осталось недолго. Несколько дней или недель по сравнению с теми годами, что за спиной — это ерунда. Ты не дёргайся. Всё будет хорошо. Я свои обещания выполняю. И да, вопрос твой сейчас находится на рассмотрении на самом высшем уровне. Помни об этом.
— Кстати, да, — Гризли снова широко улыбнулся. — Я же с сестрой уже виделся. Выглядела она, конечно, ужасно, но она мне рассказала о той роли, которую вы сыграли в изменении ситуации, сложившейся в институте благородных девиц. Я тебе только за одно это по гроб жизни благодарен.
— Слушай, Гризли, — сказал я, — для меня это дело чести. Ну вот, если бы ты знал, что подобное с девчонками происходит, ты сделал бы что-то как-то иначе?
— Да нет, конечно, — кивнул Гризли. — Может быть, не так изящно, но постарался бы сделать то же самое.
— Ну вот, тем более, — продолжил я, — сейчас там и твоя сестра, и моя сестра теперь там будет учиться. И даже сестра того же Голицына тоже там оказалась.
— Ого, а вот это уже сюрприз, — ответил Гризли, глядя на меня. — Я-то думал, что Голицыны живут в шоколаде, припеваючи, так сказать, после того как их подкупили.
— Знаешь, жизнь очень изменчивая штука, — ответил я. — Иногда ты на коне, а иногда — извини за выражение «под конём». Поэтому поверь, у Голицыных сейчас ситуация ненамного лучше, чем у тебя. Они тоже барахтаются, как могут.
— Занятно, — проговорил Гризли. — Не знал.
Затем мы ещё немного поболтали на отвлечённые темы. Гризли рассказывал какие-то байки со стены, а мы с Тагаем слушали. А после этого мы распрощались, оставив Гризли в отличном настроении и с надеждой на то, что скоро для него неправомерное заточение закончится.
Глава 15
Вернувшись от Гризли, я понял, что до отъезда с отцом мне нужно будет сделать ещё несколько немаловажных дел. С тем я и пошёл к Заре. Демоница смотрела на меня открыто и с интересом, видимо, думая, какие ещё сюрпризы я ей преподнесу. При этом на губах у неё играла озорная улыбка.
— Ну, что, Адениз? — сказала она. — Опять меч тебе одолжить?
— Нет, — покачал я головой. — Нужно кое-что другое.
— Так-так-так, — Зара стала серьёзной. — После вашего так называемого свидания сестра второй день сама не своя ходит. Ты ей чего такого сделал или сказал?
— Ничего такого я не сделал, — ответил я. — Ей всё понравилось.
— Ну, отлично, — ответила Зара. — И что ты теперь от меня хочешь?
— Я хочу, чтобы ты помогла мне освоить технику призыва, — ответил я с максимальной серьёзностью.
— Ты же уже кого-то призывал там, — Зара развела руками, затем поняла, что я не шучу, и проговорила: — Так, призыв кого тебе нужно освоить?
— Призыв демонических сущностей с нижнего плана, — проговорил я.
— У тебя же есть Резвый, эта несдержанная на язык, но бесспорно обаятельная сволочь, — удивилась демоница.
— Мало, — ответил я. — Мне нужна ещё одна особь, желательно женского пола.
— Это ещё зачем? — усмехнулась Зара. — Чтоб твоему Резвому было с кем покувыркаться?
— Почему бы и нет? — ответил я в шутку.
— Ты сейчас серьёзно? — моя собеседница, кажется, была готова взорваться. — Ты решил своему коню женщину достать?
— Не кипятись, — ответил я. — А то лава из ушей польётся. Это всё шутки. Хочу сделать подарок Азе.
— Знаешь что, — проговорила на это Зара, — лучше б ты коню своему женщину искал.
— Да чего ты взъелась-то? — спросил я. — Ну что, она вечно одна будет? Так ей хотя бы будет на ком покататься. Не скучно будет, по крайней мере. Опять же, ей так понравилось быть живой. Пока меня не будет, вот будет с лошадьми нянчиться. Так сможет ощущать себя целой.