Чтение онлайн

– Просто шутка твоя не понравилась, – выкрутилась я, – про двадцать лет. Это, знаешь ли, многовато. Пора уже будет становиться бабушкой, а я еще мамой не стала…

В это утро у меня все валилось из рук. Я из последних сил старалась сохранять невозмутимый вид, лихорадочно размышляла, в какое новое дерьмо меня угораздило влезть. Антон колебался, ему тоже что-то не нравилось. В половине десятого подошла машина – серый подержанный седан. У водителя, как и у машины, был незапоминающийся вид. Он предпочел не пользоваться звуковым сигналом, остановился за калиткой и курил в ожидании Антона. А меня сразило оцепенение. Я обняла себя за плечи, спустилась с крыльца на деревянных ногах.

– Милая, все будет хорошо, это не «черный ворон». – Антон поцеловал меня в висок, отстранился и пристально посмотрел в глаза – Да что с тобой? Оживай, скоро все кончится. Мы уедем отсюда. В купейном вагоне, заметь, а не в «столыпинском». – Дважды чмокнул в щеку и зашагал к калитке. Кивнул водителю, забрался в салон.

Я с холодеющим сердцем наблюдала, как машина скрывается за косогором. Колючий страх закрадывался за воротник. Я осталась совсем одна.

– Будем надеяться, что с тобой-то, милый, наверняка ничего не случится, – прошептала я. – Надеюсь, ты меня простишь…

Разгорался солнечный день, на небе не было ни облачка, но меня колотил озноб. На негнущихся ногах я добрела до калитки, выбралась наружу. В траве, недалеко от того места, где курил шофер, темнел сверток. Я подобрала его, посмотрела по сторонам. Окружающий ландшафт не претерпел изменений. По обочинам дороги, змеящейся к косогору, колосилась трава, в ней пестрели синие луговые цветы. Сжимая сверток под мышкой, я побежала в дом – нужно было срочно разобраться с его содержимым.

С этой минуты не было покоя. Задыхаясь от волнения, я блуждала по первому этажу, беспричинно хлопала дверцей холодильника. Принялась что-то готовить, порезала палец – потому что смотрела не на нож, а в окно. По спине струился ледяной пот, взмокли подмышки. Ощущения были самыми противными. Я собралась принять душ на скорую руку, уже шагнула в душевую… и в ужасе вернулась. Нет уж, все мы видели фильмы Хичкока и его подражателей, и в душ нас плеткой не загонишь…

За сорок минут я взвинтила себя до крайности, превратившись в комок оголенных нервов. Двухэтажный дом становился западней. Я могла бы спрятаться в подвале, запереться на ключ, забаррикадироваться – но зачем тогда я все это устроила?! Время шло, и ничего не происходило. А с чего я решила, что должно произойти? Это была всего лишь гипотеза, одна из вероятностей, не больше. Не факт, что именно сегодня развернутся события…

Как ни странно, через полтора часа я успокоилась. Дрожь прошла, я могла спокойно дышать и без замирания сердца смотреть в окно. На сегодня, кажется, пронесло. В душ я, впрочем, не пошла, просто сменила майку и натянула другие джинсы, купленные Шурой по ее собственным представлениям о моих габаритах и потому висящие мешком. Но в доме по-прежнему было неуютно. Требовался свежий воздух. Я взглянула на часы – скоро должен вернуться Антон. Прогуляюсь, решила я, потом обед начну готовить. На улице было свежо и приятно. К калитке я не пошла, шмыгнула за угол, обогнула сарай. Остатки страха еще присутствовали в организме, вынуждая без устали таращиться по сторонам. Но в округе было тихо. Чувство опасности мирно дремало. Дул приятный умиротворяющий ветерок. Я прошла мимо беседок и неухоженных клумб, заваленных мусором, спустилась по деревянной лестнице к причалу. Доски настила поскрипывали под ногами. Вода в озере была необычайно прозрачная, даже мелкая рябь, создаваемая ветерком, не тушевала то, что происходило на глубине. Сновали мелкие рыбешки, выпукло выделялись коряги на дне. Я присела на край причала. Возникло желание скинуть все с себя, забраться в воду – глубина подо мной была лишь по горлышко, проверяли. Я уже стала раздеваться, но опомнилась. Не самое лучшее время, однако. Какая-то я непостоянная, непродуманная…

На озере я долго не задержалась. Помочила ногу в воде, натянула кроссовку на мокрую пятку, покосилась на ветвистые монументальные сосны, застывшие на бугре. В антураже не было ничего нехарактерного. Ну и ладно, решила я, может, в следующий раз «повезет», поднялась обратно по ступеням, протащилась мимо беседки и неухоженных клумб, свернула за угол. По-видимому, я задумалась, пока шла к крыльцу. А дойдя до него, остановилась и еще раз осмотрелась.

И вдруг спина начала деревенеть…

В окружающем пространстве что-то было не так. Заросшая травой площадка для парковки, приоткрытая дверь сарая – но она всегда приоткрытая… Я ощущала чужой взгляд, чужой дух… Развиваю гиперчувствительность? У страха глаза велики, все такое? Но мурашки уже ползли, дышать становилось затруднительно. Рядом кто-то был. Не за калиткой, не за косогором, а совсем рядом…

Скрипнула приоткрытая дверь сарая, и я задохнулась от ужаса. Зачем это затеяла? Зачем отпустила Антона? Дверь открывалась, она не могла открываться сама по себе, там кто-то был! Мне кажется, я различала руку, взявшуюся за дверную ручку…

Приглушенно зарокотал двигатель, и через косогор плавно перевалил компактный джип «Судзуки» с закрытым кузовом. Номера его были испачканы грязью, в лобовом стекле отражалось солнце… Я таращилась на него, не в силах пошевелиться. Он остановился возле калитки, отворилась дверь, выбрался человек в маске, закрывающей все лицо… Я затряслась, как газующая машина, но не могла оторвать от него глаз. Коренастый, упитанный, он спрыгнул на землю, направился к калитке и через пару мгновений уже был во дворе! А дверь сарая продолжала поскрипывать. За ней маячило еще одно тело, не такое упитанное, но тоже в маске. Незнакомец вышел из сарая и тоже направился ко мне, угрожающе разминая пальцы. В глазах у меня рябило: это было совсем не то, что я «заказывала»! Трудно объяснить, почему я помчалась в дом. Могла бы юркнуть за угол, броситься к озеру, куда-нибудь уплыть. Но я, визжа, запрыгнула на крыльцо, распахнула дверь и ввалилась в холл. Видимо, этот объект пока еще соответствовал критериям безопасности. «Ты, уходя, не закрыла дверь на ключ», – мелькнула мысль, но быстро выветрилась. Я поскользнулась на пороге, едва не расшибла коленку, но все же смогла запереть на задвижку. Боже, сохрани меня и преумножь… Я привалилась к стене и стала сосредотачиваться. Вдох, выдох, все в порядке. Но пасаран, они не пройдут… Ахнув, я бросилась к окну, задернула штору, и весь холл, а также примыкающая к нему кухня погрузились в полумрак.

Я стояла посреди мглистого пространства, вибрировала от страха и пыталась что-то придумать. Дом окружен, уже не выбраться. То, что я задернула шторы, – гениальная идея. Теперь уж точно никто не выбьет стекло и сюда не вскарабкается! Может, ведьмин круг нарисовать? Я прислушалась. По идее, эти двое должны уже встретиться у крыльца и подняться наверх. Уши напряженно работали, но я ничего не слышала. И вдруг в дверь постучали! Я подпрыгнула, схватившись за сердце. Издеваются? Еще раз постучали – не сказать, что настойчиво, но и не робко. Сверкнула мысль: возьми нож! А лучше два ножа! Выбьют один – успеешь порезать другим! Мысль была отличная. Но она умчалась из головы, когда на галерее второго этажа что-то заскрипело. Незнакомец, таящийся в полумраке, взялся за перила и стал медленно спускаться!

Вот на этом месте я окончательно окочурилась от страха. Во мне застыло все. Как же ловко разыграли, сволочи! Красиво, тонко, нагнали жути на бедную девушку. Сама виновата – не закрыла дверь, когда пошла на озеро. Да какого черта! Можно подумать, эта дверь их остановила бы! Я пыталась всмотреться, но все рябило перед глазами, я видела лишь, что по лестнице кто-то спускается – невнятный, молчаливый, в маске. Я, правда, хочу знать: кто это такой?! Отмирай же скорее, у них оружие! Я попятилась… и вдруг подпрыгнула и помчалась к ближайшей двери. Она вела в гостиную, уставленную непритязательной мягкой мебелью. Задвижки на двери не было – жалко, черт возьми! Я бросилась к окну, лавируя между креслами и диваном, взлетела на подоконник, чуть с мясом не вырвала шпингалеты – древние, дедовские, таких в природе, наверное, уже почти не осталось, – и рама со скрежетом распахнулась. Я сидела на коленях, пыталась выволочь из-под себя хоть одну ногу. Подалась вперед, схватилась за убегающую створку и потеряла равновесие. Ужас пульсировал в голове, я не могла удержаться, неуклюжая корова… И вывалилась наружу, пытаясь сгруппироваться. В общем-то, выжила, высота была небольшой, трава росла под домом, но плечо отбила. В голове разрывались салюты. Я встала на четвереньки… и уткнулась носом в чьи-то ноги, обутые в стоптанные кроссовки! Незнакомец стоял надо мной, но пока ничего не делал. Разглядывал. Наслаждался. Я взвизгнула, тут он и провел превентивное действие: хлопнул меня ладошкой по затылку. Тело потеряло чувствительность, сознание помутилось, но я его сохранила и стала пятиться – на всех четырех конечностях.

– И куда это мы так аккуратненько уходим задом? – ехидно осведомился знакомый женский голос.

Сзади кто-то подошел, выставил пятку, и я в нее уткнулась.

– Тпррру-у-у… – сказал еще один знакомый женский голос. Потом подошел кто-то третий – грузной, волокущейся походкой, взял за шиворот и так тряхнул, что у меня чуть челюсть не выпала.

– Расскажи, Снегурочка, где была? – пропел хорошо поставленный женский голос, и меня опять отоварили по затылку – да так, что больше и не надо…

Все это было в корне неверно, не по сценарию, не по понятиям! Меня швырнули в машину, там я и очнулась – в тесноте, в обиде, с гудящей головой. Машина шла по сельской местности. За окном мелькали ельники, строевые сосенки, протащился глинистый обрыв, ощетинившийся корнями. Асфальт в этом районе явно не прокладывали, машину бросало на ухабах. Я находилась на заднем сиденье в вывернутой позе, с заведенными за спину руками. Они были связаны в запястьях. С двух сторон меня подпирали злоумышленники. Вернее… злоумышленницы! Они уже стащили маски и весело скалились мне в лицо. Эльвира – собственной персоной! Злая, отвязная, с горящими глазами! Она как будто постарела за эти две недели, стала нервной, кожа под глазами обвисла. Вторая – ее верная соратница Галина Кулебяка, смуглая ведьма, про которую я давно забыла. Обе злобно хихикали, щипали меня за плечи. Водитель обернулся ко мне и тоже оскалился. Мама дорогая, и про этого Шрека по фамилии Бабаев я стала забывать! Я в отчаянии зажмурилась, заскрипела зубами.

– Поздравляю, дорогуша, ты еще в тренде, – смачно гоготнула Эльвира и шлепнула меня по затылку. – Снова в строю, молодец. Ну и мы тут как тут. Наши отношения принимают системообразующий характер, не находишь?

– Уродка… – хрипела я. – Убери от меня свои грабли… Тебе это просто так с рук не сойдет…

– Да как же не сойдет, – хохотала Галина, хватая меня с другой стороны, – если уже сошло? Можно всё, представляешь, милая? – вкрадчиво прошипела она, и по уху побежали жирные мурашки. – Главное – не оставлять улик…