Чтение онлайн

Атаманов дипломатично молчал. Поплавский – не та фигура, в отношении которого можно предлагать "острые" мероприятия. Во всяком случае, по своей

Горемыкин встал и прошелся по кабинету, размеры которого позволяли даже проехаться на велосипеде, но высокий и толстый Петр Георгиевич вряд ли смог бы

– У меня есть подозрения, что ещe кто-то из наших смотрит в сторону Поплавского, – значительно, с расстановкой, проговорил он. – Поэтому служба

Горемыкин величаво одернул пиджак. По въевшейся в плоть и кровь привычке, он всегда ходил в одном и том же наряде: строгий однотонный костюм неброских цветов, белая сорочка, скромный галстук – униформе ответственных партработников

Бывший Управляющий делами ЦК КПСС имел колоссальные связи и возможности, хотя его личный капитал и уступал состояниям многих нынешних нуворишей. Потому что в отличие от современных финансовых, партийные олигархи старой школы ещe помнили персональные дела, исключения из партии, инфаркты и показательные суды… Сейчас он медленно шел от стола к двери, потом обратно, к двухметровой пальме в

Атаманов почтительно стоял и поворачивался в ту сторону, куда двигался босс. Сейчас он испытывал неловкость за свой модный, в мелкую зеленую клеточку пиджак, мягкие, свободного покроя брюки, складкой спадающие на дорогие зимние полуботинки, альпийский загар на мужественном лице. Круглые, близко посаженные глаза, большой, резко спускающийся к губам боксерский нос, массивный выступающий вперед подбородок выдавали основные черты характера – целеустремленность, решительность и твердую волю. Многие женщины находили, что

Обычно он подавлял людей, с которыми приходилось общаться. Но по сравнению с шефом, чувствовал себя песчинкой. В этой большой яйцеобразной лысой голове помещалось столько информации, сколько он сам никогда не сумел бы переварить. Узкие затемненные очки придавали шестидесятипятилетнему дедушке

Несмотря на, казалось бы, мирное прошлое, Петр Георгиевич был отличным конспиратором и постоянно маскировался и что-то скрывал. Никогда не подписывал официальные бумаги, приезжая в "Консорциум", не появлялся у входа и в вестибюле, поднимаясь на пятый этаж специальным лифтом прямо из подземного гаража, да и вообще очень редко приезжал в свой кабинет, предпочитая принимать руководящий состав концерна в безликих гостиничных офисах, оформленных на подставных лиц. Не участвовал в торжественных мероприятиях, не общался со средним и низшим персоналом. Многие вообще не знали, кто такой Горемыкин и

– Похороны прошли нормально, без осложнений, – как мальчишка похвастался

– Ничего нормального в похоронах отличных сотрудников нет! Это уже само

– Пока не знаем…

– Плохо! Мне известно, что Куракин в последнее время кого-то интенсивно разыскивал. Это было не связано с его работой и даже мешало ей! Кого и зачем он

Атаманов опустил голову.

– Я только третий день в новой должности, Петр Георгиевич. Пока не могу

– Плохо, – ожившая статуя наконец успокоилась и вернулась в кресло, опять

– Я все сделаю, – заверил Атаманов и вышел, хотя с трудом представлял,

В его собственной приемной дожидались четыре руководителя подразделений. Трое неуловимо напоминали друг друга: крупные неброско одетые грубоватые мужики средних лет, с властными повадками и уверенными взглядами внимательных глаз. Сдержанные манеры и офицерская выправка выдавали в них отставников силовых

Четвертый был заметно моложе, раскрепощеннее, он любил и умел одеваться, следил за модой, всегда благоухал тонким одеколоном. Сейчас на нем был длиннополый плащ из мягкой, хитро выделанной кожи, между распахнутыми полами выглядывал безукоризненно сшитый серо-стальной костюм. Черные, аккуратно зачесанные на пробор волосы и влажно поблескивающие черные глаза делали его

Пожав всем руки, Атаманов пригласил их в кабинет. Ладонь "итальянца" оказалась не менее крепкой, чем у отставников. Атаманов знал, что он не уступает им и ни в чем другом. А в одном несомненно превосходит: этот парень

Наверное поэтому, несмотря на интеллигентную внешность, Ринат Шалибов командовал специальной боевой бригадой службы безопасности "Консорциума". Он

– Как обстановка, – спросил Атаманов, обводя взглядом всех четверых.

– Нормально, – ответил Каймаченко, бывший десантник, командир разведдиверсионной группы. – Они просто не знали, что это наша точка. Объяснили

– У нас не обошлось без стрельбы, – вздохнул Степан Деревянкин, в прошлом разведчик внутренних войск. – Нашего парня ранило и мы одного завалили. Но груз

– У меня все нормально, – кивнул отставной капитан КГБ Силков.
–

– У меня тоже порядок, – с улыбкой ответил "итальянец". На самом деле Ринат Шалибов был башкир, но свои родовые корни почему-то скрывал, предпочитая имидж иностранца. – Мы забили "стрелку" их "крыше" и договорились по хорошему:

– Две недели потерпим, – улыбнулся Атаманов. – Раненому выдать премию. И

Отставники переглянулись и пожали плечами. "Итальянец" едва заметно

– Все свободны. Ринат, останься, – сказал Атаманов.

– Какого-то парня, Карданов его фамилия, – ответил Шалибов, когда дверь за отставниками закрылась. – Раньше они с Куракиным работали вместе. А с год назад шеф начал его усиленно искать по всей России… Я отрабатывал московские адреса, но без толку. А тот на прошлой неделе сам объявился в Москве. Подробностей я не знаю, шеф занимался с Бачуриным и со своей личной группой.

– Еще что? – заинтересованно спросил Атаманов.

– Больше ничего.

Наступила долгая пауза.

– Ладно… А что там по этой бабенке?

"Итальянец" потупился.

– Там небольшой прокол вышел… Ребята ее… Ну это самое…

– Что?! – не своим голосом заорал Атаманов. – Да кто вам разрешал?!

– Старший на улице был, он не при чем… Ну, а те двое… Свое дело сделали,

– Да я их кастрирую, мудаков! – дико ревел Атаманов.

– Человека припугнуть надо было! А его разъярили, смертельно оскорбили, теперь он – навсегда кровный враг и никаких договоренностей и компромиссов быть не может! А все из-за того, что твои урки решили попарить болты! Они испортили

– Скажете наказать – накажем, – Шалибов продемонстрировал покорность. – Деньгами, или битьем, или… Только в землю их нежелательно – зачем людей терять…

– В больницу сук, месяца на два! На инвалидность! И всем рассказать,

– Сделаем! – Шалибов встал. – Я лично прослежу. Да и сам приложу руку. У

Атаманов тяжело вздохнул. Демонстративная покорность "итальянца", признание ошибок и очевидное желание их исправить смирили его гнев. Тем более… Работать приходится со специфическим человеческим материалом. Если люди охотно берутся затащить женщину в подвал и избить, то какой смысл взывать к их совести

– Ладно. Жди указаний внизу, без команды не уходи.

Когда Ринат вышел, Илья Атаманов с минуту сидел, не двигаясь и глядя в стену, словно медитируя. Он был в мыле, как загнанная лошадь. Воротник сорочки

Телефон на столе несмело звякнул и умолк. Атаманов встал, открыл встроенный в стену бар, из плоской бутылочки налил на два пальца водки в

Атаманов в свои сорок пять лет являлся отставным полковником КГБ, ответственным за безопасность международных финансовых операций "Консорциума" и