Чтение онлайн

Глава 12 начинается с обсуждения проективной идентификации и ее отношения к генезу мышления. Предмет этот увлекает нас в исследование той роли, которую играют в создании модели мышления оральные переживания, связанные с питанием. Я уделяю внимание тем серьезным последствиям для развития, к которым приводит неспособность матери мечтать.

В главе 13 рассматривается проблема записи сессий и используемых аналитиком теорий; кроме того, обсуждаются возможности, предоставляемые подходом, основанным на методе научного описания из главы 14.

В главах 14–16 вводятся символы L, H и K, используемые при обсуждении материала этой книги.

Главы 17–18 возвращают к использованию абстракции «альфа-функция» с целью обсуждения генеза мыслей. В связи с этим обсуждаются проблемы абстрагирования (или генерализации) и конкретизации (или наименования).

В главе 19 начинается обсуждение способов использования психоаналитических моделей.

Глава 20 является исследованием абстракции, в ней также предпринимается попытка использовать абстрактные символы для разъяснения некоторых проблем абстрагирования в том виде, в каком они предстают в анализе.

В главе 21 вводится кляйнианская теория чередования депрессивной и параноидно-шизоидной позиций; исследуется отношение этого процесса к научению, а также эмоциональный опыт, связанный с терминами, используемыми в этиологических теориях.

В главах 22–23 в контексте аналитической практики обсуждается процесс формирования модели и абстракции.

В главах 24–27 продолжается начатое ранее обсуждение, при этом особое внимание уделяется научению (K– связи). В главе 28 разрабатывается та же самая тема в отношении минус K (– K).

1. В обыденной речи мы часто называем некую форму поведения людей именем человека, для которого это поведение считается типичным, – например, говорим «спунеризм», как если бы это было функцией индивидуума, носящего имя Спунер. Я воспользовался этим свойством речи, чтобы развить теорию функций, которая, возможно, будет иметь более точное применение, чем общеупотребительные фразы. Я должен предположить, что личности присущи факторы, которые, объединяясь, создают нечто стабильное и реально существующее – нечто, названное мною функцией личности. Смысл, который я вкладываю в термины «факторы» и «функции», и цель, ради которой я их определяю, станут ясны чуть позже; сейчас же уместно привести некоторые предварительные разъяснения.

2. Утверждение «Зависть к товарищам является фактором личности Х’а» таково, что любой непрофессионал может считать его мало- или многозначительным; значимость этого утверждения зависит от нашей оценки человека, заявляющего такое, и нашей оценки той важности, которую он придает своим словам. Сила утверждения увеличивается, если я придаю термину «зависть» ту же значимость и тот же смысл, которые в него вкладывала Кляйн.

3. Теперь допустим другое утверждение: «Взаимоотношение Х’а с его товарищами является типичным для личности, фактором которой является зависть». Данное утверждение описывает функцию, факторами которой являются перенос и зависть. По ходу психоанализа в тех изменениях, которые демонстрирует функция, необходимо выявлять новые факторы, а также разграничивать разные функции.

4. «Функция» – это обозначение психической активности, которая присуща набору факторов, действующих согласованно. «Фактор» – это обозначение психической активности, которая согласованно действует с другими видами психической активности и составляет функцию. Факторы выводятся из рассмотрения функций, частями которых они становятся, когда согласуются друг с другом. Это могут быть теории, а также факты, которые эти теории представляют. Может показаться, что факторы – это банальные явления обычного инсайта, однако это не так, поскольку слово, использованное для обозначения фактора, употребляется в научном смысле и поэтому является более строгим, чем в разговорном языке. Факторы выявляются не непосредственно, а в ходе рассмотрения функций.

5. Теория функций облегчает установление соответствия между реализацией1 и дедуктивной системой2 Более того, она позволяет более гибко использовать аналитическую теорию (которая может применяться в самых разных аналитических ситуациях) без ослабления прочности и стабильности той структуры, частью которой та является. Кроме того, благодаря теории функций, дедуктивная система, обладая высоким уровнем абстракции, может использоваться для представления наблюдений в анализе отдельных пациентов. Это важно, поскольку психоаналитическая теория должна применяться к тем изменениям, которые происходят в личности пациента. Если аналитик рассматривает функции и выводит из них родственные факторы, то разрыв между теорией и наблюдением может быть преодолен без разработки новых и, вероятно, вводящих в заблуждение теорий.

6. Кроме того, есть важная функция, позволяющая проиллюстрировать то, чему служит предлагаемая теория функций. Я называю эту функцию альфа-функцией, тем самым давая себе возможность говорить о ней без каких-либо ограничений (которые имели бы место, используй я более содержательный термин) со стороны ассоциаций, скрывающих смысл. Я полагаю, что авторы и те, кто критически и с пониманием обсуждал различные теории, уяснили мой замысел в достаточной мере. Свобода, подразумеваемая при использовании термина альфа-функция, и концентрирование точности выражения и применения во всем, что имеет отношение к факторам, придает гибкость структуре, не причиняя ей ущерба. Может показаться, что мое использование существующей теории не соответствует тому значению, которое придавал ей автор. Но если бы это было так, то я признал бы это: я же, однако, уверен в том, что верно интерпретирую авторскую теорию.

7. Термин альфа-функция намеренно лишен смысла. Прежде чем указать на ту область исследования, где я планирую его использовать, я должен обсудить одну из присущих этому исследованию проблем. Поскольку данный бессодержательный термин призван служить психоаналитическому исследованию как переменная величина математику, то само неизвестное, которое может быть наделено смыслом лишь в ходе его использования, поможет определить, в чем же состоит этот смысл; важно только, чтобы оно не использовалось слишком поспешно для передачи смысла, т. к. промежуточные значения могут оказаться именно тем, от чего необходимо избавиться. Уже тот простой факт, что термин альфа-функция используется в частном исследовании, неизбежно приводит к новому его определению в соответствии с теми смыслами, которые сформировались в результате уже проведенных в этой области исследований1. Поэтому необходимо проявлять постоянную бдительность, чтобы не допустить такое развитие, в противном же случае значимость инструмента уменьшается в самом начале. Областью исследования является примерно та область, которую охватывают положения, описываемые мною в следующей главе.

1. Описывая становление принципа реальности, Фрейд говорил: «Возросшее значение внешней реальности повысило роль обращенных к внешнему миру органов чувств, а также связанного с ними сознания, которое, помимо качеств удовольствия и неудовольствия, исключительно интересовавших психику до тех пор, научилось воспринимать также качества, определяемые органами чувств». Я подчеркиваю, что в этой фразе – «которое… научилось воспринимать» – под «которым» Фрейд подразумевал «связанное с чувственными впечатлениями сознание»1. Приписывание понимания сознанию я обсужу позже. Сейчас же важно рассмотреть функцию понимания как таковую; предметом этого рассмотрения являются как понимание чувственного впечатления, так и понимание качеств удовольствия и неудовольствия. Я использую термины «чувственное впечатление», удовольствие и неудовольствие наравне с понятием реальность, тем самым отбрасывая то различие, которое Фрейд провел между «внешним миром» и удовольствием и неудовольствием, как не имеющее отношение к проблеме понимания. Тем не менее я разберу возникновение принципа удовольствия и принципа реальности на примере выбора, который делает пациент между модифицированием фрустрации и избеганием ее.

2. Приписывание сознанию понимания приводит к противоречиям, которые удается обойти, если принять (с целью представления теории) следующую более позднюю фрейдовскую концепцию: «но что это за утраченная часть, фигурирующая в нашей модели сознания, столь всемогущая и все еще скрытая от взора? Только та, что представляет чувственный орган восприятия психических свойств»1 (Курсив Фрейда.)

3. Продолжим цитирование работы Фрейда «Замечания о двух принципах функционирования психики»: «Была выработана особая функция, в задачу которой входило периодически обследовать внешний мир для того, чтобы данные его наперед были известны, если появится неотвратимая внутренняя потребность. Эта деятельность идет навстречу чувственным впечатлениям вместо того, чтобы ожидать их появления»1. Фрейд не стал больше исследовать внимание, но термин (в том виде, в каком он использовал его) имеет именно тот смысл, который я исследую как фактор альфа-функции.