Чтение онлайн

– Благодарю, Наер, я абсолютно здоров, впрочем, как и всегда, – отозвался маркграф, садясь сам и усаживая Леору на колени. – Остальное же настолько очевидно, что не стоит внимания.

Генерал веселился! Вернее, в нём кипел эдакий злой азарт, в котором он буквально купался. Редиш на самом деле наслаждался происходящим. И предчувствие, вернее, нетерпеливое ожидание опасности, лишь перца добавляло.

– На кой ты приволок свою шлюху? – рявкнул ещё один, саданув кулаком по столу.

Вот этот, дай ему волю, придушил бы генерала собственными руками. Или порвал зубами.

– Всё своё таскаю с собой. На самом деле это хороший принцип. Мало ли что может понадобиться? – Кажется, маркграф улыбался. – Но давайте оставим в покое моё происхождение, душевное здоровье и предпочтения, господа. Я свою голову в петлю не за этим сую.

– Если ты хочешь, чтобы мы продали тебе истинного правителя, то зря стараешься. Мы не имперские прихвостни, не продаёмся, сколько бы ты не заплатил.

– Уже готов торговаться, Наер? И, значит, слухи не врут? Наследничек свергнутого короля на самом деле тут.

Раздражение, досада, злость накатывали волнами – слева, справа, спереди. Только за спиной пузырилось шампанское азарта. Голова кружилась, в желудке скользкой змеёй ворочалась тошнота. Всё-таки переоценила она свои силы. Сканировать сразу восьмерых – это не перчатку натянуть. Вот уже и сознание двоиться начало, появилось ощущение, будто она спит и понимает, что спит.

Только бы в обморок не грохнуться!

Леора уже почти не разбирала, где чьи эмоции. И тут к ней потянулся светлый, слегка искрящийся луч ровного дружелюбия и необидной, но чуть снисходительной насмешки. Вот только когда он потянулся, Недил осознала, что и раньше это чувствовала, правда оно теплилось огоньком где-то сбоку, на периферии.

Кадет приоткрыла глаза, рискуя потерять нить силы, но слишком уж странно ощущать здесь такое. Мужчина, сидящий напротив неё, вернее, напротив маркграфа, словно убедившись, что Недил заметила его, откинулся назад, к стене. В этом бородаче не было ничего необычного, разве что его воронья чернота: волосы, брови, глаза и, конечно, борода с усами, даже кожа слишком смуглая. Вот только Леора где-то его и раньше видела.

Точно! На дуэли! Он был секундантом у Редиша и, помниться, не сказал ни слова, лишь стоял живым воплощением хмурости. А тут здрасти вам, такие эмоции!

Всё вокруг начало стремительно набирать цвет, ауры людей, наоборот, потускнели, а тёплая пульсация становилась всё слабее. Недил поспешно зажмурилась, ловя чужие краски за хвосты, будто воздушных змеев, аккуратно распутывая нити.

И снова едва всё не упустила, когда среди уже привычного красно-зелёно-бурого блеснула притушенной искрой алчность, злорадство и нетерпеливое ожидание, ещё что-то вроде: «Я вам всем покажу!», и «Ну когда же?» или «Где же?!» – этим чувствам названия не придумали, но сами-то они были. И очень отчётливые, стоило лишь присмотреться.

Леора потянулась, понимая, что до обморока всего ничего осталось, ниточка буквально и та дрожит, готовая лопнуть. Недил зевнула, положила голову маркрафу на плечо.

– Один чего-то ждёт, – шепнула Редишу в самое ухо, – или кого-то. Тот, который второй справа. Что-то должно случиться.

Генерал вроде бы едва заметно кивнул, погладив кадета между лопаток, как кошку.

– Пойду, Пересмешника покормлю, – буркнул чернявый, вставая.

Впрочем, Леора видела его, словно сквозь туман, да и слышала, как через вату. В носу стало тесно и мокро. Насморк, что ли, начался?

– Ты совсем со своим скворцом сбрендил, Ора, – буркнул кто-то из бородачей. – Тут такие вопросы решаются!

– Вот и решите без меня, – решил чернявый, переступая через лавку.

– Эй, Редиш, чего это с твоей девкой? Носом кровит.

– Да? – вроде бы маркграф её наклонил, заглядывая в лицо. А потом встал, подхватывая кадета на руки. – Действительно. Хворая она у меня. Прошу прощения, господа, я на минуту.

– Всё нормально, – пробормотала Недил через комариный писк, назойливо звенящий под черепом. – Мне только… Это пройдёт.

– Наоборот, всё очень к месту, – едва слышно ответил генерал. Может, действительно шептал, а, может, это у неё со слухом что-то приключилось. – Вы молодец, лучше и придумать нельзя. Сейчас же я настоятельно советую вам потерять сознание. Своё дело вы сделали, причём на отлично.

Опять издевается. Но ведь он прав. Хорош телохранитель, то и дело в обмороки валящийся. Первый раз хоть ранением оправдать можно, а сейчас? То морская болезнь, то силёнок не хватило. Надо собраться и…

Леора собралась, отодвигая черноту. И тут грохнуло, кто-то взвыл медведем, тренькнула сталь, а Недил последовала совету маркграфа, то есть всё-таки потеряла сознание.

Кажется, подслушивать полубессознательном состоянии у Недил начало в привычку входить. Она ещё глаза открыть не успела, а слух уже работал вовсю. Впрочем, сейчас Леора могла бы и без него обойтись, потому как ничего ценного, кроме довольно унылой, однообразной, лишённой фантазии ругани она не слышала. Матерился мужчина без души, словно повинность нёс, и от этого кадету как-то сразу стало неинтересно.

А ещё ей было очень жёстко лежать и отчего-то казалось, что находится она ненормально высоко. Леора осторожно перевернулась на бок, приподнялась на локте так и есть, чувства не обманывали. Каким чудом она оказалась на столе, Недил не знала, но сейчас, пожалуй, ничего против не имела, потому как в кабаке кроме этого самого стола, казалось, попросту не осталось целой мебели. Даже дверь в кухню умудрились разрубить едва не пополам, створка покачивалась на одной петле, задевая сапоги, торчащие из дверного проёма. Наверное, дальше за сапогами было ещё что-то, например, тело, но подробности рассматривать кадет не стала.

Вдоль стены рядком сидели изрядно помятые бородачи, которых, кажется, стало больше. Ну как сидели? Кто-то – Леора подозревала, кто именно – усадил их на корточки, заставив сцепить руки под коленями, а уж потом связал кисти. Поза была явно неудобная, да ещё и откровенно унизительная.

– Я всегда говорил, Ора, что тебе нельзя верить, – рыкнул один из северян. Не тот, что ругался, другой. – Имперский пёс шавкой останется, сколько бы не клялся, – чернявый, на плече которого чистил перья скворец, кивнул, не оборачиваясь к мужчине. – Ладно Редиш, он родился ублюдком, им и помрёт, но ты-то? Я с твоим отцом сызмальства спиной к спине… Как ты мог?

Брюнет пожал плечами, видимо, сам не понимал, как это он так смог. А, вообще, сказанное его не слишком интересовало, больше топор занимал, вернее, здоровенная зарубка на нём, которую чёрный пальцем трогал, сокрушённое качая головой.

– Заканчивай сотрясать воздух, Наер, – посоветовал маркграф. – Общую мысль мы поняли. Все вокруг предатели, одни вы в белых рясах. Вот интересный казус, когда вы пропихивали Ора в имперскую армию, чтобы он для вас шпионил, это предательством не считалось. А следование данной им присяге и шпионинье… шпионство… эм!.. Сбор информации во вражеском стане для блага короны – предательство. Где логика?