Чтение онлайн

– А ну-ка, девонька! – Раньше таких вольностей он себе не позволял. – Там, небось, магов-то нет, значит, внизу с ребятами постоишь.

Видимо, кто-то за воротами обладал тонким чувством драмы, потому что именно в этот момент над зубцами вспучился ярко-оранжевый шар, подсветивший огненными ореолами фигурки, мечущиеся и во дворе, и на стене. Даже через ливень дохнуло жаром, а невидимый гигант взвыл совсем уж дико, ну а капитан, насупившись, отпустил кадета.

– Эрна, – процедил маркграф сквозь стиснутые зубы. – Точно без неё там не обошлось.

– Вы хотите, чтобы нас прямо тут сцапали или всё-таки пойдём? – заорала Леора, пока генерал не сообразил, что против магички ему магическое прикрытие не требуется.

Но, кажется, Редиш всё же что-то такое понял, ухмыльнулся, но кивнул.

Четверо кирасир взяли маркграфа с телохранителем «в коробочку» – двое спереди, двое сзади, остальные укрылись под лестницей, ведущей на стену.

Пошли – нагло, не прячась и не таясь. Впрочем, в этом был свой резон. В хаосе, творящемся внутри замка, на крадущихся больше внимания обратили бы. Да те немногие, что метались наверху, оказались слишком заняты и по сторонам не очень-то смотрели.

А вот снаружи, в провале между старой и новой стеной разразилась настоящая преисподняя, чуть подсвеченная горящими палатками и телегами. Конечно, если бы речь шла о чистом поле или штурме, у крестьян не имелось ни единого шанса против профессиональных вояк. Но здесь, в узкой щели, где и десятку человек цепью не развернуться…

Больше всего это напоминало две сталкивающиеся волны, вскипающие пеной из мешанины тел, древков и всплесков, а уж что там плескалось, присматриваться никакого желания не было. Эти волны, то чуть опадая, то нарастая вновь, двигались и жили, но оставались на месте, лишь на несколько шагов подаваясь вперёд-назад. И не нужны способности эмпата, чтобы почувствовать озверевшую, потерявшую всякую осмысленность, доведённую до отчаянья ярость одних и растерянность других.

Княжеские наёмники очень хотели выжить, выбраться из этой мясорубки, но не знали как. Прущие крестьяне жаждали крови – и не важно как.

Леора попятилась, наткнулась на Редиша, который тут же обнял её за плечи, разворачивая к себе.

– Не смотри! – приказал.

Недил, сглотнув пересохшим горлом, мотнула головой, выдохнула, хотела сказать…

Она забыла, что хотела сказать, потому что у Отца – или всё-таки у Левого? – имелась отвратительно низкопробная тяга к театральным эффектам.

За спиной маркграфа и двоих кирасир стояли Эрих с её собственным братом. Там ещё кто-то был, но Недил даже всматриваться не стала. Главное, что один из этих «кого-то» держал большой фонарь, висящий на поднятом шесте. И надежда на то, что их не заметят, умерла, так и не родившись.

Редиш, видимо, что-то такое прочитавший на лице Леоры, медленно обернулся, задвинув кадета себе за спину. И тут же, уловив движение его бровей, не иначе, кирасиры оттолкнули её ещё дальше, к самому зубцу стены, так, что между ней и королем теперь было аж пять спин мужчин, каждый из которых явно не намеривался Недил куда-то там пропускать.

– Сейчас у меня даже шпаги нет, – протянул, едва не пропел Редиш. Странно, говорил он негромко, но его и за грохотом было прекрасно слышно. – Нечего вам вручить.

– Придётся обойтись без церемоний, – согласился Эрих.

И тут со зрением Леоры приключилось странное. Ей вдруг примерещилось, будто рядом с его величеством, которого она почти и не видела за чужими спинами, стоит старуха-нищенка в чистенькой нарядной косынке. Недил даже разглядела, как вода бежит ручейками с промокшего рваного подола и капли собираются бусинами между стежками вышивки на платке.

Но не успела кадет моргнуть, как там, внизу, в кипени тел и бешенства, что-то грохнуло, будто лопнул титанический стеклянный пузырь. Внешняя стена, совсем пустая, озарилась потусторонним, голубоватом заревом, очертившем круг у копыт танцующей, ставшей на задние ноги, словно геральдический единорог, лошади. Копья света выхватили из темноты наездника, прижавшегося к шее животного. И Леора его узнала.

Не она одна.

Гул резни вдруг опал почти до шёпота, но тут же взвился вверх оглушающим крещендо:

– Принц! Карлес! Импери-ия! Бе-е-ей!

– Ну, Эрна, – пробормотал маркграф, и почему-то Недил опять его прекрасно расслышала, – затейница. Видишь, – добавил он гораздо громче, обращаясь к Эриху, – об этом я тебе и говорил. Это и есть правильно подогретая народная любовь. И правильно подготовленная нелюбовь.

Король то ли кивнул, то ли шеей дёрнул. А нищенка рядом с ним, вроде бы пропавшая, растаявшая в ливне, но проявившаяся вновь, неодобрительно головой покачала.

– Ваше величество, – заорала Леора, пытаясь отпихнуть с дороги кирасира – безуспешно, понятно. – Ваше величество. Я поняла. Пророчество, помните? Я поняла!

– Генерал, дайте ей пройти, – помолчав, даже не приказал, а попросил король. – Клянусь, ей ничто не угрожает.

– Надеюсь, – проворчал Редиш, давая знак телохранителем расступиться.

Он не обернулся, но Недил прекрасно чувствовала его бешенство – ледяное и плотное, как кусок смерзшегося снега. Далеко маркграф ей уйти, конечно, не дал, но и хватать не стал, просто чуть приподнял руку, развернув ладонью к ней, обозначая границу, за которую переступать не стоило – кадет и не собиралась, встала рядом с ним.

– Ваше величество, – Леора снова сухо сглотнула, будто наждаком по горлу пройдясь. – Кровь и ненависть, помните? Вот они, – кадет указала на провал за стеной.

– Мы их раздолбаем! – рявкнул братец Недил.

– Но ненависть останется! Она только больше станет!

– Какое это имеет значение? – верхняя губа Редила морщилась, дёргая толстый муслиновый пластырь на щеке и шее, он почти скалился, будто его нервный тик колотил. – Править надо железной дланью!

– Была бы длань, – подал голос Эрих. Смотрел он только на Леору, и дружелюбным этот взгляд она никак бы не назвала: тяжёлый, исподлобья. – Да ещё железная. Значит, если я развернусь и уйду, – король хмыкнул, покрутив рукой, – в закат, то меня осияет милость Отца? Так по вашему выходит, леди Леореса?

Кадет кивнула.

– Ответьте мне лишь на один ма-аленький вопрос, – Король показал пальцами, насколько вопрос на самом деле незначительный. – Вы же тогда, вот на этом самом месте не со мной разговаривали и не мне признавались, не так ли?

Недил оглянулась, лишь сейчас сообразив, что да, на этом самом месте они и разговаривали, тут она и признавалась, быстро искоса глянула на Редиша, лицо которого по обыкновению не выражало ничего, кроме вежливой скуки, потом на белеющую поперек лба его величества повязку. И снова кивнула, будто её сам Левый за волосы дёргал.