Не хочу по расчету
Шрифт:
– Замерзла?
– поинтересовался Илья, краем глаза наблюдая за девушкой. Та вела себя тихо и умиротворенно. По крайней мере, так ему казалось.
– Что?
– не поняла Дарья вопроса, боясь выдать своего волнения.
– Замерзла?
– повторил Илья, кивком головы указывая на сцепленные руки девушки.
– Нет, - покачав головой, Даша вновь уставилась в окно, тем более вид за ним начал ее захватывать и отвлекать от глупых мыслей.
Проносящиеся вокруг дома были похожи на муравейник. Девушка часто, еще с раннего детства, представляла окружающий мир не так, как все остальные дети. И с взрослением - эта привычка не прошла.
И сейчас все дома ассоциировались у неё с большим муравейником, где живут трудяги муравьи, которые каждый день, от заката до рассвета, работают, не покладая рук, чтобы 'запастись едой' на будущее. Никита всегда удивлялся тем, как сестра видит окружающий мир, но признавал, то в чем-то она права. С помощью таких ассоциаций, Дарья познавала мир, со всеми его недостатками.
– Приехали, - вывел её из задумчивости голос Ильи.
Ребята вышли из машины и направились в сторону подъезда. Там уже их заметили любопытные соседи, которые с интересом следили за приближающейся парочкой. Поздоровавшись, ребята быстренько забежали в подъезд.
– Как рентгеном прошлись, - пожаловалась Даша, имея в виду трех милых на вид бабушек, и ехидно продолжила.
– Поздравляю. Теперь к окончанию твоя жизнь обрастет новыми слухами.
– Меня это не сильно волнует, - махнул рукой мужчина, другой, притягивая девушку к себе и чмокая в носик.
– Увидят же.
– Пусть видят. И завидуют.
Как всегда это бывало, Даша для Ильи была как глоток воздуха. С ней он чувствовал себя самим собой. Ему нравилось, как девушка морщит носик, как блестят её глаза, когда она чем-то увлечена, а сердце сладко замирало, стоило только Дарье улыбнуться. Еще никогда мужчина не чувствовал себя таким спокойным и счастливым.
– Ты один живешь?
– поинтересовалась Дарья, чтобы только не молчать. Мысли у неё в голове скакали как сумасшедшие.
– Да. Два года назад поставил родителей в известность, что хочу закончить аспирантуру и остаться здесь работать. Они согласились, и я переехал в свою холостяцкую берлогу. Вот мы и пришли. Прошу.
Дарья с любопытством оглядывала все, до чего только хватало глаз. Сама квартира была небольшой: две комнаты, коридор, кухня и совмещенная ванна с сануэзлом.
– А у тебя тут мило. И так уютно, - похвалила Дарья, оборачиваясь и прямиком утыкаясь в грудь парня.
Сердце бешено заколотилось от близости Ильи. Подняв взгляд, Дарья утонула в глазах мужчины.
Мужчина тоже был во власти эмоций. Больше не сдерживаясь, он прижал Дарью к себе вплотную и поцеловал, проникая язычком в рот девушки. Этот поцелуй опьянил их обоих, по телу прошла горячая волна желания.
Однако, Илья помнил о своем обещании, и поэтому еще раз пройдясь руками по телу Даши, лаская ту, он отстранился.
– Пойдем на кухню, - чуть хрипловато выдохнул мужчина, и нехотя полностью отстранился от девушки.
Дашка молча последовала за ним, видимо, отходя от такого напора.
– Что будешь?
– М-м-м, что-нибудь, - неуверенно протянула Даша.
– Мне собственно все равно.
– Значит, будем...
– Илья открыл холодильник, в котором не было практически ничего, и поджал губы от недовольства, что не продумал момент с продуктами.
Закрыв дверцу, Илья решал, что лучше: заказать еду или же все-таки съездить в магазин.
– Как ты смотришь на пиццу?
– в итоге определился он.
– Положительно!
– улыбнулась Даша. Ей было так смешно сейчас, что она даже забыла про смущение. Она ведь заглянула через плечо мужчины, поэтому видела, что в холодильнике пусто и сейчас понимала, почему сам Илья и смущен, и раздражен одновременно. И это было настолько непривычно-забавное зрелище, что она не выдержала и все-таки засмеялась, пусть и маскируя все кашлем.
Илья прищурился, а потом и сам хмыкнул, разводя руками.
– Я мужчина. Живу один. Чего от меня ждать?
– Эх, ты! Мужчина!
– покровительственно усмехнулась Даша и скомандовала.
– Шагом марш обратно в машину! Пиццу-то мы закажем, но перед этим все-таки съездим в магазин! Не могу же я допустить, чтобы ты голодал...
Илья вздохнул, но послушался, ворча:
– Пригласил, называется, девушку к себе...
– Илюш, - догнав, Дашка обвила талию мужчины и уткнулась лицом в лопатки.
– Ну чего ты? Я же не против. И не обижаюсь. Так что прекрати.
Тот вздохнул, развернулся, сам обнимая девушку, и криво усмехнулся.
– Все, ладно. Поехали. Или ты здесь останешься, осмотришься, а я пока быстро схожу в магазин? Заодно и не надо будет вновь терпеть осмотр рентгеновских глаз.
Чуть подумав, девушка согласилась остаться. Илья вручил ей телефон, чтобы она заказала им еду, и включил компьютер, чтобы выбрала фильм для просмотра. После чего все-таки вышел из квартиры.
Дашка, позвонив, и начав загружать сразу несколько фильмов на выбор, принялась еще раз осматривать комнату. Это была комната для гостей. Неброские тона стен и мебели радовали глаз, а количество вещей не перегружало. Здесь был телевизор на стене, диван с двумя креслами и столик с компом.
Ничего примечательного она тут не нашла.
Захотелось проверить спальню. Что она и сделала. Здесь не было телевизора, вместо дивана и кресел - была огромная кровать. Тут же был шкаф и небольшой столик с ноутом. На первый взгляд не было ничего такого: ни разбросанных вещей, ни 'компромата' в виде фотографий. Но в то же время тут сразу Даша почувствовала то, что отличало эту комнату. Запах Ильи. Этакое смешение его парфюма и только ему присущего аромата. Он был практически неуловим, но... Но Дашка наверное еще минуты три здесь просто стояла, не желая выходить. И только когда вспомнила, что скоро придет сам хозяин, вышла и вернулась в зал.
Вскоре раздался звонок. Привезли пиццу. Дашка забрала ее. И не успела отойти от двери, как вернулся Илья.
Разгрузив пакеты, они направились в комнату, где завалившись на диван, кормили друг друга еще теплой пиццей, и весело смеялись над комедией.
Правда, до конца фильм они так и не досмотрели. После большей части фильма, когда все было съедено, и итог самой комедии ясен, они все больше и больше отвлекались, целуясь.
Очнулась от дурмана Даша только когда громко пискнул мобильный. Она к этому времени практически сидела на Илье, а тот крепко прижимал ее к себе.