"Не"нужная
Шрифт:
Стоп, Лера! Стоп!
Ты ещё не развелась, а уже думаешь о другом мужчине…
Но ведь меня предали. Разве не имею я права отомстить?
Нет. Заниматься сексом из мести, когда из головы не идёт картинка бывшего, двигающегося на блондинистой потаскухе — не правильно и мерзко.
Ванная комната у Димы мне понравилась. Тут стояла отдельно и широкая ванна, и просторная душевая кабинка, которой я и воспользовалась. Оказавшись под упругими струями воды, я вспомнила, что не захватила из комнаты шампунь и гель. На полке я обнаружила мужские средства. Открыв крышку одного из флаконов, вдохнула терпкий бодрящий аромат и чуть не застонала в голос от наслаждения. Вряд ли хозяин дома будет против, если я немного воспользуюсь его шампунем, ведь так? Тем более что он так вкусно пахнет, что невозможно удержаться.
Невольно вспомнила, что гелем Максима у меня не возникало желания вымыться. Возможно, из-за сильного токсикоза, что меня тогда мучил, я остро реагировала на любые резкие запахи.
Комплект нижнего белья выбрала самый скромный телесного цвета, настолько невесомый и сливающийся с кожей, что смотрясь издалека в зеркало, мне показалось, что я вовсе обнажена. Сверху надела мягкие домашние штаны лилового цвета и светлую футболку оверсайз.
Спускаясь вниз, заметила Диму игравшего в гостиной с племянницей и засмотрелась. Сердце предательски остро кольнуло. У меня тоже могла родиться такая же крошка. Глаза защипало, но слёз больше не было.
«Хватит Лера. Нужно жить дальше! Утраченного не вернёшь!» — устало вторил внутренний голос.
Очередная ступенька предательски скрипнула под ногой, чем привлекла внимание мужчины. Даже в простой одежде я поймала на себе восхищённый взгляд Димы. И это было приятно, чёрт возьми!
— Лера, идём к нам, — позвал он. — Втроём веселее будет. Нам как раз нужен кто-то на роль дракона. Снежинка у нас принцесса…
— А Дима — плинц! — гордо заявила малышка, поправляя пышное платье на своей кукле.
— Это дракон? — удивилась я, рассматривая плюшевого динозавра, которого мне вручили.
— Сделай вид, что да, — шепнул мужчина, у которого в руках был Кен, и принюхался.
— М-м-м!
Наклонившись ближе к моей шее, Дима сделал ещё один глубокий вдох, гоняя меня в краску.
— Мне нравится, что ты пахнешь мной! — случайно (или нет?) задевая губами мочку уха, прошептал он.
49. Позволь мне помочь
Дима отстранился, напоследок обжигая меня потемневшим взглядом. Предательские мурашки побежали по спине, дыхание сбилось, и я с трудом расслышала, что меня зовут.
Я присела на пол, а Дима подвинул ближе стул с высокой спинкой, который стал импровизированной башней и присел рядом, плечом к плечу. Снежинка изображала «принцессу в беде» и у неё здорово получалось.
— И тогда грозный дракон зарычал… Дракон, рычи, — шепнул на ухо Дима, руководивший закадровым голосом.
— Р-р-р! — изобразила я страшного зверя.
— Нет, не так! — возразила девочка. — Нужно так: Гл-л-л!
— Гр-р-р! Так? — попыталась повторить.
— Ага, — улыбнулась она довольно. — А теперь плинц!
— Мне тоже рычать? — рассмеялся Дима.
— Нет, — замотала головой, от чего светлые кудряшки забавно запружинили. — Пр-ринц должен поцеловать пр-ринцессу!
— Алиса, — я впервые узнала, как зовут Димину племянницу. — Скажи ещё раз, — затаив дыхание попросил он.
— Пр-р-ринц должен поцеловать пр-р-ринцессу!
— Снежинка, у тебя получилась буква р! — обрадовался он как ребёнок. — Надо маме твоей записать и отправить, иначе Юля меня не простит. Сможешь повторить?
Подумав, девочка кивнула.
Дима поискал телефон, а после попросил племянницу повторить некоторые слова, которые с трудом, но всё-таки получались у малышки. Я испытывала смешанные чувства, глядя на эту картину. Мне показалось, Дима однажды станет отличным отцом.
Кольнуло горечью потери, но как-то уже проще что ли и за это я испытала чувство стыда перед своим нерождённым малышом. Чем больше я проводила время с Мирзоевым и снежинкой, тем меньше я вспоминала о своём горе.
А что самое постыдное, мне безумно хотелось поцеловать этого невероятного мужчину, который сделал для меня столько, сколько никто за всю мою жизнь.
Может, пора отпустить ситуацию и жить дальше? Я ещё молодая, у меня ещё обязательно будут дети. И в этот раз они не будут случайно зачатыми на корпоративе.
На улице была хорошая погода, и до вечера мы прогуливались в саду. Наконец я смогла рассмотреть, как выглядит снаружи дом, в котором согласилась жить. Участок мне показался огромным и по-мужски пустым. Почему-то сразу представилось, где хорошо бы смотрелись цветочные клумбы, а где можно было бы посадить, например, плодовые кусты. Я всегда мечтала о собственном доме, чтобы можно было заниматься садом.
Когда я сказала об этом Диме, он поделился планами разбить во дворе детскую площадку к уже установленным качелям, которые сделал специально для снежинки, чем окончательно покорил моё сердце. В особняке Савельевых всем занималась мать Макса. Один раз я заикнулась о том, что можно было бы высадить грядку петуний и установить песочницу на заднем дворе, и выслушала о себе много мерзкого. Бывшая свекровь скорее удавилась бы, чем позволила тронуть хоть травинку на её идеальном газоне, что уж говорить о детской площадке.
Когда стало темнеть, мы вернулись в дом и поужинали, а вскоре вернулась Юля. К тому времени мы сдружились с Алисой, и мне было жаль отпускать её домой. Остаться на ночь Снежная отказалась, сказав, что они и так задержались дольше, чем она планировала. Оказывается, у Димы вчера был день рождения, о котором я не знала. А ведь могла догадаться по остаткам торта, который мы доедали на ужин.
Мне опять стало неловко. Он столько подарком мне сделал, а что подарила я? Только проблемы, свалившись как снег на голову.
Дима поехал отвозить Юлю и племянницу домой, а я, пользуясь случаем, прошлась и осмотрела дом внутри. Делать это при хозяине было неловко.
Помимо уже знакомой мне кухни и зала на первом этаже расположился кабинет и гостевая комната. В подвале я обнаружила тренажёры, на которых, по всей видимости, мужчина часто занимался. По крайней мере большая боксёрская груша выглядела основательно потрёпанной. Не удержалась, и тоже ударила её пару раз, представляя на её месте бывшего мужа. Рука сразу же отозвалась болью, а едва затянувшаяся рана закровила. Пришлось отложить занятие до лучших времён.