Чтение онлайн

— Привет, Джекс. — Я прикусила нижнюю губу. — Санчес здесь?

Джекс выглядел виноватым.

— Он в своей комнате, спит. Устроить вечеринку было моей идеей. Мне хотелось, чтобы ребята расслабились после вчерашнего. Я ему обещал, что никто ничего не сломает.

— Ах… — Я указала на его стакан. — Ну, это объясняет воду.

— Ты же знаешь, мы редко пьем в течение сезона, — пожал плечами он. — И для записи, Эмерсон, он, действительно, хороший парень. У меня есть младшая сестра. Поэтому, как человек с инстинктом защитника, я вряд ли позволил бы тебе пройти эти несколько метров до его спальни, если бы считал иначе.

Я сглотнула, избавляясь от сухости в горле.

— Спасибо, Джекс.

— Обращайся, — подмигнул он.

Я шла по коридору, и у меня потели ладони. Когда подошла к двери в спальню Санчеса, то меня мутило от нервов. Как я могла подумать, что он еще не занял место в моем сердце?

— Ну же, Грант, — из его комнаты раздался женский голос. — Никто не узнает. Мы можем просто поцеловаться.

— Уходи. — Его голос не походил на себя. — Серьезно.

— Ой, да ладно, ты слишком пьян, чтобы сказать «нет».

Лили…

Я постучала, а затем открыла дверь. Санчес лежал в постели без футболки, и девушка-черлидер, которая раньше отказывала ему, сейчас была без рубашки и душила его своими сиськами.

— Я что-то прерываю? — Мой голос дрогнул, я была готова разорвать ее пополам, а затем дать ему в морду.

Санчес поднял глаза, но не смог сосредоточить свой взгляд. Он взглянул на Лили, затем на меня, потом скатился и упал с кровати. По крайней мере, на нем были штаны.

— Э-т-то не то, что т-ты д-ду-маешь.

— Или то? — Лили рассмеялась и обняла его за талию. — Ну же, Грант, ты можешь все ей о нас рассказать.

Мою талию. Талия, которую она обнимала, принадлежала мне.

Накатывали слезы.

— Ой, толстуха сейчас расплачется, — засмеялась Лили. — Зачем ему вообще тебя хотеть, когда он может иметь вот это?

Я фыркнула.

— Лили, по крайней мере, мне не нужно напаивать его, чтобы уложить в свою постель.

Она свирепо посмотрела, щеки горели ярко-красным цветом.

— Отвали от меня! — Санчес, спотыкаясь, отошел еще дальше от нее. — Эм, я клянусь… — Он ущипнул себя за переносицу и покачал головой.

— Клянись всем, чем хочешь, сладенький. — Лили встала на ноги, все еще топлес. — Ты попросил, а я дала.

Я кивнула, когда Санчес опустил голову, словно был виноват, словно ему было стыдно.

— Знаешь что? Делай что хочешь. — Я попятилась назад, наткнулась на дверь, а затем побежала.

Санчес выкрикнул мое имя.

Я выбежала из его квартиры и наткнулась на Миллера, стоявшего посреди коридора.

Дверь в его квартиру была открыта, поэтому быстро приняла решение, зашла к нему, хлопнув за собой дверь.

Я слышала крик в коридоре.

— Тпру! — крикнул Миллер. — Какого черта, Санчес? Ты пьян?

— Ничего не было! — Похоже, они боролись. — Клянусь!

— Проспись, мужик, — голос Миллера был суровым. — Я тоже как раз собирался к себе. Выставь, нахер, всех потаскух из своей квартиры и проспись. Я поговорю с Эм.

— Я ее люблю.

Я ахнула, закрыв лицо руками, когда упали слезы. Сейчас? Он решил именно сейчас сказать, что любит меня?

— Я знаю, мужик. Знаю, — голос Миллера был ближе.

А затем Джекс сказал что-то, и раздался звук приближавшихся шагов.

Я начала всхлипывать и услышала, как дверь квартиры Миллера открылась.

Миллер поймал меня, прежде чем я упала на пол. Поднял меня, словно я ничего не весила, и посадил на диван. Он качал меня, пока не высохли все мои слезы. Пока не поняла, что больше не смогу плакать.

— Что случилось? — наконец, спросил Миллер.

Я вздрогнула в его руках, я бы убила, чтобы быть в них последние шесть лет… но, внезапно, эти руки стали казаться мне такими чужими. Ошибкой.

Я больше не хотела эти руки.

Уже нет.

— В комнате Санчеса была Лили. Понимаю, что он пьян. Он сказал «нет», я это слышала, но она была топлес, а потом… — Я съежилась, когда новые слезы покатились по моим щекам. — Она сказала… она сказала… — У меня что-то резко перевернулось внутри, когда тяжелый груз лег на грудь. — Она сказала: «Толстуха сейчас расплачется. Зачем ему вообще тебя хотеть, когда он может быть со мной?»

Я всхлипывала еще сильнее, злясь на себя за то, что позволила пробиться сквозь свои стены какой-то голой черлидерше, которую знала всего несколько месяцев, и которая была известна тем, что пыталась переспать со всеми игроками!

— Ой, малышка. — Миллер обнял меня, а затем мягко оттолкнул. — Ты, действительно, думаешь, что такой парень, как Санчес, захочет какую-то худосочную суку с маленькими сиськами, которая даже не умеет печь печенье?

— Да! — рыдала я. — Нет! — Мне было больно, и я не совсем четко мыслила и позволяла атаковать прежней неуверенности. — Потому что это бессмысленно. Точно так же, как мы не имели никакого смысла. Это — не имеет никакого смысла! И в то же время, понимаю, что мне стоит пойти и надрать ей задницу!

— Да, но, вероятно, несправедливо идти надирать ее задницу, если она пьяна, а ты трезвая, плюс именно я научил тебя драться, — поддразнил Миллер, вытирая мои щеки большими пальцами. — Слушай, она просто ревнует, потому что ты — единственная девушка, на которую Санчес когда-либо обращал внимание, и все это знают. А еще… — Он неуверенно поерзал. — Наверное, не секрет… наше прошлое… Джекс знает, Кинси знает, Томас узнал уже после первой вечеринки. Такие новости быстро распространяются. На твоей спине гигантская красная мишень, и это из-за нас. Не из-за тебя.

Я шмыгнула носом.

— Но…

— Не-а, — Миллер встал. — Я не слушаю. Ты прекрасна. Ты всегда была прекрасна. И внутри, и снаружи. — Он облизал губы. — И я рад, что я не единственный парень, достаточно умный, чтобы понять, что твое внутреннее и внешнее настолько прекрасно. Даже если он ведет себя как идиот, по крайней мере, половину времени.

— Семьдесят пять процентов времени, — рассмеялась я сквозь слезы. — По крайней мере, столько.

— Ну, мы же говорим о Гранте Санчесе.