Чтение онлайн

Она чувствовала, как напряжение медленно, но верно покидает ее тело. О, Боже, его пальцы и впрямь обладали нечеловеческим умением!

– Давно ты живешь в Лос-Анджелесе? – спросила Венера, ощущая, как начинает гореть ее кожа.

– С тех пор, как мне исполнилось шестнадцать, – ответил Родригес. – Я приехал сюда с замужней женщиной, бежавшей от своего мужа. Она обещала купить мне собственный салон.

– И что же произошло?

– За ней приехал муж. Он был миллиардер. – Родригес передернул плечами. – Она любила меня, но была вынуждена поехать с ним. Я был слишком молод, чтобы бороться с такой шишкой.

– Чем же ты стал заниматься после этого?

– Нашел другую женщину. Они всегда были моей слабостью.

– Нет, Родригес, – поправила его Венера, – это ты был их слабостью.

Его руки медленно опускались по ее спине, пока не добрались до трусиков. Родригес аккуратно стащил их и, отбросив в сторону, принялся мять своими умелыми пальцами ее обнаженные ягодицы.

– О-о-о… – восхищенно выдохнула Венера, чувствуя побежавший по коже жар. – Как хорошо-о-о…

– Я учился у лучших учителей. Мой отец в Аргентине был массажистом номер один. Женщины Буэнос-Айреса были готовы ради него на все.

– Знаешь, о чем я подумала? – пробормотала Венера Мария, закрыв от удовольствия глаза. В этот момент пальцы Родригеса массировали ее копчик. – Как ты смотришь на то, чтобы сняться в моем новом видеоклипе?

– А что я должен там делать?

– Играть самого себя. Это – клип песни, которую написала я сама. Она называется «Грех». Я хочу, чтобы этот клип получился очень чувственным и немного сюрреалистическим.

– Я был бы польщен.

– В таком случае мой агент по подбору актеров созвонится с тобой.

Его руки уже ласкали внутреннюю сторону ее бедер, раздвигая ноги, проникая внутрь, исследуя самые потаенные уголки ее тела.

Она не пожелала остановить его. Ей было необходимо расслабиться.

Что же с того, что она ему платила! Это заводило Венеру еще больше.

Самое замечательное состояло в том, что при всем этом она полностью держала себя в руках.

Чтобы добраться до студии Люка Кесуэя, Бриджит взяла такси. Голос Ноны звучал по телефону очень возбужденно, хотя она и не сказала ничего, кроме как «бери-ноги-в-руки-и-быстро-мотай-сюда».

Девушка знала, что выглядит не лучшим образом в помятых джинсах, бесформенной клетчатой рубашке и с распущенными по спине волосами. К счастью, она только что купила модные солнцезащитные очки от Гесса и теперь надела их, хотя на улице и без того было темно.

Ей не хотелось, чтобы при виде ее Люк почувствовал разочарование, ведь когда они встречались в последний раз, она была «упакована» по высшему классу.

В ожидании подруги Нона расхаживала по тротуару.

– Что стряслось? – спросила ее Бриджит, расплачиваясь с таксистом.

– Не знаю, но когда он мне звонил, то говорил так, будто окончательно спятил. Сказал, что должен увидеться с нами немедленно.

– Думаешь, он подыскал для меня какую-нибудь работу?

– Я, черт побери, надеюсь на это изо всех сил, – ответила Нона. – Но даже если это и не так, нам все равно нужно взглянуть на фотографии. Завтра мы должны показать их Авроре. Теперь, когда ты вернулась, я созвонюсь и с Мишелем. С ним нам тоже необходимо встретиться.

– Меня такой план вполне устраивает.

– Не беспокойся, девочка, – ободряюще сказала Нона. – Мы сделаем все, как надо!

Когда подруги поднялись в студию, там вовсю кипела работа. Помощница Люка, тощая девица в комбинезоне цвета хаки и стоптанных военных бутсах, провела их к бару и велела подождать.

Люк был занят, снимая Сибил Уайлд – манекенщицу с пышными формами и светлыми волосами. На Сибил было лишь прозрачное белье, но ее, казалось, вовсе не смущало, что в студии было полно народу. Наоборот, она одаривала всех белозубой улыбкой, словно снималась для рекламы зубной пасты.

– Что это за народ? – шепотом осведомилась Бриджит у подруги.

– Рекламщики, парикмахеры, гримеры, стилисты, – ответила Нона. – Когда мою мать фотографировали для «Вэнити фэйр», народу было еще больше.

Из динамиков гремел рок. Стодики вдоль стен были уставлены фруктами и всяческой легкой снедью. Хотя Сибил то и дело смеялась, атмосфера в студии была накалена.

Каждый раз, как только Люк объявлял перерыв, к Сибил тут же слеталась туча народу. Один поправлял ей волосы, другой – грим, третий – тонюсенькие бретельки красного бюстгальтера и прозрачные трусики, едва прикрывавшие пышные округлости фотомодели.

Бриджит попыталась представить себя на месте Сибил. Было бы это забавным? Доставило бы это ей удовольствие?

Когда Сибил наконец ушла переодеваться, Люк приблизился к бару.

– Здравствуйте, леди, – бросил он, пробежав ладонью по ежику волос.

– Что за пожар? – спросила Нона. – Ты велел мне привезти Бриджит сию же секунду.

– Дайте мне закончить съемку, – ответил фотограф, – а потом, девочки, я угощу вас ужином.

– Но я договорилась встретиться с Заном, – возразила Нона. – А Бриджит измучена до предела. Она только что с самолета.

– Пусть твой жених тоже отправится с нами. Я, кстати, хотел, чтобы он там был.

– Но мы хоть можем съездить домой и переодеться? – проворчала Нона.

– Да-да, конечно. Я не думал, что съемка затянется так надолго. Вот что, девчонки, встретимся в «Марио»в восемь часов. Тогда обо всем и поговорим.

– О чем конкретно ты собираешься говорить? – нахмурилась Нона.

– А разве я вам не сказал? – равнодушно вздернул брови Люк, словно речь шла о сущей безделице. – «Джинсы Рок-н-ролл» хотят, чтобы их товар рекламировали Бриджит и Зандино. Ты была права, Нона, им суждено стать суперзвездами!

Перед тем, как заснуть. Лаки прикончила большую часть графина с «Маргаритой», а проснувшись, на миг испытала чувство растерянности. Где она?

Затем женщина вспомнила: она находится в машине Алекса Вудса, и они вместе направляются в Палм-Спрингс к Джино.

Лаки искоса взглянула на Алекса. У него был вид мужчины, который всегда идет своим путем: красивый профиль, твердая линия скул. Властное лицо. Он наверняка умеет быть с женщинами настоящим сукиным сыном.