Чтение онлайн

Я так опешила, что замерла с занесенным кулаком, приоткрыв рот. Что? Он спятил? Предлагает мне переспать с ним? С собственным начальником и, между прочим, братом бывшего?

— Ч-чего? — заикаясь, переспрашиваю я. — Макс, ты с ума сошел?

— Вовсе нет, — серьезно качает он головой. — Ты сама сказала, что тебе все равно с кем. Вот я и предлагаю. Переспи со мной, Ника.

От его слов меня бросает то в жар, то в холод. Не может этого быть! Я брежу или у меня алкогольные галлюцинации? Нет, точно допилась до чертиков! Сам Максим Волков, мечта всех девиц нашей компании, предлагает мне секс? Да он издевается!

— Ты… Ты несерьезно, — нервно хихикаю я. — Ты же… ну… мой начальник. И вообще, что ты несешь такое? Зачем тебе со мной спать?

Макс вздыхает и поворачивается всем телом, в упор глядя на меня. В свете уличных фонарей его черты кажутся резкими, заостренными. Но глаза… В них сейчас столько всего, что у меня захватывает дух. Жар, сомнение, нежность, что-то темное, голодное… Неужели желание?

— Затем, Ника, — тихо и веско роняет он, протянув руку и заправив мне за ухо выбившуюся прядь. — Что ты мне нравишься. Очень нравишься. И давно уже. Я хочу тебя.

От его прикосновения вдоль позвоночника прокатывается теплая волна. В голове начинает шуметь, а сердце колотится где-то в горле. Не может быть… Этого просто не может быть! Макс — и я? Да он никогда раньше не обращал на меня внимания! Или… Или обращал, а я не замечала, ослепленная чувствами к его брату?

Воспоминание об Алексе отрезвляет. Мотнув головой, я отшатываюсь от ласкающей руки Макса. Нет. Нет-нет-нет! Я не могу! Не должна! Это уже слишком! Переспать с братом бывшего, чтобы отомстить? Фу, как это мерзко! Да и вообще, я же ведь… Я же… Люблю Лешку до сих пор. Несмотря ни на что.

8

— Н-нет, Макс, — сипло выдавливаю я, борясь с подступившей тошнотой. — Я не могу. Прости. Это… Это будет неправильно. Ты… Ты мне тоже нравишься, но… Не в этом смысле. И потом — ты брат Алекса…

— И что с того? — резко дернув щекой, осведомляется Макс. — Алекс тебя бросил, Ника. Ты ему больше ничего не должна. А я… Я буду с тобой очень нежен. Помогу забыться. Перестать о нем думать.

Его ладонь накрывает мою дрожащую руку. Сжимает бережно, мягко поглаживая большим пальцем. Я таю от этой незатейливой ласки, чувствуя, как предательски слабеют колени.

— Нет, Макс, нет, — лепечу я, пытаясь отстраниться. — Это неправильно. Так нельзя. Я… Я не могу.

Но Макс не дает мне договорить. Он порывисто подается вперед, обхватывая мое лицо ладонями. И в следующий миг его губы накрывают мои в жарком, страстном поцелуе. Я охаю, вцепляясь пальцами в его плечи. Голова идет кругом, реальность плывет и дрожит.

Это безумие. Это полное, абсолютное безумие. Макс целует меня с напором и жадностью, словно желая впитать, поглотить без остатка. Его язык скользит по моим губам, проникая в рот. Сплетается с моим, дразнит, ласкает, захватывает в эротичном танце.

Тело мгновенно вспыхивает, отзываясь на ласку. Внизу живота разливается тягучий, сладкий жар, посылая по всему телу волны мурашек. Я со стоном выгибаюсь навстречу Максу, прижимаясь всем телом. Обвиваю руками его шею, зарываюсь пальцами в волосы на затылке.

Это настолько острое, яркое, фантастическое ощущение, что у меня едва не темнеет в глазах. Никогда и ни с кем я не испытывала ничего подобного. Казалось бы, всего лишь поцелуй, а меня уже размазывает по сиденью от неистового, всепоглощающего желания.

Алекс целовал меня иначе. Нежно и трепетно, словно я хрустальная. Прикосновения Макса жестче, напористей, горячее. Будто он не может насытиться, будто ему мало. Хочется большего, ближе, полнее, до одури и полного исступления.

Сознание плывет, растворяясь в чувственном мареве. Макс с низким рыком отрывается от моих припухших губ и начинает покрывать поцелуями скулы, подбородок, шею. Прихватывает зубами, посасывает, оставляя алеющие метки. Его ладони шарят по моему телу, лаская грудь, талию, бедра.

Я извиваюсь под этими прикосновениями, мечтая о большем. Внутри словно разгорается пожар, опаляя нутро невыносимым жаром. Кровь стучит в висках, пульс зашкаливает. Хочется еще, сильнее, больше, глубже…

— М-макс, — исступленно шепчу я, цепляясь пальцами за его пиджак. — Макс, пожалуйста…

Он с хриплым стоном впивается в мои губы очередным обжигающим поцелуем. Потом отстраняется, заглядывая в затуманенные глаза. В его взгляде плещется неприкрытая, почти пугающая страсть.

— Поехали ко мне, Ника, — сипло предлагает он, поглаживая пальцем мою щеку. — Здесь неудобно. А я хочу заняться с тобой любовью по-настоящему. Как ты заслуживаешь.

Кровь стучит в ушах, заглушая доводы разума. Все естество протестует, кричит, что так нельзя, что я пожалею об этом. Но сейчас мной движет слепая, безудержная страсть. И я, упиваясь ею, шепчу пересохшими губами:

— Да, Макс. Да, поехали. Скорее.

Он удовлетворенно рычит и впивается в мой рот еще одним обжигающим поцелуем. А потом отстраняется и заводит мотор. Машина срывается с места, унося нас в ночь. Навстречу безрассудству, дикому влечению и неизбежным последствиям.

Я откидываюсь на спинку сиденья, прикрыв глаза. Трясущимися руками поправляю платье, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. До меня постепенно начинает доходить, что я только что натворила. На что подписалась, поддавшись порыву.

Но отступать уже некуда и незачем. Бешеное возбуждение туманит разум, гонит прочь все мысли. Тело ноет в предвкушении, упиваясь фантомным ощущением прикосновений Макса. Я хочу его. Хочу здесь и сейчас. Плевать на последствия.

Сегодня ночью мы будем принадлежать друг другу. Вопреки логике, морали и здравому смыслу. Сегодня ночью я перечеркну прошлое с Алексом и шагну в неизвестность. Прямиком в объятия его старшего брата.

И будь что будет.

9

Едва переступив порог квартиры Макса, я замираю, пораженная открывшимся зрелищем. Это не просто жилище холостяка. Это настоящее воплощение сдержанной мужской роскоши и безупречного вкуса.

Огромная студия, занимающая весь верхний этаж элитной высотки, встречает полумраком и тишиной. Стены облицованы дорогими деревянными панелями оттенка горького шоколада. На полу — идеально гладкий мраморный монолит цвета кофе с молоком.

Стильная, минималистичная мебель из черного дерева и стекла расставлена с продуманной небрежностью. Низкий кожаный диван, пара дизайнерских кресел, журнальный столик на витых ножках. У дальней стены — массивный письменный стол, заваленный бумагами и ноутбуком.