Неудержимый. Книга XLI
Шрифт:
— А где наши гарантии? — возразил Базилио, вскидывая руку, — Что, если это ловушка?
— Гарантий нет, — Кисса пожала плечами и мило улыбнулась. — Но и сидеть, сложа лапы, мы тоже не можем.
— Погоди… — Вьюга нахмурилась, сжимая руку так, что ногти врезались в ладонь. — Ты, что же это, хочешь ему помочь?
— По крайней мере, — сказала Кисса, — мы будем всегда на шаг впереди. Сначала найдём цесаревича, а дальше будет видно, — она развела лапами.
Она произнесла это без пафоса, ровно и твёрдо, словно перечисляла этапы операции. В складском зале наступила напряжённая пауза, каждый думал по поводу собственной шкуры и как будет выкручиваться, если всё пойдёт не по плану.
— Если с-собака п-попытается н-нас убить, т-то я ему к-кое-что отрежу! — спокойно ответил Шикари и, ловко выхватив серп, рубанул им по палке колбасы, срезав тонкий кусочек, а затем, наколол его на остриё и слямзил со смешливой ухмылкой.
— Тоже верно… — Вьюга усмехнулась его настрою, — Мы ведь можем прикончить его в любой момент… С вашими способностями и дарами, это не проблема.
— Я о том и толкую, — кивнула Кисса. — Пусть только попробует рыпнуться, и разговор будет коротким, как и его корешок.
Её последняя фраза прозвучала как приговор. Предложение Тангарова меняло правила игры, но выбор оставался за ними…
Встречу было решено назначить на противоположной стороне крейсера, там, где прямо сейчас велись работы по реконструкции. Тысячи рабочих, день и ночь извлекали из крейсера бронированные пластины с дарами, заменяя их на обычные.
Место было выбрано не зря. Здесь, среди шума и криков, было легко затеряться, и если начнётся бой, пострадает множество рабочих, начнётся паника, и шансы на спасения ещё больше увеличатся…
— Я не умею говорить пафосные речи, — продолжил Тангаров, — поэтому скажу прямо. Мне нужна ваша помощь, и я готов пойти на мировую.
В зале повисла немая пауза, которую тут же разбавил скрип металла и множество голосов рабочих. Бронированная плита в другом конце помещения грохнулась на пол, придавив кото-то из них.
— Ааа-аа-а! Сука! — послышался приглушённый крик рабочего, но никто из присутствующих даже глазом не моргнул.
— Гарантии? — сдержанно спросила Вьюга.
— Какие могут быть гарантии в такой ответственный момент? — Станислав усмехнулся, — Разве того, что девочки всё ещё дышат, недостаточно?
Кисса оскалилась, и на мгновение её лицо исказилось от ненависти к Станиславу. Она оказалась права, негодяй и правда решил использовать заложниц в переговорах. Но и этот момент они уже обсудили при встрече. Если что-то пойдёт не так, то они просто силой заберут их из плена. Ублюдок не сможет быть одновременно в нескольких местах, а остальные не стоят и выеденного яйца.
— Т-тронешь их и л-лишишься б-бубенцов… — прошипел Шикари, внезапно выскочив из изнанки и, не теряя времени, подцепив серпом Станислава между ног.
— Полегче, Шикари, — Станислав сглотнул, и улыбка с его лица исчезла, — Мой план идеален. Было бы глупо им не воспользоваться.
Он сделал паузу, обводя взглядом девушек, понимая, что именно они принимали здесь все решения.
— Всё, что вам нужно сделать, — продолжил он, стараясь не терять самообладания, — Так это отыскать цесаревича. Вы можете схватить его или же уговорить, присоединиться к нашему плану…
— Ты посмотри… — Вьюга усмехнулась, — Когда это твой план стал «нашим»?
— Бросьте, — он осторожно развёл руки, стараясь смягчить натянутую атмосферу, — Вы и сами видите, что первоначальная схема не сработала. Я ещё тогда, на катере, понял, что это полный бред! Нам надо действовать иначе!
Раздражение начало просачиваться в его речи. Станислав не любил уговаривать, он любил убивать, но прямо сейчас не мог себе этого позволить.
— Мы совместными усилиями прикончим императора, и вы сможете спокойно вернуться к своим делам и друзьям, — добавил он, как будто перечислял очевидные пункты договора, — никто не собирается вас преследовать, в этом нет никакого смысла…
— А чем займёшься ты? — коротко спросила Кисса.
— Разве это имеет значение? — лунарианец довольно усмехнулся, — Но раз ты спрашиваешь, так уж и быть, я отвечу… Я собираюсь остаться здесь… Кто-то же должен присмотреть за Германской Империей.
— Губа у тебя не дура… — присвистнула Вьюга. — Освободишь девочек и будем считать, что это начало нашей сделки.
Тангаров начал покрываться красными пятнами от раздражения, его лицо изменилось, как у человека, которого поймали на обмане.
— Об этом не может быть и речи, — выпалил он, — Они мои, и это не обсуждается. Могу отдать вам Марию — она для меня не критична.
Кисса переглянулась с Вьюгой и едва заметно кивнула. Они и не рассчитывали, что он освободит всех, но даже так, это уже была небольшая победа, но на этом они решили не останавливаться.
— Хорошо, освободишь Марию, — твёрдо сказала Вьюга, — но девочки должны перемещаться по крейсеру свободно! — Вьюга настояла на своём.
Тангаров поджал губы, а в его взгляде появилась ледяная точность.
— Только днём, — Тангаров поджал губы. — В девять вечера они должны быть на моей базе. Это для их же блага…
Ситуация изначально оказалась патовой. Тангаров выстроил охрану и блокпосты так плотно, что любое передвижение по крейсеру превратилось в постоянную проверку личностей, что свело всю работу по поиску императора на нет. А с учётом того, что время постоянно поджимало, можно было дождаться поражения в войне, чего никто из диверсантов не хотел.
В итоге после недолгих, но напряжённых переговоров им всё же удалось выбить у него удостоверения — бумажки с печатями и номерами, которые открывали проходы по коридорам и докам крейсера. Эти корочки снимали часть ограничений, но цена была высока: в обмен две команды должны были отправиться в бункеры, помеченные на карте.
Их задача заключалась в том, чтобы вскрыть их как консервные банки и найти ключевых управленцев. После чего нужно было доставить их на базу, чтобы Алиса смогла устроить допрос с пристрастием.
— В последнее время девочка проявила неподдельный интерес к допросам, — похвалился Станислав, — Уверен, из неё выйдет отличный рейхспротектор!
— Не бывать такому! — возмутилась Кисса, — Она наша подруга и отправится с нами домой.
— Ну, это ей решать… — Станислав не стал спорить, — Что же касается остальных, то вы вольны делать с ними всё, что захотите. — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Например, я всех убиваю…