Чтение онлайн

— Темери Итвена. Мальканка. К императору она не имеет никакого отношения. Но она прямо сейчас умирает от твоего проклятья, только потому, что хотела уберечь от войны свою страну.

— Он не врет, как ты видишь! — заявил Ровве и даже подбоченился.

— Этого не будет.

— Тогда верни ее сюда. Сама убедишься…

Ровве метнулся туда, где тени на миг стали глубже и гуще, и успел как раз вовремя, чтобы подхватить Темери за плечи.

Она выглядела как в день, когда Шедде в последний раз видел ее здоровой: светлое, испачканное в крови и уличной грязи платье, растрепанные черные кудри…

Но сейчас было не до разглядываний.

— Темери, — позвал Шедде почти спокойно, — Темери, видишь эту женщину? Она в беде. Ее надо… надо полечить. Как ты умеешь. А мы с Ровве поможем.

…потому что она тоже проклята. Самым страшным из проклятий.

В день, когда она узнала о предательстве любовника.

В день, когда она узнала о гибели сына.

Она сама себя прокляла. Всей силой души. Всей силой ненависти.

Проклятье императора — лишь тень того, что она сама приготовила себе.

По вине светлого лорда благородного чеора Валле та Граствила, у которого наверняка было еще с полдюжины титулов и званий.

Темери поверила ему сразу и безоглядно.

Это было странно и горько и радостно — она поверила. Она действительно подошла к дымному чудовищу — как подходят к смертельно раненным или больным людям. Она улыбнулась этой своей мягкой улыбкой, за которой всегда — сталь уже принятого решения.

И протянула к ней руки — открытые ладони. Шедде не показалось — вокруг них струился слабый золотистый свет. Раньше он видел лишь отблески его, в святилище Ленны. Сейчас это была какая-то другая, чарующая магия. Но этой магии мало будет сил одной Темершаны…

И Шедде решительно подошел к ней и протянул руку. Что делать дальше он представлял очень слабо.

Но вдруг понял, что они уже не вчетвером — в этом странном месте пустого пространства и мглы появлялись другие — не тени, но посланцы холодного мира: пресветлые сестры, сиан, еще кто-то не опознаваемый в полутьме…

И все они, словно кто-то звал — касались руки Темери, и получали от нее как будто кусочек живого огня — чтобы тут же коснуться дымной фигуры чеоры та Вартвил…

Несчастной, маленькой, убитой горем женщины.

Сейчас она уже не была смеющимся чудовищем. Сейчас она смотрела на своих гостей огромными глазами, в которых не было ничего кроме боли и тоски по несбывшемуся.

А потом все как-то сразу закончилось. Темери опустила руку, молча шагнула к Шеддерику и Ровве.

— Так странно, — сказала она тихо. — Шедде, я была похожа на нее?

— Нет, никогда.

— Я тоже ненавидела.

— Не так. Темери, не надо тебе сейчас об этом думать…

Ровве посмотрел в глаза Темершане — ласково и грустно. Перевел взгляд на Шеддерика.

— Я ее провожу. Чеору Вартвил. Сейчас это стало важнее.

— Эй, ты же мой Покровитель! — пробормотала Темери.

— Ну, это же не навсегда. К тому же — я всего лишь заблудший призрак, который с успехом выполнил свою задачу.

Темери зажмурилась на мгновение, вдруг осознавая, что верный призрак действительно прощается.

— Какую?

Голос дрогнул, и она повторила для верности второй раз, громче.

— Проклятие снято, а Шеддерик у нас остался с двумя руками. Об этом стоило только мечтать… Шанни, они не успели тебя покалечить. А синяки — они пройдут. Хотя бы отдохнешь немного. И не смей никого лечить, пока тебя не попросят! А то станешь тоже призраком. Шедде, прости. Я не думал, что наша э… посмертная дружба будет столь короткой. Не провожайте. И не грустите!

Ровве первым отвернулся от них и протянул руку новой знакомой — чеоре Вартвил.

— Я увижу сына? — спросила она тихо.

Ответа Шеддерик уже не услышал. Пора было возвращаться. Благо, старый сиан — чеор Латне, заботливо обозначил обратный путь вешками.

В комнате было много света, в открытые окна тек пряный воздух начала лета. Там снаружи цвел каштан, и пели птицы.

Выздоравливать, когда знаешь, что все уже почти хорошо, когда тебя навещают пресветлые сестры, принося вкусные угощения; когда рядом суетится Дорри, Шиона каждый день передает гостинцы и приветы из города; а главное, когда Шеддрик та Хенвил почти все вечера проводит рядом с тобой — так выздоравливать почти приятно.

Одно жаль, это должно скоро закончиться, ведь жизнь не ждет. Время не может остановиться, и там, снаружи, что-то все время меняется. И уже очень хочется, наконец, распахнуть двери и нырнуть в этот поток, чтобы узнавать новости не из уст Шионы или Дорри, а сразу и самой…

К сожалению, жила Темери сейчас вовсе не в своей прежней комнате, а в более просторных, недавно отремонтированных апартаментах, с отдельной гостиной и большой спальней, в новой части замка, так что убежать из-под бдительного присмотра компаньонки тайными ходами она не могла — здесь их не было. А Шиона и сама строго соблюдала распоряжение лекарей, и Дорри научила. Так что миром снаружи пока что приходилось любоваться исключительно из окна.

Дело осложнялось тем, что чеор та Хенвил однажды перестал показываться… а на все расспросы девушки в один голос отвечали: он очень занят на корабле, ведь ифленский флот вот-вот должен отправиться в обратный путь. Или: он в городе с хозяином Каннегом, по делам управы.

— Скажите уж сразу, — невесело шутила она, — что благородный чеор просто не хочет меня видеть со всем этим…

И крутила пальцами у лица. На самом деле синяки, оставленные проклятием, давно сошли. Остался только шрам на лбу, но и от него скоро останется лишь незаметная тонкая полоска — не зря же вокруг все время суетилось столько лекарей и сианов?

— Ну что вы, — отвечала Шиона. — Не сомневайтесь в благородном чеоре, он ведь от вас не отходил все эти дни, что вы были в беспамятстве. Даже чеор Кинрик не знал, как его отсюда прогнать. Я вам обещаю, что сегодня он непременно придет…

Кинрик поправился на удивление быстро, а едва услышав новости из цитадели, не слушая врачей, вернулся домой. Вместе с Нейтри.

Темери вздыхала и, смирившись, возвращалась к окну. Правая рука еще плохо слушалась, но в целом, она чувствовала себя почти совсем здоровой. В монастыре ее давно уже пристроили бы к какой-нибудь несложной работе.

— А вообще-то, — вдруг сдалась компаньонка — я понимаю, вам, наверное, хочется прогуляться… давайте, я скажу Дорри, чтобы она принесла платье. Только недолго, а то чеор Латне меня испепелит.

Темери вспомнила пожилого сиана, который раньше служил у Эммегила, но каким-то чудом сумел завоевать доверие Шеддерика.

Сианы не умеют испепелять взглядом, но он был строг и мог придумать Шионе какое-нибудь суровое наказание. Так что компаньонка рисковала.

— Ну ладно! — улыбнулась Темери. — Мы просто тихонько постоим на верхней галерее и все!…