Чтение онлайн

— Спасибо, Борис Игнатьевич, я опять в неоплатном долгу перед вами.

— Никаких долгов, — грустно улыбнулся мужчина. — Я говорил, что мне нравится твои целеустремлённость, упорство и сильный дух. Ты напоминаешь мне мои молодые годы. И я очень хочу, чтобы ты не скатился по наклонной, как это когда-то сделал я. Поэтому поезжай домой к своей любимой, а мне позволь решить эту проблему. Позволь мне отыграть свою роль Злого Серого Волка.

Евгений распрощался с Борисом Игнатьевичем и на такси поехал на свою квартиру. Мрачные мысли наползали, терзая сердце и душу молодого человека. Он вновь и вновь думал над словами Страйка о том, как важно не озлобиться и не скатиться на самое дно.

«Галочка, — улыбнулся он, — она моё сердце, мой якорь, моя жизнь», — когда вышел из такси и заметил, что в окнах его квартиры горит свет.

«Ждёт», — стало тепло на его душе.

Галя не находила себе места. Её сердце каждый раз замирало, когда она подходила к окну, в надежде высмотреть на улице Женю, но всё было тщетно. Солнце медленно закатилось за горизонт, а мужчина так и не приехал. Чем дольше ей приходилось ждать, тем сильнее болело её сердце, мысли становились безрадостней, а тело начинало больше и больше потряхивать. Она несколько раз порывалась позвонить Евгению, но каждый раз останавливала себя, убеждая, что любимый занят и ему нельзя мешать. Галя была уверена, что Женя ей позвонил бы сам, если бы мог.

«Что же могло произойти? — она бесцельно бродила по комнатам, не в силах усидеть на одном месте. — Вдруг, — встревожилась девушка, — к поджогу причастен кто-то, кого знал Женя. Не удивлюсь. В его кругах все друг другу завидуют и не ненавидят, — Галина вспомнила друзей Жени и поморщилась. — Отвратительные, мерзкие людишки, которые возомнили себя богами на земле. Да и родители у него себе на уме, — вздохнула, в очередной раз отходя от окна. — Как ему, удалось остаться порядочным человеком? Загадка… А ведь Женя именно такой: честный, порядочный. Сегодня я смогла по-новому взглянуть на него. Люди, которые работают на него, уважают его, ценят. Как ловко и уверенно он давал распоряжения. Это сколько ж всего надо знать и просчитывать. Ужас! А он может и делает. Какой же слепой я была, — обняла себя руками, сев на подоконник в гостиной, — думала только о себе, совсем не интересуясь, чем живёт человек, которого полюбила. Да и любить я не умела, только получать. Не думала, что любовь это не только поцелуи и постельные игры. Любовь — это жизнь. Это ответственность. Может быть и хорошо, что я тогда сбежала от Жени. Встреча с Аллой помогла мне по-другому взглянуть на всё. И сейчас я понимаю то, что хотела донести до меня подруга… Только бы Женя вернулся живой и здоровый…»

За окном давно стемнело, а от Жени всё ещё не было известий. Девушка зажгла свет. Ей почему-то стало страшно находиться одной в огромной, пустой квартире. Ей стало казаться, что с Евгением что-то случилось, и он больше никогда не вернётся.

Вдруг у двери послышался скрежет и шуршание.

«Женя!» — заколотилось сердце Гали.

Входная дверь была открыта, когда девушка выбежала в коридор.

— Женя! — воскликнула она и бросилась мужчине на шею. — Женечка!

Она заметила, каким бледным и подавленным он вернулся.

«Главное, что он сам жив и здоров, — убеждала она себя. — А с проблемами мы справимся, вместе».

— Галчонок, — Евгений ловко подхватил девушку, прижимая к себе.

«Как мне повезло, что у меня есть ты, — подумал молодой человек. — Ты лучшее, что случилось со мной в этой жизни. Любимая моя, Галочка».

Девушка подняла руки и обхватила лицо Жени своими ладонями:

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Мне было так страшно и одиноко одной без тебя. Я так боялась, — всхлипнула, чувствуя, как тревоги и волнения этого дня готовы прорваться слезами из глаз. — Права была Алла, — произнесла, глядя в глаза мужчине, — хоть сколько, но главное вместе. Я не хочу жалеть, что не дала нашим отношениям ещё один шанс.

— Галочка, — на губах Жени появилась улыбка, — Галочка.

Он перехватил её, поднимая над полом, приближая их лица. Девушке пришлось вцепиться в его плечи.

— Люблю тебя, — губы Жени прильнули к губам Гали. Глаза закрылись сами собой. По коридору разнёсся стон удовольствия и нетерпения.

— Ты всё, что мне нужно от этого мира, — прошептал мужчина.

«И ты, — улыбаясь смотрела на него Галя, — для меня всё».

Молодые люди снова прильнули друг к другу. В этот миг не было ни сомнений, ни сожалений, ни переживаний, только два сердца, которые бились в унисон, только две души, что давно проросли друг в друга, только два тела, что тесно переплелись между собой, рисуя узоры страсти, нежности и желания на кровати, как две судьбы на полотне жизни.

— Люблю тебя, — вновь и вновь повторял Женя.

— Люблю тебя, — отвечала ему Галя.

Молодая женщина в узкой юбке-карандаш и бледно-розовой блузке с большим красиво завязанным бантом вместо воротника, только и успела вскочить со своего стула, и открыть рот в немом вопросе, когда в приёмную ворвались четверо. Трое из них были похожи на телохранителей, в чёрных костюмах, чёрных рубашках, коротко остриженные и размерами со шкаф, даже чем-то похожие между собой. Но четвёртый выделялся манерами, превосходством в глазах, платиновыми часами, перстнем на мизинце правой руки, дорогим костюмом, зеркально начищенными туфлями. Он был другим. От него веяло опасностью и деньгами.

Все четверо на мгновение посмотрели на неё. Первые трое, как на пустое место, четвёртый с пренебрежением. Весь его вид говорил: видал и получше.

Один из телохранителей распахнул дверь кабинета начальника девушки, пропуская вперёд одного из мужчин в чёрном костюме.

Секретарша вздрогнула, когда из кабинета раздался сдавленный крик её начальника. Она икнула и упала на стул, так как её ноги сильно дрожали.

Мужчина в дорогом костюме вошёл в кабинет, а последний, третий, телохранитель остался в приёмной с девушкой. Он бросил на неё цепкий взгляд и прижал указательный палец к своим губам. Девушка испуганно кивнула головой, зажала рот ладонью и сжалась на стуле. Блузка прилипла к спине.

— Что вы себе позволяете! — кричал Сергей Сергеевич, когда молодой парень в чёрном костюме прижал его лицом к его же рабочему столу. — Я…

— Ты негодяй, — перебил его мужчина в начищенных до зеркального блеска туфлях.

— Страйк? — прохрипел Сергей Сергеевич. — Что происходит?

— Даже звери не поступают так со своими детёнышами, как ты поступил с Евгением.

— Да что ты…

Телохранитель, который держал Сергея Сергеевича, сильнее прижал его к столу.

— Понял, понял, — заскулил от боли мужчина. — Тыкать мне не разрешено.

— Если ты такой понятливый, — усмехнулся Борис Игнатьевич, — что же ты не понял из того, что я ранее говорил?

— Я ничего не делал, — закряхтел Сергей Сергеевич.

— А как же встреча с Лёвой четыре дня назад в ресторане?

— Люблю вкусно поесть в хорошей компании.

— Могу и запись вашей вкусной беседы предоставить, — Страйк сел на диван и закинул ногу на ногу.

Сергей Сергеевич дёрнулся и что-то пробурчал себе под нос, но телохранитель, который его удерживал, заломил мужчине руку сильнее. Тот застонал:

— Что же тогда ты допустил пожар на складе?

— Хорошо горело, — усмехнулся Страйк, — весь товар застрахован. Отец Лёвы уже заплатил за своего сыночка, а теперь и твоя очередь пришла. Очень мне хочется в Лондоне пожить. Говорят там часто туманы по утрам и идут дожди.

— Не посмеешь! — задёргался Сергей Сергеевич.

— Отчего же, — засмеялся Борис Игнатьевич.

— Я просто хотел, чтобы Женька перестал сходить с ума по своей безродной девке! Лёва нанял проверенных ребят. Ущерб должен был быть минимальным. Кто ж знал, что так полыхнёт.