Чтение онлайн

Когда августейший со своим воинством покидали городок, то всё население провожало его со слезами на глазах… слезами и проклятиями…

Вечером в столичном ботаническом саду негде было яблоку упасть. К его кованным воротам (естественно что сад от хлопов был ограждён колоссальной по высоте и протяжённости стеной) подъезжали один бронированный кортеж за другим. После тщательной проверки охранной с нейронным детектором, кортеж пропускали внутрь и он исчезал в зелёной гуще редкостных деревьев.

Конечной остановкой для всех кортежей была парковочная площадь перед роскошным трёхэтажным дворцом украшенным мраморными скульптурами. Именно в его помещении этим вечером был назначен съезд клуба аллигаторов — лучших людей Многоземелья, превозносимых в прессе (ихней собственной), меценатов и благотворителей, не монополистов, а инвесторов в отечественную экономику, отцов народа и благодетелей нации.

Собрались эти достойнейшие господа в уютном кабинете, обшитом красным деревом и золотом, да так, что из — за золота, дерева не было видно.

Члены клуба аллигаторов расселись в, расставленные полукругом, кожаные кресла с мягкими покрывалами из шкур панды, на полу распласталась леопардовая шкура с головой, оскалившей клыки. Кабинет наполнился сизым дымом дорогих сигар и запахом Арманька.

Достойные господа — все имели экстраординарный вид, раз глянешь — ночь спать не будешь, до того жутко станет.

Их внешний вид целиком соответствовал ихнему душевному устройству.

Перед почтенным собрание стояло только одно кресло, с высоченной спинкой, на которой, в форме клеверного трилистника, были выдавленны три шестёрки.

В самом кресле, с хитрым лисьим лицом, восседал самый добрый и ласковый человек страны — Амтих Амтихович, его рыжеватые локоны, в мягком свете сотни восковых свечей, отливали золотым цветом, на безымянном пальчике поблёскивал крошечный золотой напёрсточек, которым он тихонько постукивал по подлокотнику кресла.

— Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие, — заговорил он словами из пьесы — Его Величество Король Многоземельный во главе целой армии пересёк границу нашей державы.

— Что? Как? Неслыхано! — загоготали аллигаторы.

— Но где набрал целую армию? — вопрошал очень старый, лет за сто, седой аллигатор, владелец аварийных угольных копий, с руками по локоть в золотых браслетах.

— Неизвесто, — ответил Амтих Амтихович — мы, конечно, сделали запрос в соседнее государство, с границ которого он и пришёл, но там нам ответили, что «их там нет»!

— Так что же нам — нечем ответить? — снова испуганно загоготали аллигаторы — Где наши вооружённые силы?

— Я, тоже, об этом задумался, — поддержал общее мнение Амтих Амтихович — и запросил список численности всего, что у нас имеется милитаризированного, вот он! — он помахал листком пергамента — И так, посписочно, мы имеем в строю, — и он зачёл данные с документа — милиционеров — десять миллионов (и цифра постоянно растёт);бойцов особого назначения — сто тысяч; сотрудников тайной полиции — девять миллионов; генералов армии — тысяча; адмиралов — пятьсот; верховных маршаллов — десять человек!

— Да… — вздохнули аллигаторы, прослушав спиок — воевать — то некому!

— У кого будут какие предложения? — отложив листок, задал вопрос собранию Амтих Амтихович.

Все молчали.

Вопреки насаждаемому в холопских массах поверью, думать — было не лучшим качеством аллигаторов, эта способность, даже, не входила в десятку лучших, правильнее было сказать — она отсутствовала как таковая.

Был среди аллигатров недавно посвящённый в их клуб, относительно юный адепт, зрелых лет. В кругу своих товарищей он был первым, кто не только умел читать, но и пользовался этим навыком довольно странным образом — читал книжки, что, неоднократно, вызывало у старших товарищей поток сальных шуток в отношении новообращённого. Будучи новеньким, он не решался, сразу, высказать своё предложения и подождав, когда старшие аллигаторы нахмыкались, и, поморщив брови, так ничего и не придумав сдались, он попросил слово.

Подскочив на ноги, юный апологет зла, вышел к креслу Амтих Амтиховича, что бы все его видели и, сбиваясь от волнения, заговорил:

— Спасение есть! И проистекает оно из сути самого нашего державоустройства. А в чём эта суть заключается? — он прокашлялся и промочил пересохщее горло глотком крепкого конька — А заключается она в том, что есть холопы, а над ними синьор — феодал. Безусловно лучшая форма социальных отношений из всех которые видело человечество. Но, ведь, какова была первичная задумка? Война — это не что — то новое, скорее это испоконвечное явление, которое идёт об руку с человеком с тех самых пор, как наши древние предки стали сбиваться в стаи. Однако, невозможно преуспевать сразу и во всём, потому невозможно заниматься добычей хлеба насущного и, одновременно, освоить военное искусство, тем более, что снаряжение и боевой конь стоят так дорого, что в одиночку, честным трудом, на них никогда не заработать. Потому — то и появилась идея, что бы определённое количество хлопов содержало одного воина, который будет освобождён от забот о добыче пропитания и крова, все силы которого были бы направленны на изучение военного дела, и всё снаряжение ему покупалось в складчину, но в случае войны — именно он и шёл в бой!

Аллигаторы с полным непониманием уставились на оратора.

— Поясни, — пропыхтел кто — то.

— А что тут пояснять? Сколько у нас в стране благородных господ — феодалов? И не счесть! Представьте если такой соберётся на войну? Да у него будет самое лучшая в мире экипировка! Самое лучшее в мире оружие! Передовая военная техника, средства связи — лучшие экземпляры! Собственная походная кухня, логистика продовольствия из собственных закромов. Но это ещё не всё! Многие господа имееют при себе штат собственной охраны — профессионалов по части обращения с оружием, то есть каждый господин — это полноукомплектованный отряд численностью от десяти до пятидесяти бойцов. Да с такой армией, мы не то что Короля с его голодранцами в пух разобьём, мы покорим весь мир! — юный аллигатор замер в торжественной позе, глаза его горели, он чувствовал, что вот, сейчас, его, вообще, провозгласят главой клуба.

— То есть, если я правильно понимаю, — заговорил первым старый седовласый аллигатор — то, согласно, озвученного только что плана — я и мои пятнадцать сыновей, берём оружие, покупаем каждый по танку и выезжаем на войну? Где нас могут убить.

Тут же в кабинете поднялся такой вой и матерщина, что в окнах задрожали стёкла.

Аллигаторы, возмущённые до предела, подобным предложением повскакивали с кресел, яростно жестикулируя, тряся отвислыми щеками и гремя золотыми цепями.

Пришлось обождать пока эмоции поутихли, прежде чем возобновить совещание.

Слово, опять, держал старый седой аллигатор.

— Полагая, что я выскажу общий ответ на подданное предложение, и меня поддержат все присутствующие собратья по богатствам, — говорил он — не для того мы сколотили баснословные состояния, настроили дворцов здесь и накупили вилл за границей, и не затем содержим, каждый свою собственную маленькую армию, что бы вместо того, что бы предаваться немыслимым наслаждениям и разврату, вдруг взять, ни с того ни с сего, и пойти собственнолично на войну, да к тому же, и своих деточек в армию отправить. Не бывать этому!