Ночная охота
Шрифт:
Мои глаза закрываются, когда я делаю несколько глубоких вдохов, расправляя плечи с каждым выдохом, и когда я снова открываю их, я чувствую себя немного сильнее. Я сейчас не в той форме, чтобы сворачивать горы, и мне определенно все еще нужно хорошенько выспаться, но, по крайней мере, я могу сосредоточиться.
Это происходит до тех пор, пока мои глаза не фиксируют окружающую обстановку, и все вокруг застилает красная дымка. Он привел нас к границе кампуса «Академии Наследника». Он это серьезно?
— Какого черта ты притащил нас сюда? — Рычу я, переключая внимание на испуганного Броуди, чьи глаза продолжают расширяться, чем дольше он на меня смотрит.
— Я…
— Все в порядке, — вмешивается Крилл, взмахивая рукой перед моим носом, когда он встает между мной и Броуди. — Я могу доставить их в безопасное место, — добавляет он, слегка напрягая мышцы на шее, глядя мне прямо в глаза.
— Безопасных мест больше нет, — бормочу я, сжимая переносицу, и прикрывая глаза.
— Ты мне доверяешь? — спрашивает он, большим и указательным пальцами приподнимая мой подбородок ровно настолько, чтобы я была вынуждена убрать руку от носа и посмотреть на него.
Я колеблюсь. Знаю, что он хочет услышать «да», и даже я сама хочу произнести это слово, но это трудно — довериться кому-то. Такое простое слово, но столь мощное по значению, особенно когда речь идет о моей семье.
— Тот факт, что ты не сразу сказала «нет», вселяет в меня надежду, — размышляет он, поглаживая большим пальцем мою щеку, когда уголок его рта приподнимается. — Обещаю, я никогда не подвергну их риску.
— Я этого не знаю, — признаюсь я, мой желудок скручивает, а руки сжимаются по бокам.
— Ты знаешь это в глубине души. — Его слова — не более чем шепот на ветру, но они трепещут у меня в животе, заставляя судорожно вздохнуть. Мое сердце колотится, душа танцует, а дыхание перехватывает, когда я пытаюсь найти какой-то ответ. — Позволь мне доставить их в безопасное место. Доверься мне. — Это мольба. Искренность в его голосе подобна нежным тискам, уговаривающим мое сердце успокоиться.
— Ты просишь меня доверить тебе все, что для меня важно. — Мой пульс стучит в ушах, когда я чувствую, что все взгляды устремлены в нашу сторону, но я не могу обращать на них никакого внимания, поскольку вглядываюсь глубоко в его радужки, ища то, за что мне можно зацепиться.
— И я бы никогда не рискнул, чтобы хоть один волос упал с их голов, зная этот факт. Поверь мне, принцесса. Им не причинят вреда, я клянусь в этом.
Его взгляд смягчается, прикосновения становятся нежными, а дыхание легким на моих губах.
Мне кажется, что земля уходит у меня из-под ног, мир меняется вокруг меня, хотя никакая магия никуда меня не переносит. Это потому, что я не двигаюсь, но моя душа движется.
Сделав глубокий вдох, я накрываю его руку своей, наклоняя голову навстречу его прикосновению, и делаю самый решительный глубокий вдох в своей жизни.
— Я доверяю тебе, Крилл. Сделай это. Доставь их в безопасное место.
4
РеЙДЕН
О
на в ярости. В настоящей, безумной ярости. Я чувствую ее настолько сильно, что мои нервные окончания на пределе. А я никогда не нервничаю. Ни при каких обстоятельствах, ни в каком виде. И если ее состояния не было бы видно по ее взглядам или напряженной позе, то его точно можно почувствовать по необузданной ярости, исходящей от нее, и вот я здесь, рассыпаюсь под натиском ее гнева.
Я чувствую запах ее ярости и хочу попробовать ее на вкус, но что-то подсказывает мне, что сейчас у меня нет ни единого шанса. Я могу подождать. Это нормально. Это меня раздражает, но я начинаю понимать, что это просто новое ощущение, которое она вызывает во мне.
Требуется больше сил, чем я готов признать, чтобы сдерживаться, когда она прощается со своей семьей. У меня есть вопросы и кое-что, чего я не понимаю, что только усиливает напряжение внутри меня.
Начнем с того, что мне было бы все равно, находится ли моя семья в безопасности или нет, так же, как и им было бы все равно, что со мной. Мы можем быть связаны кровью, но это не порождает неоспоримой любви или потребности защищать друг друга. На людях мы стоим вместе, гордо и уверенно, чтобы сохранить видимость, конечно, но мы никогда не были так тесно связаны, как они.
Король Август Рейган смотрит на свою старшую дочь с благоговением, его глаза блестят от любви, которую я даже не могу начать понимать, а его нижняя губа дрожит, когда она не смотрит на него. Его беспокойство очевидно, его любовь настоящая, а беспомощность просто уничтожает его.
Раздражающая сестра Адрианны, Нора, совершенно другая. Она светится, глядя на Адрианну, совершенно очарованная всем, что делает ее кумир. Несмотря на опасность, в которой они находятся, она продолжает улыбаться. Это почти впечатляет. Почти. В основном это раздражает, как и ее язвительные комментарии.
Адрианна же нервно покусывает нижнюю губу, то и дело бросая обеспокоенные взгляды на своих родных, пока они готовятся уйти. Я чувствую ее боль даже отсюда. Она почти так же сильна, как ее ярость. Кто бы мог подумать, что за ее жесткой оболочкой скрывается такая мягкая и ранимая душа?
Крилл шепчет ей на ухо, а я нахожусь слишком далеко, чтобы услышать, о чем он говорит, но мгновение спустя Адрианна кивает, в последний раз машет рукой своей сестре и отцу, прежде чем отвернуться от них. Броуди направляется к ним, и мгновение спустя Август, Нора, Крилл и маг исчезают.
Ее боль становится ощутимее, и она морщится, будто от дискомфорта, а ее колени подгибаются под ней. Но, несмотря ни на что, она каким-то образом остается стоять на ногах. Обхватив себя руками за талию, словно поддерживая, она оставляет меня в еще большем замешательстве. Она — благословение и грех одновременно.
Я бросаю взгляд на Кассиана, который так же пристально смотрит на женщину перед нами, как и я. Но, прежде чем кто-то из нас успевает сказать ей хоть слово, она разворачивается на пятках и, не оглянувшись, стремительно направляется к воротам.
— Подожди, — кричу я, спеша к ней. Если она и слышит меня, то не подает виду, но это не мешает мне ускорить шаг. Как раз в тот момент, когда я собираюсь схватить ее за руку, она останавливается, переключая свое внимание на Кассиана.
— Ты можешь использовать свою волчью скорость и унести меня отсюда к чертовой матери? — спрашивает она, отказываясь смотреть в мою сторону.
— Это слишком похоже на хорошее развлечение, — парирует он, пожимая плечами, оставляя ее в ужасе пялиться на него.