Новая психология
Шрифт:
Вот что пишет Александр Томас Орманд, профессор философии Принстонского университета:
«Есть разновидность популярного знания, которое не является наукой, но все же обладает ценностью, как показывает пример простого человека. Это знание быстро достигает своих пределов и в целом является ненадежным, за исключением самых грубых приближений. В сфере опыта людей существует разрыв, избежать которого можно только через внедрение науки и точных методов. Несомненно, что современная жизнь была бы невозможной без науки. Наука не просто обеспечила практическую помощь — она открыла для людей новое небо и новую землю. Она принесла нам новые взгляды, революционизировала наши методы, и, в значительной степени, расширила горизонт наших представлений о реальности. Не будет большим преувеличением сказать, что современный мир — мечта людей древности. Более того, он показался бы им превосходящим самые смелые мечты».
«Истина состоит в том, что когда мы понимаем важнейшую роль, которую исполнила наука в формировании современной жизни, опасность лежит не в недооценке значения науки. Опасность — в том, что наука получит монополию. Эту тенденцию можно исправить лишь признанием роли науки в философском синтезе, а также пониманием того факта, что существует и другая точка зрения, согласно которой сознанию принадлежит высшая роль. Философский синтез начинается с науки и достигает своего завершения в метафизике».
«Предположим, у нас есть основания утверждать, что в мире существует Абсолют. Есть ли в нашем опыте ресурсы, позволяющие нам каким-то разумным образом представить этот Абсолют?»
«Идея Бога призвана гармонизировать и объединить все подлинные интересы и идеалы в жизни. Наше положение незавидно, если наша культура указывает на восток, наука — на север, а религия — на юг. Когда различные аспекты человеческих переживаний разрознены, не удивительно, что люди не придают идее Бога большого значения. Но давайте предположим, что наши культура и наука едины в том, что касается истины, а политические идеалы устремлены исключительно к благу. Если мы представляем Бога как существо, в котором истина и благо едины, так, что между ними нет конфликта, в этом случае, наша религия станет принципом, объединяющим все элементы нашей жизни. Идея Бога станет центральной силой в нашем опыте. Сейчас ясно, что роль идеи Бога заключается в объединении. Идея Бога идеально возвышает и дополняет все элементы нашего переживания. Естественно, что идея Бога призвана наполнить наши переживания всеми элементами отношений объединенного принципа. Таким образом, реальность идеи Бога зависит от степени, в какой он жизненно связан с нашим опытом. Если бы она была чистой абстракцией, не имеющей близкой связи с жизнью человека, она не могла бы претендовать на реальность. На реальность может претендовать то, что затрагивает все аспекты жизненных переживаний, а также идеал в качестве объединяющего принципа».
В высказываниях величайших ученых современности мы видим подтверждения того, что чистая наука и чистая религия находятся в полной гармонии. Вот что утверждает на этот счет профессор Дж. С. Халдейн, видный британский ученый:
«Лишь догматичная наука отвергает существование духовной реальности. Догматизмом подобного рода полны учебники и популярные изложения, но его крайне мало в работах великих ученых».
Глава 23
Религия
Судьба народов и отдельных людей определяется фундаментальными факторами и силами — такими, как отношение людей друг к другу. Идеалы и мотивы имеют большую силу придавать форму Истории, чем события. Мысли людей о своих жизненных заботах имеют больше значения, чем политические перевороты или вся современная агитация.
Несколько столетий тому назад считалось, что мы должны сделать выбор между Библией и Галилеем. Пятьдесят лет тому назад считалось, что мы должны сделать выбор между Библией и Дарвином. Но вот что говорит В. Р. Инг, настоятель кафедрального собора Св. Павла в Лондоне:
«Каждый образованный человек знает, что основные факты органической эволюции доказаны, и что они значительно отличаются от легенд, которые древние евреи позаимствовали у вавилонян. Мы не должны насиловать наш рассудок и отвергать многократно подтвержденные результаты современных исследований. Мы должны упростить и одухотворить современное христианство. Сейчас, оно слишком загромождено ненаучными идеями, а дурные экономические идеи превращают его в карикатуру. Мы не должны делать нашу веру заложницей суеверий. Суеверия — это религия для далеких от религии и наука для далеких от науки».
Плачевное состояние современного мира и вызванное этим недовольство — симптомы глубоко укорененной и разрушительной болезни. Законодательные постановления, принимаемые чтобы справиться с этими проблемами, могут только смягчить симптомы. Они не исцеляют саму болезнь, которая проявляется в других, намного худших симптомах. Если мы ставим заплаты на старую и изветшавшую одежду, мы не делаем эту одежду лучше. Мы должны применить конструктивные меры к самим основам нашей цивилизации. Именно в этом и заключается наша мысль.
Философия жизни, имеющая в своем основании слепой оптимизм, а также религия, не работающая семь дней в неделю, не обращаются к интеллекту. Они непрактичны. Нам нужны результаты. Лакмусовый тест любого метода — это ответ на вопрос: «Работает ли он?»
Вещи, которые внешне кажутся невозможными, помогают нам осознать возможное. Нам предстоит пройти по непроторенной дороге мысли, пересечь пустыню невежества, пробраться через трясину суеверия, преодолеть горы ритуалов и церемоний. Лишь в этом случае мы сможем войти в обетованную землю откровения. Разум господствует. Направляемая разумом мысль представляет собой творческую силу, автоматически вызывающую проявление своего объекта на материальном плане. Кто имеет уши, чтобы слышать, да слышит!
Оптимизм — один из характерных принципов всеобщего пробуждения. Он сияет посреди сомнений и беспокойства. Оптимизм принимает форму просветления. По мере того, как просветление становится всеобщим, страх, гнев, сомнение, эгоизм и жадность уходят. Мы ожидаем более полного осознания Истины, которое принесет людям свободу. Чем больше людей будут свидетельствовать об Истине, тем быстрее массы смогут пробудиться к свету просвещения.
Все, что пребывает в нашем сознании длительное время, оказывает воздействие на наше подсознание и становится образцом, по которому творческая энергия будет созидать нашу жизнь и окружение. В этом — секрет силы молитвы.
Действие этого закона было известно немногим людям во все века, и ни один последователь одной из великих школ эзотерической философии не делился им без разрешения. Люди, обладавшие властью, боялись, что разум большинства людей не готов должным образом использовать силу, которую раскрывало применение этих принципов.
Мы знаем, что Вселенная управляется законом. У каждого следствия есть причина. Та же самая причина в тех же самых условиях неизбежно приведет к тем же результатам. Таким образом, если на молитву когда-либо приходил ответ, это значит, что на нее всегда будет приходить ответ, если соблюдены подходящие условия. Это должно быть справедливо, в противном случае, Вселенная была бы хаосом, а не космосом. Ответ на молитву подчиняется закону, и этот закон обладает строгой научной точностью — подобно законам, управляющим силами гравитации и электричества. Понимание этого закона выводит основание христианства из сферы суеверий и предрассудков, ставит его на твердую скалу научного понимания.