О скорбях отечества
Шрифт:
Уцелел рейхсканцлер, несмотря на взрыв…
Но не спас Всевышний Кеннеди от пули,
Миротворец Пальме не остался жив!
Кто спасает жизни палачам, тиранам?
Почему злодеев милует судьба,
Но везде и всюду – в самых разных странах -
Гибельна со злыми силами борьба?
Сколько их погибло и еще погибнет,
Чтоб вконец не сгинул этот Мир во зле?
Пусть Добра и Правды вряд ли он достигнет -
Все же меньше скверны будет на Земле!
Памяти П.И. Чайковского.
Как рано наши гении уходят:
Кто в тридцать семь, а кто – и в двадцать шесть…
Судьба любые способы находит
Обрушить на пророка свою месть!
Стакан воды – и вот она, холера:
Нет гения. Но музыка жива,
А в музыке – Любовь, Надежда, Вера:
Она волшебна и всегда нова!
Но сколько не родилось дивных перлов,
Что смертным о бессмертии гласят -
Великих, потрясающих безмерно:
Ему ведь было чуть за пятьдесят!
И Петр Великий умер в эти годы…
Но, может быть, не менее велик
И этот Петр: он в памяти народа
Себе нетленный памятник воздвиг!
Наперекор сомнениям и страхам.
Благодарю Тебя, о Боже,
Что я ни в чем не преуспел,
Что часто мне плевали в рожу,
А я, как правило, терпел…
Благодарю Тебя, Всевышний,
Что нестандартный облик мой
Порой отпугивает ближних,
И вечно я для них чужой!
Благодарю, о Всемогущий,
Что мне фатально не везет,
Что нечисть адская все пуще
Мой дух измученный грызет!
Благодарю Тебя, Создатель ,
Что я, отмучившись, умру,
И труд мой – я слегка писатель -
Взовьется пылью на ветру!
Прости, Господь, но муки ада
Я уж изведал на Земле,
А рай – не грешнику награда:
Парить бы в тихой полумгле!
Полет.
Не знал я ощущения полета -
Хотя на самолетах и летал…
Был бит судьбой, но все ж не ждал чего – то
Столь дикого: как кур в ощип попал!
Он подстерег во тьме – несчастный случай:
Совсем нежданно в пустоту шагнул,
И – уж такой я, видно, невезучий -
В молчании, без крика "караул",
Лечу! Причем лечу довольно долго -
Хоть падаю лишь с крыши гаража…
Нет надо мной спасительного шелка,
И я не листик, что парит, кружа!
Все вниз и вниз – с хорошим ускореньем…
А как хотелось бы наоборот:
К небесным сферам в вечном устремленьи
Душа живая сызмальства живет!
Она б туда и унеслась, наверно,
Коль с этажа б высокого упал…
Для тела б это было очень скверно,
Зато бы сразу в лучший мир попал!
А так – лишь средней тяжести увечье:
Больница, боль, лежанье на щите…
Чудны дела и судьбы человечьи
В земной юдоли, в тяжкой маяте!
О Боже! Ты Один, наверно, знаешь,
Зачем я совершил такой полет:
Не за грехи ли кости мне ломаешь,
Кладешь на душу угрызений гнет?
Хотя, наверно, это тот, нечистый…
А Ты лишь отвернулся от меня,
И скорбный путь – сиротский и тернистый -
Я прохожу, судьбу свою кляня!
Не смею я молить Тебя о чуде -
Пусть Ты и милосерд, и всемогущ,
Но, видя, как кругом страдают люди,
Просить ли благ земных иль райских кущ?
Мне без Тебя так страшно, сиротливо…
Взывать к Тебе из бездны, как Давид?
Но нет: уста сжимаются пугливо,
И лишь душа от язв и ран кровит!
Начало.
Автол, нигрол, солярка…
Бензин да солидол…
Я в ямах автопарка
Пристанище нашел.
Мне от роду – пятнадцать:
Для всех я здесь – пацан;
Мне платят в день рубль двадцать;
Хамит любой болван!
Народ кругом простецкий:
Все водка да жратва…
Жгут слух мой полудетский
Похабные слова!
То дрема, то запарка;
Наставник – самодур;
Метла, скребок, грабарка -
Когда же перекур?
Вcю черную работу
Я должен выполнять.
Нерадостно мне что-то…
Но некому пенять!
Учусь в вечерней школе -
Хожу в девятый класс.
И о сиротской доле
Вздыхал уже не раз.
Родители – то живы,
Да я от них сбежал:
Отец меня глумливо
Тиранил, унижал!
А мать, хоть и жалела,
Но не могла помочь:
Ведь и сама терпела
Обиды день и ночь!
Мне даже мысль ужасна
Вернуться в этот ад,
Хотя томит всечасно
Дна жизни мрак и смрад!
Безрадостный и хмурый
Рассветный час судьбы…
Хрупка моя натура
Для жизненной борьбы!
Одиночество.
Одиночество – славная штука,
Если длится денек или два…
Но тогда это горькая мука,
Пред которой бессильны слова,
Когда нет тебе в Мире привета,
Ты не нужен нигде никому,
И мучительно ищешь ответа:
Почему? Почему? Почему?
Коль легла эта гиблая мета