Чтение онлайн

— Наши свидетели показали, что вы наняли их для похищения тела.

Повар фыркнул:

— С меня хватит. Вы просто сумасшедшие. Я требую адвоката.

— Отлично. Сможете его вызвать, когда вас доставят в участок, — сказала Хит.

Таррелл и Каньеро, начав с противоположных сторон кухни, последовательно продвигались к середине, открывая и закрывая шкафы, набитые кулинарными книгами, импортными сервизами и наборами кухонной посуды «Уильямс-Сонома».

— Право, у меня во рту пожар! — Рук подошел к большой морозильной камере. — А, тут у нас холодильник? Роскошно!

— Не трогайте, он не работает! — выкрикнул Вердженес.

Но Рук уже повернул ручку. И отскочил, когда тело Кэссиди Таун вывалилось из морозилки и грохнулось на испанский кафель у него под ногами. Полицейский, стороживший дверь, влетел в кухню, услышав вопль Рука.

Столкнувшись с суровой реальностью комнаты для допросов, Ричмонд Вердженес стал другим человеком. Заносчивость тут же исчезла. Никки рассматривала его руки, покрытые мозолями и шрамами от долгих лет поварской работы. Руки дрожали. Сидевший рядом с Вердженесом адвокат кивнул, предлагая клиенту начинать.

— Прежде всего, я ее не убивал, клянусь.

— Мистер Вердженес, вспомните, сколько раз в жизни вы видели, как официант возвращает тарелку на кухню, потому что клиент сказал, что блюдо остыло. Вот примерно так же часто сидящие передо мной люди в наручниках повторяют: «Клянусь, я этого не делал».

Адвокат тут же вмешался:

— Детектив, мы надеемся встретить понимание. Не думаю, что есть причины осложнять ситуацию.

Винн Цандерхуф был партнером одной из крупных фирм на Парк-авеню, специализировавшихся на индустрии развлечений. Он представлял фирму в уголовных делах, и за последние годы Хит не раз с ним сталкивалась.

— Разумеется, адвокат. Тем более, что ваш клиент так постарался облегчить нам жизнь: сопротивлялся аресту, угрожал оружием, препятствовал следствию. И все это после убийства Кэссиди Таун. Плюс организация похищения тела. Плюс многочисленные нарушения, связанные с похищением. Сдается мне, сложная ситуация — девиз дня для вашего клиента.

— Признаю, — кивнул адвокат. — И поэтому мы надеемся прийти к определенному соглашению, способному снять излишнюю напряженность.

— Хотите поторговаться? — удивилась Хит. — Вашего клиента обвиняют в убийстве, и мы располагаем признанием одного из людей, которых он нанял для похищения тела. Что вы намерены нам предложить — бесплатный десерт?

— Я ее не убивал. В ту ночь я был дома с женой. Она подтвердит.

— Проверим.

Что-то мелькнуло на лице шеф-повара. Он лишился прежней самоуверенности. То ли не слишком доверял своему алиби, то ли еще что-то. Что же это может быть? Никки решила рискнуть.

— Когда, говорите, вы были с женой?

— Всю ночь. Смотрели телевизор, легли спать, проснулись.

Никки устроила целый спектакль, открывая блокнот и занося над ним ручку.

— Прошу точно назвать время, когда вы с женой легли в постель.

— Не помню. Посмотрели ночные новости и завалились спать.

— Итак, — проговорила Никки, записывая, — говорите, в двенадцать часов? В полночь?

— Ну да, или немного позже. Ночные программы всегда задерживаются на несколько минут.

— А когда вы вернулись домой?

— Ну, примерно в четверть двенадцатого.

Уловив что-то в воздухе, Никки поднажала:

— Шеф, я слышала, что рассказывают о ресторанном бизнесе. Не слишком ли ранний час для возвращения с работы? Тем более — когда речь идет о новом ресторане.

Она видела, что не ошиблась. Вердженес занервничал, его лицо искривилось, словно он искал языком прилипшую к десне волосинку.

— Посетителей было мало, вот я и… сорвался пораньше.

— Понимаю. И в какое же время вы «сорвались»?

Шеф поднял глаза к потолку.

— Точно не помню.

— Это ничего, — кивнула Никки. — Я уточню у ваших сотрудников. Они скажут, когда вы ушли.

— В девять часов, — выпалил он.

Никки записала.

— Часто у вас уходит два с четвертью часа, чтобы добраться в Сохо от угла Шестьдесят третьей и Лексингтон-авеню?

К тому времени как Никки подняла взгляд от блокнота, клиент дозрел. Адвокат подсовывал ему какую-то записку, но Вердженес оттолкнул наспех исписанный листок.

— Ладно, я не сразу поехал домой. — Адвокат попытался удержать клиента, схватив за плечо, но шеф-повар сбросил его руку. — Я вам скажу, где был. Я был… у Кэссиди Таун.

Хит пожалела, что, получив тело с такой задержкой, Лорен Пэрри не смогла установить точное время смерти. Вполне возможно, смертельный удар был нанесен до полуночи. Воспользовавшись минутной слабостью подозреваемого, Никки сделала бросок:

— Вы признаете, что приехали к Кэссиди Таун и зарезали ее?

— Нет… я признаю, что приехал к Кэссиди Таун и… — Вердженес потупился и закончил фразу неразборчивым бормотанием.

— Простите, я не расслышала. Приехали к Кэссиди Таун, — и что?

Лицо Вердженеса было серым, когда он поднял голову, в глазах отражалась вся глубина его позора.

— Приехал и… и отымел ее.

Никки смотрела, как он наклоняется, чтобы ладонями вытереть пот с лица. Когда шеф-повар выпрямился, на сколько позволяли наручники, он был уже не так бледен. Никки попыталась представить этого красавчика, своим искусством завоевавшего Манхэттен, с Кэссиди Таун, королевой публичных скандалов. Не складывалось, хотя за годы службы Никки навидалась таких парочек, что готова была во многое поверить.

— Так у вас с Кэссиди Таун была связь?

Никки предпочитала не представлять картины, пока не услышит ответа. Пока сам собой напрашивался образ женатого мужчины, который решил порвать с любовницей, поспорил с ней и так далее. Прибегнув к отточенным навыкам, детектив Хит прекратила представлять и стала слушать.

— Не было у нас связи.

Голос Верджеса прозвучал слабо и неубедительно. Даже в тишине комнаты для допросов Никки пришлось напрячь слух.

— Значит, это было ваше первое… свидание?

Кажется, что-то в ее словах позабавило шеф-повара.

— Увы, нет. Не первое.

— Может быть, вы объясните, почему вы говорите, что это — не связь.

Последовавшую за вопросом мертвую тишину нарушил адвокат:

— Рич, я рекомендую не…

— Нет уж, я все скажу, пусть они поймут, что я ее не убивал! — Решившись, шеф-повар принялся все выкладывать. — Я спал с Кэссиди Таун потому, что мне пришлось. Этот новый ресторан я купил перед самым кризисом. На рекламу денег не было, а люди вдруг перестали обедать в ресторанах, а если и обедали, то предпочитали старые, привычные. Я был в отчаянии. А Кэссиди… предложила мне сделку. — Он снова запнулся и завершил рассказ жалобным бормотанием: — Секс за публикацию.