Чтение онлайн

О да, это важный этап. То, что гувернантка Евы, Хельга, выразила желание лететь в Москву, стало для них шоком. Когда пожилая немка задержалась в Берлине, чтобы оформить документы, Вике казалось, что она обязательно передумает. Но нет: в должный срок Хельга отзвонилась и заявила, что вот-вот явится их спасать.

Самолет должен был приземлиться этим же вечером. Зная, что по-русски гувернантка не говорит, Марк вызвался лично встречать ее. Вика же навязалась за компанию, чтобы хоть недолго еще побыть с ним.

Правда, оставлять Еву одну было по-прежнему страшновато. То, что в доме планирует находиться еще и Максим, не спасало, а лишь усугубляло ситуацию. Ей будет кого убить в приступе паршивого настроения! Вика успокаивала себя лишь тем, что в случае с этим «ребенком» любые сиделки – не более чем видимость, она все равно вырвется, если захочет.

В какой-то момент хотелось пригласить Эрика, пусть приобщится к отцовству! Однако в итоге Вика решила не накалять ситуацию. Он сам выбрал путь медленного сближения, и пока, судя по всему, получается у Эрика неплохо… Хотя мысль о его новогоднем подарке дочери до сих пор заставляла девушку вздрагивать.

Марк относился к предстоящему одиночеству племянницы философски:

– Она умеет за себя постоять!

– Вопрос: готовы ли к этому окружающие?

– Максим, если что, запрется у себя и будет дрожать до нашего прихода. Ладно, я побежал. Вечером заеду за тобой, в аэропорт должны успеть.

Девушка проводила его до двери. Думать хотелось только о хорошем: что прибытие Хельги – лишь первый этап. Потом они, наконец, купят собственный дом! Чужой угол – это все-таки чужой угол… Опять же, им нужно помещение, в звукоизоляции которого она уверена. Актуальный вопрос, когда рядом с тобой обитает человек с абсолютным слухом!

Размышляя об этом, Вика направилась в кухню. Тишина намекала, что там никого нет, однако это было обманчиво. На фоне света из окна четко просматривался силуэт Евы. Чем она занималась – понять было сложно. Заметив Вику, она поспешила опустошить стакан, который до этого держала в руках. В ее движениях не было нервозности, и все же даже легкая поспешность в ее случае настораживала. А еще то, что она поторопилась вымыть стакан и вернуть его на полку.

– Ева… а это что сейчас было?

– Завтрак.

– Нет, серьезно… Что ты выпила?

Она легко могла бы что-нибудь соврать. «Витамины», например. Но это было бы не в стиле Евы – придумывать подростковые оправдания. Поэтому она лишь смерила Вику долгим взглядом и покинула кухню.

Несколько секунд Вика стояла в задумчивости, потом подошла к столу. Она понимала, что реально разоблачить Еву практически невозможно. Но попытаться-то стоило, даже эта маленькая ведьма допускает ошибки!

Не в этот раз. Осмотр мусорки и ближайших полок ничего не дал, как и попытка почувствовать запах недавнего содержимого стакана – от стекла пахло лишь чистящим средством. Но Ева никогда сама себе не готовила! Ей это было просто неинтересно. С чего бы вдруг, да еще так показательно?..

– Что ты делаешь?

Вика была так увлечена поисками подозрительных ингредиентов, что даже не заметила, когда на кухне появился сонный Максим.

– Лепрекона ловлю, – буркнула девушка.

– Зря стараешься, он в ванной.

А все-таки парень не без мозгов…

– Ничего я не делаю. Ты чего так рано встал?

– Да не спится чего-то. – Парень отвел взгляд. – Мания преследования у меня… Зимнее обострение бывает?

– Вообще, бывает весеннее и осеннее, но я уже ничему не удивлюсь. А что за мания преследования?

– Да кажется, что за мной следят…

– Ты уверен, что кажется?

Никто из них не сомневался, что сводному брату Нина будет мстить. Да уже начала, если принять во внимание убийство на складе! В этом свете следовало проверять все более-менее подозрительное.

– Кажется, без вариантов, – отмахнулся Максим. – Наверное, я слишком много думаю о том, на что способна Нина. Иногда мне кажется, что прохожие ко мне слишком близко подходят, что люди какие-то без цели за мной наблюдают… Но проходит время, и я понимаю, что люди всего лишь идут по своим делам и смотрят на меня не больше, чем на других. Говорю тебе, я псих!

– Видала я и хуже! А не было такого, чтобы один человек рядом с тобой примелькался? Незнакомый?

– Я псих, но не дурак, – укоризненно отозвался Максим. – Такую слежку я бы заметил! Отец… У отца было много… недоброжелателей, скажем так. Он с детства меня учил присматриваться к тому, что меня окружает. Поэтому я и знаю, что на самом деле за мной не следят!

– А мне все равно это ой как не нравится. Может, охрану заведем?

– Давай лучше собаку! Охрана меня в машине провожает, а тут есть поселковая. Не хочу, чтобы в доме посторонние ошивались!

Несколько наивная фраза в устах того, у кого полный дом посторонних!

– Для перестраховки можно и побольше людей нанять. Слушай… Тебе Марк говорил, что мы сегодня вечером уезжаем?

– Нет, – парень, тянувшийся за чашкой, так и замер с вытянутой рукой. – Куда вы собрались?

Он пытался бравировать, когда речь шла о дополнительной охране, но Вика все равно чувствовала: его страх давно стал постоянным. Он-то свою сестрицу хорошо знал…

Поэтому она поспешила его успокоить:

– Не волнуйся, ненадолго! Заберем гувернантку, привезем сюда – и все. Твоя задача – сидеть дома и никому дверь не открывать.

– Прямо наставления мамы-козы козлятам! Дверь не открывать… Что, чтобы злой серый волк не ворвался?!

– Скорее, чтобы он не вырвался, – откликнулась Вика, задумчиво глядя на чистый стакан.

– …Надеюсь, все понятно, – завершил Марк. – Благодарю за внимание!

Немецкая школа научила улыбаться, даже когда не хочется. Поэтому вряд ли кто-то из присутствующих догадывался, насколько серьезно он устал. Еще бы! Час выступления, потом еще три часа бесконечных расспросов с десятиминутными перерывами.

Создавалось впечатление, что каждый задался целью вычислить в нем иностранного шпиона. Представители филиалов недобро косились. Вопросы лишь наполовину были адекватные и по существу, в основном – каверзные. Он, конечно, догадывался, что так будет, и ознакомился со всеми материалами. Но с каким азартом они изображали стаю дворняг, добравшуюся до случайного прохожего! А ведь взрослые люди…

Максиму бы пришлось еще хуже. У него нет ни немецкого образования, ни годами натренированной выдержки. А обязанности те же!