Чтение онлайн

Чтобы не терять время, решила что переодеваться не стану, а сразу домой.

Но как только я переступила порог женской раздевалки, на меня сверху обрушился поток прохладной грязной воды из-под мела.

Пронзающий слух хохот, сырость в белье.

Белые комковатые ручейки стекал с моих волос, превращая их в белоснежные сосульки.

— Что, Оракул. Этого ты не предвидела? — Алю пропусти вперёд из темного клокочещуго круга, образовавшегося вокруг меня.

Дверь за мной предварительно закрыли.

Следом в спину последовал толчок.

— Еще и деньги с нас взяла, овца, — послышался голос Петрова.

— Слышь, Акимова. Это называется крысятничество. Ты узнала важную информацию, получила на халяву ответы. А нам загнала. Мы же одноклассники, — девушка отступила от меня, фыркая, боясь испачкаться.

— Теперь понятно откуда у тебя пятёрки.

— Это не так, — попыталась оправдаться я, но язык не слушался.

Мне становится холодно. Капли стекают по шее и рукам, под прилипшей майкой.

— Значит так. Мы решили сообщить об этом в школьный совет, — припугнула Катя.

— Директору, дура. Чтоб и учителей наказали.

— Не надо, — слова мои дрожали в такт телу. — Я верну деньги.

— Нет, это не поможет. — Аля склонила лицо, с отвращение глядя на мое унизительное положение. — Ты теперь будешь все контрольные за нас делать. Иначе..

— Ты прикинь какие проверки начнутся!? — радовался непонятно чему Петров.

— И хрен тебе, а не золотая медаль, Акимова.

— Выбирай. Мы рассказываем о твоей махинации или...

— Ты будешь учиться за всех нас, — подала голос Оля, скрестив руки.

— Хорошо, — прошептала я, обнимая себя руками, чтобы согреться.

— Умная девочка, — Аля хотела похлопать меня по плечу, но передумала.

Господи. Что же я наделала!?

Я же просто хотела чтобы все было по честному. Ведь это из-за Кати и Оли я упала. Это из-за них я разбила стекло. И карпа.

Они должны были ответить за свою шутку.

Зря я все. Зря. Дура. Реально дура.

Одноклассники не торопясь вышли из раздевалки, прикрыв дверь.

Мне нужно срочно в душ и переодеться, но я сдвинуться не могу.

Страх, боль, отчаяние. Разочарование в самой себе.

Вот это я влипла.

Паника накрыла меня с головой. Я начала задыхаться.

Привалившись спиной к стене, всхлипывала, пуская из глаз слезы.

Посреди раздевалки белая лужа, ведущая размазанным следами ко мне.

Скоро должна прийти уборщица. Мне нужно уйти.

Мне нужно придумать, что теперь делать.

Как же страшно.

Переодевшись как могла(а в раздевалке нет душевых), умылась, сунула сырые вещи в пакет.

Дернула ручку.

Закрыто.

Толкнула плечом, поскользнувшись на луже.

Никак.

Принялась стучать.

Опять никого.

Спокойно. Сейчас придет уборщица. Время половина четвертого.

Двадцать минут. Тишина. Неужели я пропустила момент, когда меня закрыли. Что же мне, теперь кричать?

Я захотела набрать Ване.

Скидывает.

Блин.

Можно попробовать набрать кому-то из учителей.

Но тогда придется объяснять свой внешний вид.

Признаваться в своей глупости, безответственности и бесстыжестве. Мне доверяли, а я воспользовалась этим.... Это же подсудно дело!

Снова подкатили слезы.

Время четыре.

Сколько тут сидеть?

Я попробовала покричать. Но если проходящие двери в столовую закрыли, можешь хоть до посинения орать. Меня не услышат. На кухне так шумно. Только посудомойки чего стоят.

Я не знала, что делать. Но сидеть и ждать уже сил не было. Я замёрзла. Все чешется.

Расхаживая по небольшому помещению, отчаялась.

Как же жаль, что у меня нет друзей. Хотя бы одного. Ваня до сих пор игнорил. Все бестолку.

Я не хотела набирать эту долбанную единичку. Мне стыдно, омерзительно от своей беспомощности. Ну чем Тимур может мне помочь? Попросит охранника открыть?

Я заревела и нажала вызов.

Когда открылась дверь, я успела успокоиться. Продрогнула до костей.

Охранник с удивлением посмотрел на меня. Кен отпихнул его.

— Лана, — размашистой походкой парень быстро достиг меня , сидящую на лавочке возле батареи. Резво стянул с себя куртку и накинул на меня.

— Испачкаешь, — запротестовала я.

— Ты меня поболтать позвала? — я покачала головой, нет.

Помог подняться, удерживая меня на мокром полу, повел прочь.

Села в машину, закутавшись в его куртку.

Мои вещи парень бросил на заднее сиденье.

Мы ехали молча.

Тим слишком сосредоточенно следил за дорогой, но это не мешало парню вилять из ряда в ряд, успевая избегать столкновения.

Мне тепло. И спать захотелось.

— А мы куда? — еудивилась я, когда Тим проехал нужный мне поворот.

— Ко мне.

— Зачем? Мне домой надо.

— В таком виде? А если отец увидит?

— Он на работе. Я успею вещи постирать, — последнюю часть фразы я произнесла скомканно.

— Лана, ты же все равно не станешь жаловаться на этих отморозков?

— Нет, конечно! Иначе, кроме меня пострадают учителя-я.

Опять расплакалась. Всхлипывала, хватая ртом воздух.

— Значит так. Сейчас приведем тебя в порядок и обсудим план действий, — голос его звучал грозно, уверенно. Даже холодно.

— Я не стану ничего предпринимать. Сама виновата. Совершила глупость.

Мои ручки как кукольные в этих огромных дутых рукавах.

— Те, кто с тобой так поступил, должны ответить.

Он не смотрел на меня. И меня напугали его слова. До дрожи в коленках.